Выдержки из дневника, сентябрь 2007 г.

Фотографии - Евгений Нельмин, Виктор Пархомчук.

25 сентября.

В акте освобождения себя от иллюзий, оков эго-сознания и препятствий ограниченной индивидуальности тело практикующего становится носителем видимого проявления Авалокитешвары, чья природа выражается в мантре ОМ МАНИ ПАДМЭ ХУМ.

Когда мы приземлились в Лхасе после двухчасового полета и вышли из аэропорта, я буквально сразу почувствовала себя Авалокитешварой, Нирманакайей, Амитабхой и чуть не увидела Элвиса. Это не было просветлением.

Это было жуткое похмелье после Витиного дня рожденья, бурно отмеченного накануне в милом китайском городе Чэнду, помноженное на симптомы горной болезни.

Земля богов, город солнца, Лхаса - столица Тибета находится на высоте 3700 м. над уровнем моря. Поэтому с непривычки чувствуешь себя попавшим на чужую планету с другим составом воздуха. Вдыхаешь часто и судорожно...И без толку. Никак не получается вдохнуть как следует «того газа, что не умели ценить» (с) Наутилус Помпилиус. Голова кружится, в конечностях – слабость. Все дело в низком давлении, при котором кислород труднее растворяется в крови. У тибетцев, к примеру, в отличие от наших равнинных тел, другой хим состав крови – в ней гораздо больше гемоглобина.

Держась за свои рюкзаки и слегка пошатываясь, садимся в рейсовый автобус, собирающий пассажиров до города. На протяжении всего часа, пока едем, я смотрю на марсианские пейзажи за окном, открыв рот. Это не потому, что трудно дышать, а потому что красиво. Глядя на гигантские горные массивы по обеим сторонам трассы, чувствуешь себя мелкой ничтожной личностью, недостойной жить на этой прекрасной планете.

Автобус прибывает на автовокзал, располагающийся практически в центре города. Следующая миссия – найти себе какое-нибудь жилье. Вчера я звонила в один из хостелов Лхасы, мне сказали, что мест нет, поэтому придется ориентироваться по ходу. Наша попутчица, молодая пухлая англичанка интересуется, есть ли у нас какие идеи по поводу жилья. Решаем двигать в центр, там наверняка что-нибудь найдем.

Посмотрели в карту – центральная улица, Beijing Lu (интересно, как она называлась до китайцев?) в 10 минутах от автостанции, потопали пешком. Солнце палит как безумное. Говорят, здесь почти не бывает пасмурных дней. Меня ощутимо коматозит. Одна Таня еле волочёт ноги по пыльному тротуару и пытается сфокусироваться на расплывающихся городских зданиях и лицах прохожих, вторая Таня старается не потерять нить разговора с идущей рядом румяной дочерью туманного Альбиона (она на удивление бодра и разговорчива, говорят, толстые люди легче переносят горную болезнь).

Очень скоро вышли на эту самую Beijing Lu. Тибетский архитектурный стайл весьма своеобразен. Квадратиш, практиш, гут. Главная фигура – прямоугольник. Главное цветовое решение – Ч/Б. Белый кирпич и черные квадраты окон. И запах. Улицы пахнут чем-то... не пойму чем. Навстречу идут люди. Взгляд проскальзывает по туристам, и неизменно стопорится на местных жителях. Очень колоритные персонажи. Мужчины в широкополых шляпах или с вплетенными в длинные волосы красными нитяными косами, в каких-то немыслимых балахонах, в массивных кожаных сапогах. Женщины с акварельным румянцем на щеках, с волосами, заплетенными в длиннющие косы, в многослойной пестрой одежде, обвешанные бусами. Монахи в желто-бордовых одеяниях и в кроссовках.

У каждого второго в руках либо четки, либо молитвенный цилиндр. Многие на ходу бормочут что-то. Прислушиваюсь и понимаю, что это ничто иное как «Ом мане падме хум». Я жадно всматриваюсь в эти лица и понимаю, что они не то чтобы на китайцев не похожи, а вообще какая-то другая раса. Это какие-то азиатские индейцы.

В одном из переулков находим маленький семейный гэстхаус. Проходя сквозь ворота, попадаем в уютный дворик под открытым небом, где стоит несколько столиков с креслами. Чуть дальше видна приоткрытая дверь, за которой угадывается кухня. Справа дверь непосредственно в дом. На первом этаже просторный холл и ресепшн. Потолка нет, поднимаешь голову вверх и видишь прямоугольный кусок неба, обрамленный четырьмя этажами коридоров с комнатами.

За стойкой нас сразу приветствует улыбчивая девушка и что-то говорит сидящей рядом с ней женщине. Кстати, после двух недель в Китае, сразу же чутко улавливается резкая разница в звучании двух языков. Тибетский язык принадлежит к тибетско-бирманской группе, в нем нет ни иероглифов, ни тонов, как в китайском. На письме используется алфавит и, насколько можно судить по вывескам, письменность у них весьма симпатичная.

Заселились в четырехместную комнату на первом этаже (35 юаней/120 рублей с человека в сутки). Здесь же решили пообедать. Первое, что привело меня в восторг – наш повар. Молодой и жестоко красивый тибетский мужчина в черной кожаной куртке. Он не говорит по-английски, а только все время ослепительно улыбается. Тычем пальцами в меню на названия блюд, он кивает и идет готовить. Через 20 минут мы испытываем восторг №2 под названием «тибетская кухня». Большая тарелка тушеной картошки с мясом яка – это почти по-русски, пельмени «Момо» - опять же, великолепны. Тибетский сладкий чай – чай с молоком яка – очень вкусно (несмотря на то, что я ненавижу чай с молоком).

После обеда мы со Светой валимся спать и дрыхнем до темноты, пока с прогулки не возвращаются мальчики. Они говорят, что совсем рядом, на соседней улице стоит монастырь, а вокруг него происходит столько всего интересного, что это надо увидеть своими глазами. Что ж, завтра увидим...

26 сентября

Просыпаемся пораньше, ловим такси и едем на ж/д вокзал, чтобы заранее купить билеты. Ж/д вокзал – это восторг №3. Как будто из фильма про будущее. Чуть в стороне от города, на пустынной равнине, окруженной со всех сторон горами, стоит огромное модерновое строение. А вокруг – ни души. И тишина.

В самом здании тоже народу практически нет. Возле кассы стоит человек восемь. Девушка оператор отлично говорит по-английски. Быстро и без проблем купили билеты на 1 октября до Шанхая. Только купе, к сожалению, нет, пришлось брать плацкарт.

Теперь мы собираемся посетить парк Норбулинка – летнюю резиденцию Далай Ламы в Лхасе. Маршрутный автобус с вокзала привозит нас прямиком туда. Идем по направлению к воротам. Вдруг, откуда ни возьмись, на нас нападает веселая, разноцветная толпа тибетцев, по всей видимости, из какой-то деревни, берут в плотное кольцо и просят с ними сфотографироваться. Мягко говоря, растерянные, мы останавливаемся и начинаем по очереди фотографироваться с разными персонажами. Фотограф – мощный усатый мужчина с длинными волосами щелкает нас на огромный допотопный полароид. Раз такое дело, мы их тоже сфотографировали.

Летнюю резиденцию Далай Ламы построили в 1759 году и до 1959 года простых тибетцев туда не пускали. После того как Океан Мудрости бежал в Индию, парк открыли для посещений. Его территория делится на преддворцовую, дворцовую и лесопарковую зоны. Здесь очень душевно. Вообще, чем нравятся тибетские дворцы, так это их...человечностью, что ли. Старая деревянная мебель, пыльные ковры на скрипящем полу, облупившаяся кое-где краска...Но так уютно, что хоть оставайся и живи.

Территория парка тоже не отличается особым пафосом. Везде - небрежность и некоторое запустение. Природа похожа на нашу. На земле лежат ковром желтые листья. Воздух свежий, пахнет осенью. Недалеко от главного дворца растут яблони. Местные жители и монахи трясут их прямо с каким-то детским задором, а потом бегают по траве, смеются и собирают созревшие яблоки в подолы.

Из парка дошли пешком до главной достопримечательности города, которую китайцы даже разместили на своей купюре в 50 юаней. Дворец Потала. Бывшая главная резиденция Далай Ламы. Сил на осмотр этого грандиозного сооружения уже нет (акклиматизация еще не прошла, поэтому организмы очень быстро устают). Так что полюбовались Поталой снаружи и оставили экскурсию во дворец на завтра.

Пока силы окончательно не оставили нас, идем искать турагентство, дабы прикупить себе на несколько дней джип с водителем, покататься по окрестностям. Заходим в первое попавшееся турбюро. Менеджер не отличается подобострастностью. Сидит за компом к нам спиной и трындит с кем-то по аське. Дал нам распечатки с описанием туров и ценами и забыл про наше существование. Выбираем трехдневный трип «Озеро Намцо – Монастырь Рэтинг – Монастырь Дреконг». 3000 юаней. Менеджер предлагает прийти завтра, посмотреть на джип и на водилу. Если устроит, будем заключать договор.

Пошли гулять дальше, в центр, к монастырю Джоканг. Это самое древнее сооружение Лхасы построено в 647 г. Перед входом в монастырь, на площади Guangchang проложен круговой маршрут (кора), по которому толпы паломников идут против часовой стрелки. Они крутят в руках молитвенные цилиндры, перебирают четки и бормочут мантры. Самые ортодоксальные совершают кору, буквально ползком. Они становятся на колени, потом падают ничком и проводят руками по земле, опять встают в полный рост, на колени, на землю и так далее, постепенно продвигаясь метр за метром. При этом их совершенно не смущает их грязная одежда и черные ладони. Часть паломников молится перед воротами на специальных ковриках. Схема такая же - они стоят на коленях, потом ложатся всем телом на землю, проводят руками по земле, как пловцы, и снова поднимаются.

Среди всей этой бурной религиозной деятельности по очищению кармы вовсю кипит другая жизнь: торговля сувенирами. Вся площадь представляет собой огромный рынок сувениров. Туристы покупают бусы, рядом монахи покупают кроссовки, а у них под ногами падают на землю старушка в шляпе и ребенок лет пяти, сосредоточенно проводя ладонями по грязному асфальту. Продавцы кричат наперебой все, что они знают по-английски: «Хэллоу!» «Джаст лука, лука!» (просто посмотри). Чипа! Чипа! (дешево, дешево!) И, наконец, самое часто повторяемое: «Як Бон! Як бон!» (кость яка).

Основные сувениры: молитвенные цилиндры, молитвенные шарфы, разноцветные молитвенные флаги, бусы, браслеты, серьги, статуэтки. Почти во всех украшениях присутствует главный элемент – кость яка. Маски, антиквариат, танки (вышитые изображения Будды на шелке)... Здесь можно найти самые удивительные вещи. Я так подозреваю, что всяким безумным коллекционерам или людям, всерьез увлекающимся историей, здесь определенно есть на что посмотреть. При нас какой-то европеоид долго торговался на тибетском языке (!) за какой-то маленький потемневший кусочек железа, похожий на наконечник копья. Выторговал за 100 юаней. Это безумно дорого. Похоже, кусочек железа совсем непростой.

Возвращаясь домой, мы услышали странный гул, доносящийся из подворотен. Пошли на звук и набрели на еще один храм. Перед входом, во дворе, прямо на земле сидит несколько сотен человек и хором монотонно бубнят «Ом Мане падме хум», каждый крутит в руке молитвенный цилиндр. Заходим в храм, там еще сотня человек в полумраке сидят на полу и делают то же самое. До нас никому нет никакого дела, можно спокойно ходить между рядами верующих. В центре стоит длинный стол, за которым сидят монахи. На входе стоит монах, который каждого входящего накрывает белым шарфом.

27 сентября

Я поняла, чем пахнет Тибет. Он пахнет жжеными ароматическими палочками и молоком яка. Чем больше углубляешься в подворотни, тем сильнее запах.

Идем с утра в Поталу. Возле ворот – пропускной пункт. Но билеты не продают. Присматриваемся к посетителям, все суют какие-то квитанции и проходят. Оказывается, билеты покупаются за день до посещения. А мы завтра уезжаем в трехдневный трип. И больше возможности попасть во дворец не будет. Пытаемся объяснить это тибетцу «на вахте», но он не понимает.

На наше счастье подходят две китайские девчонки, туристки. Они говорят по английски. Мужчина тычет пальцем на нас. Объясняем китаянкам свою ситуацию и делаем жалобные рожи. Они переводят. Мужик чешет репу и предлагает следующий план: он запускает нас по двое. Сначала двое, потом спустя какое то время еще двое. Но, оказывается, главная проблема в том, что сами билеты (по сто юаней) выдаются наверху, на входе непосредственно во дворец. Их типа надо менять на предварительные квитанции.

Поднимаемся. В кассе сидят девушка и парень. Объясняю, что у нас нет квитанций, но нас внизу пропустили. Парень качает головой и говорит дескать «не положено, идите отсюда», девушка робко улыбается и смотрит на деньги, которые я ей сую. Купюры, видимо, сделали свое дело и билеты нам все-таки дали.

Само название «Потала» - из санскрита, в буддийской мифологии - название рая, где обитают бодхисаттва Авалокитешвара и его женская энергия Тара. Самый первый деревянный дворец Потала начали строить 630 году по приказу царя Сронцзангамбо. Но во второй половине восьмого века он почти полностью сгорел из-за удара молнии. Нынешний дворцовый комплекс, как он есть был восстановлен в 1645 году по приказу пятого Далай Ламы.

Потала делится на две части — Белый дворец и Красный дворец. В белом дворце — помещения для церемоний, обучения, жилые комнаты и кабинеты. Красный дворец — основное место молитв и религиозных церемоний. Эта часть Поталы производит наибольшее впечатление. Здесь находятся 8 ступ с прахом Далай-лам (начиная с Далай-ламы V и заканчивая Далай-ламой XIII). Самая большая - ступа с прахом Далай-ламы V. Полностью покрытая сусальным золотом, она занимает весь четвертый этаж. Самая богато украшенная — ступа Далай-ламы XIII. На ней столько драгоценных камней, что в глазах рябит.

Проходя из павильона в павильон, постоянно видишь полки и шкафы со стеклянными дверцами, в которых хранятся многочисленные статуэтки из драгоценных камней, буддистские изваяния «танка», какие-то свитки и прочие религиозные атрибуты.

Еще в красном дворце есть длинные коридоры с «витринами». За стеклами - огромные позолоченные статуи Будд, злых духов, царей и далай лам. Мне кажется там можно стоять часами и рассматривать их странные лица. В витринах есть щель, специально для того, чтобы можно было кидать к статуям деньги. Это традиционный ритуал. Во всех тибетских храмах стоят резервуары, в которые верующие кидают кто, сколько может, в основном, мелкие деньги, в пол юаня. Здесь, в Потале нам довелось увидеть наверное все купюры мира, включая российские 100 рублей.

В закоулках дворца то и дело попадаются монахи. Один ест лапшу, второй медитирует, третий, тупо, спит пристроившись между полками со свитками священных писаний. Похоже, что они таки здесь живут. С крыши дворца открывается потрясающий вид на город, окруженный горной цепью.

Возвращаясь из Поталы, набрели на ресторанчик – микс тибетской и непальской кухни. Очень вкусно и недорого поели. Под музыку. Нафталиновые иностранные поп-хиты на тибетском языке.

Приходим в турагентство. Во дворе стоит древний синий крузер. Возле него суетится тибетский мужчина лет сорока, завидев нас улыбается в 32 зуба. Какие все-таки у них у всех хорошие, детские улыбки. Осматриваем машину со всех сторон и идем к менагеру заключать договор. Завтра в 8-30 утра этот синий джып заберет нас из гэстхауса и помчит по бескрайним просторам Тибетского автономного округа.

А пока предстоит небольшой шоппинг. Нужны теплые спальники (поскольку ночевать придется, где придется) и еда (такая же история, как и с ночевками). Спальники приобретаем в одном из магазинчиков турснаряжения, которых здесь на каждом шагу. Еду (на сутки) — в супермаркете. Заканчиваем день в прохладной кофейне с мягкими креслами и Интернетом.

Продолжение следует.