Мне понадобилось полтора года, что бы систематизировать в своем сознании все произошедшее там, отобразить и углубиться в это субъективно-познавательное повествование, содержащее полезные факты. Эта история по-настоящему перевернула мою жизнь и заставила поверить в чудеса.

Мы были главными героями этой истории, разворачивающейся на расстоянии 7505 км. от Москвы, на неизведанной нами земле, барабанная дробь: мы отправились в Нью-Йорк, США.

 

В посольстве, за несколько недель до отлета, Стасик Рыбкин познакомилась с совершенно удивительным, и не характерным для 21 века, человеком, который любезно предложил свои (а точнее принадлежащие его другу) ключи от квартиры в Бруклине, сказав, что деньги ему не нужны, только за коммунальные услуги попросил в будущем заплатить. Загадочный человек с улицы. Квартира оказалась очень неплохой, единственное, что нас смутило – липкие стены и полы, мы подозревали, что настоящий хозяин квартиры, Юджин, варил там клей. А еще у нас водились мыши, но со временем мы даже как-то привязались к ним.

Вывод: здорово, когда перед подобными поездками на тебя с неба падают люди с ключами от свободных квартир в Бруклине.

King’s Highway, Brooklyn, NY

Наш район славился русскими эмигрантами и ортодоксальными евреями, что было заметно с первых секунд нашей дислокации. По утрам мимо наших окон шагали люди в черных одеждах, поросшие бакенбардами и будто бы прилипшие к своим шляпам-цилиндрам, они, собственно и представляли еврейские школы, которых там было много. Что касается русских, к сожалению, они производили не самое благоприятное впечатление, осмелюсь утверждать о том, что доля русских эмигрантов Нью-Йорка превалирует в сторону представителей класса «гопник». Но нельзя подвергаться никаким обобщениям, мы, конечно же, встречали и прекрасных русских бабушек и дружные русские семьи, всегда готовые прийти на помощь.


Coney Island & Brighton Beach – главная русская земля НЙ.

Грязноватый пляж + парк аттракционов (пропахнувший хот-догами, жиром и сладкой ватой). Несмотря на количество народа и грязную воду, мы полезли купаться в океан, и, даже ни один раз. На Брайтон бич вы настолько погружаетесь в русскоязычную среду, что даже не удивляетесь, что справа висит вывеска с русской надписью «Аптека», а слева - «Магазин», в котором вы запросто можете купить сок «Моя Семья», кашу «Быстров», глазированные сырки «Росагроэкспорт», Квас (о, чудеса, стакан кваса стоит 5 длрв.), вареники и пельмени развесные и т.д.
Лучшее воспоминание, связанное с Brighton Beach: однажды вечером мне захотелось уединиться. Было уже темно. Я приехала на пляж, нашла кресло спасателя, села туда, что бы подышать морским воздухом и погрустить, но очень скоро не могла унять своего ликования и умиления: неподалеку от меня, два темнокожих молодых человека, лежали на песке и страстно целовались. «Ах!», - подумала тогда я и развеселилась.

Brooklyn Bridge

На третий день мы залезли на бруклинский мост и чуть не разрыдались: теплый-теплый ветер, развевающийся флаг, улыбающиеся индусы, китайцы, скандинавы, негры и мы... Далеко стоит статуя свободы, кто-то хохочет, кто-то торгует огромными порциями мороженого, миллионы меняющихся запахов, бесконечно много контрастов, скандалы, съемки, сумасшедший водоворот.
Мы были готовы есть фасоль в банках, ходить в лохмотьях, и играть на гитаре в метро, мы не сдавались.

Work & travel

Перед поездкой каждый считал своим долгом сказать нам, что в Нью-Йорке на работу нас никто не возьмет (приводя миллион вполне достоверных аргументов), и что вообще нечего нам, несовершеннолетним студенткам, туда соваться. Как же было приятно утереть всем нос и разрушить стереотипы.



Первые несколько дней мы (что было изначально очевидно), подобно одичавшим туристам, транжирили деньги с невероятной скоростью, и, конечно, ни о какой работе не думали. Вы можете подумать, что это художественный вымысел, но, смею вас заверить в том, что на поиск работы мы потратили ровно три дня. Механика поиска: мы распихивали резюме во всех ресторанах, барах, кафе, магазинах и т.п. Итог: Стасик Рыбкин устроилась работать в ресторан на Time Square. Ресторан Swing 46. Согласитесь, как же, все-таки, актуально проработать все лето в Нью-Йорке, в настоящем Swing клубе. Вернувшись в Москву, Стасик отправилась учиться танцевать буги-вуги.

Даша устроилась на работу в офис, в пределах Financial District.

Огромная толпа моих друзей-авантюристов отправилась на поиски счастья в Калифорнию, никто из них, так же как и мы, не был привязан к работодателю. Они жили прямо на Бродвее, в доме с бассейном на крыше, каждый день – праздник: девочки, джакузи, пляжи, спасатели Малибу, pop-punk и т.д. Они даже как-то особенно там и не работали, все жили на деньги, заработанные общим трудом. Спали зачастую по 15 человек в двухкомнатной квартире. Приехав к ним после месяцев сумасшедшей жизни в Нью-Йорке, нам казалось, что мы попали в рай и стали членами огромной семьи хиппи.

Как сложилась моя карьера

Purity Diner

Случайным образом я забрела в американский diner в Financial District, где никого не было, кроме смешного маленького мексиканца, который настоятельно рекомендовал зайти на следующий день. В итоге, меня сослали работать в милейший дайнер (интерьер которого был подобран в соответствии с 60-ми; на стенах висели ретро-велосипеды, бабушкины аксессуары, коробки от старых жвачек Bazooka, ботинки, книжки и т.д.), которым управлял 23-летний Джон Колосакас, очень милый симпатяга, с которым все последующие дни проходили весело и познавательно.
Purity Diner располагался в старом уютном Бруклинском квартале, между Prospect Park и Atlantic Avenue.

Район богатый фриками, геями, американскими ворчливыми старичками в кедах и мечтательными мальчиками, несущими полотна, музыкальные инструменты, книги, чемоданчики. Здорово то, что, работая там, мне удавалось дружить с ними и набираться от них различных культурных ценностей. Кстати говоря, моя национальная принадлежность для всех оставалась загадкой – многие думали, что я – сестра Джона (или кузина из Франции), некоторые думали, что просто француженка или ирландка, несколько раз молодые люди восторженно путали меня с какой-то Molly. В общем, многие так и не узнали, откуда я была родом. Хороший английский –необходимый залог успешного выживания по нашей шалтай-балтайской схеме. Без него все было бы иначе.
Моя должность называлась «ассистент менеджера»; ресторанный менеджмент - организация поставок, обслуживание кредиток, pick ups, deliveries, заказы продуктов, проверка склада и, кончено же, выслушивание историй постоянных клиентов или незнакомцев.
Однажды, когда не было Джона, в дайнер вошел бледный парень, с едва приоткрытыми глазами. Он странно поздоровался, сел за столик и заснул. Через несколько минут у него обильно потекли слюни, и в какой-то момент он, просто-напросто, упал на пол. Я вызвала скорую помощь. Войдя и увидев страшно бледного лежащего без сознания на полу человека, товарищи-врачи, ни чуть не расстроились. Они сказали что-то вроде: «Джордж, это опять ты! Чертов героиновый торч, хватит валяться, не валяй дурака!». А еще через несколько дней, к нам вбежала девушка, похожая на фею: длиннющие белые волосы и удивительно красивое лицо. Ее зрачки были настолько велики, что мне казалось, что они растеклись в полный размер глаза. Она постоянно теребила свой капюшон и просила дать ей стакан льда. Получив его, она стала есть лед с таким аппетитом и страстью, что мне стало не по себе.
Через дорогу от дайнера располагалась Бруклинская больница, что знаменовало большой приток лечащихся странноватых особей. Персонал Purity Diner был равносилен и достоверен всем пресловутым американским фильмам: на кухне работали мексиканцы, которых я называла “papasitos” (если я не знала, как сказать по-испански "капуста" - они не давали мне капусту);

 официантами работали чертовски яркие типажи:
1) Dean Meyer – 27-летний любитель растений (ему постоянно приходили странные посылки, озадачивающие весь рабочий персонал; однажды он признался в том, что заказывает редкие виды семян из разных стран и разводит дома сумасшедшие виды растений)
2) Shrath – молодая сексуальная черная барышня, формам которой можно завидовать бесконечно; ее любили все местные ковбои и врачи, к сожалению, bitchy girl.
3) Chris – 60-летний грек с дрожащими руками (однако виртуозно умещающий в одной руке по три тарелки) и веснушчатой лысиной, проработавший на владельца всю свою сознательную жизнь.
4) Susie – приехавшая из провинции 40-летняя рокерша ирландского происхождения, на все реагирующая искренним удивлением (огромными глазами и стеной умопомрачительной хриплой брани). Очень приятная женщина. Добрая и в меру готичная.
5) Melonie (Mel) – акула ресторанного обслуживания, проработала официанткой почти во всех дайнерах Нью-Йорка. Настоящий профессионал. Приятная, но очень строгая и мелочная.
6) Maria – прекрасная бразильянка с отменным чувством юмора и желанием всем помочь, не знаю почему, но в ее присутствии мне казалось, что я дома, в безопасности.
7) Marry – мудрая и обворожительная жена сексуального зубастого квадратного мексиканца в самом настоящем Zoot Suit и шляпе, который одним взглядом сражал всех дамочек; мать двух красивых (я бы даже сказала кукольных) сыновей.
Остальной персонал:
Santos – 86-летний владелец дайнера, trouble-maker, каких еще свет не видывал. Он приходил каждое утро в сопровождении своей палки и начинал ломать все, что видел на своем пути; после его посещений приходилось все долго восстанавливать. Щипался, плевался, хохотал, как сумасшедший. Местная фрик-знаменитость.


Чикита Rosa – маленькая уборщица-пуэрториканка, совсем не говорящая по-английски, но очень дружелюбная и смешная, учила меня говорить по-испански.

Иногда, я выбегала к первой попавшейся телефонной уличной будке, вся измазанная кетчупом и кофе, что бы позвонить маме с папой и сказать, что у меня все в порядке, и что здесь очень безопасно, видя, как в это время подросток крадет сумочку у пожилой дамы, или как Сантос дерется с официантками, ну, или вспоминая о том, что на ближайшие несколько дней у меня осталось лишь несколько мятых долларов.

Это еще не все.

V BAR - Manhattan, West 4 (рядом с NYU)

Второе рабочее место, пожалуй, оставило у меня лучшие воспоминания и подарило потрясающий опыт + большое количество полезных зацепок и контактов, во всяком случае, оказавшись в НЙ, я точно не останусь на улице.

 

Негласный гей-бар с самыми лучшими в мире представителями американской культуры –интеллигентными, образованными, начитанными, театрализованными, музыкально-подкованными клиентами и таким же рабочим составом.

Всюду разбросаны книжки, за барной стойкой был размещен старый железный кассовый аппарат с мультяшными кнопками, по которым надо было бить кулаками, что бы они заработали.

 Все, кто имел какое-то отношение к Vbar так же, имели отношение к театру и кино. Бар создавался с целью объединения людей по интересам и роду деятельности. По утрам они частенько репетировали пьесы и обсуждали поставленные спектакли. Даже 19-летняя девочка Anastasia, которая заменяла меня по должности, была студенткой нью-йоркерского театрального ВУЗа (приятно, что она проходила практику у нас во МХАТе).

Joe, мой наставник, живущий несколькими этажами выше, носил старые дырявые кеды и представлял собой синтез всех комических персонажей из американских фильмов.
Итак, наше утро начиналось с прогона театральной программы и игр в "угадай что", забавно то, что помимо всех пришедших, в эти игры часто задействовались люди с улицы. Каждые несколько часов мы меняли пароль для wi-fi, просто так, ради смеха. Пароли в стиле: "Eye candy", “Noodle bug” etc. Всю первую половину дня у нас играл Бах, Чайковский, Моцарт. Все пили кофе, ели круассаны, читали Шекспира, кидались бумажками, дурачились, бегая по переулкам, играли в игры, иногда – устраивали сеансы откровений. Вечером все начинали пить. Свет приглушался, зажигались свечи, мы включали свои айподы и устраивали вечеринки.

Первое время я обжигала руки, ударялась головой об низкую подвальную крышку, роняла ведра со льдом, топила стойку кофе, запирала себя в холодильнике, думая от безвыходности, что умереть в холодильнике - не самая глупая смерть. Эти милые люди не оставили меня в беде, и ни разу ни в чем не упрекнули, лишь по-доброму смеялись над некоторым проявлением природной неуклюжести. Покупали еду на завтрак, приносили цветы, называли милыми именами.

В штатах практически в каждом общественном месте установлены камеры наблюдения, даже с этим атрибутом у меня связана умопомрачительная история: когда я уставала от окружающих или от шума, я спускалась в подвал, что бы сделать там зарядку, попрыгать, покрутить головой, поразмахивать руками и т.д. Когда я уходила от них, они публично прокрутили несколько записей, где, я делала какие-то невероятные вещи, cosmic dancer. Они сказали, что, зная, что я делаю в подвале, они особенно прониклись ко мне, даже хотели удочерить. Никогда не забуду дни, проведенные с ними, танцы под «I will survive», себя в роли бойскаута, чудную квартиру-убежище на Манхэттен, перелистывание журналов, лежа на пузе в Urban Outfitters, танцы и абсурдистские, утопичные разговоры, в духе “Generation X” Дугласа Купланда.

Много работы, мало сна. Насыщенные выходные, концерты, о которых я и не смела мечтать.

MUSIC

Трехдневный фестиваль APW: 2 концерта Radiohead, Jack Johnson, Andrew Bird, CSS, Underworld, Kings of Leon, Cat Power, The New Pornographers, Duffy, Girl Talk, The Duke Spirit, Forro in the Dark, The Go! Team, Grizzly Bear, Animal Collective, Chromeo, Metric , The Virgins, Ben Harper and the Innocent Criminals, The Secret Machines и т.д.
Лучший концерт в моей жизни: 20.06.08 MADISON SQUARE GARDEN - THE CURE.
Плакали, обнимались со всеми, кто стоял рядом, вместе пели, долго не могли понять, что происходит. Я впервые поняла фразу: "Сердце наполняется музыкой".

+ Death cab for cutie (концерт свернули за пол часа до запланированного конца, из-за того, что началась буря), Lydia Lunch (Teenage Jesus and the Jerks) и еще многооо всего.
Чаще всего меня тянуло в Williamsburg. Автономная область, придуманная для творческого мира. Приют для мечтателей. Прекрасные книжные, одежные, винтажные, веганские магазины, уютные кофейни, клубы, библиотеки, детские сады, милые ярмарки, выставки, игры в парках и т.д. Многие, наверняка, слышали о нем.


PROSPECT PARK BASEMENT

Вторым нашим местом жительства стал поп-артистичный (таким его сделали мы) подвал на Prospect Park, в котором жили различные насекомые и выдуманные привидения. До потопа мы подружились с особенно крупногабаритными пауками Peterом и Simonом.

Нелегальное помещение, которое мы отыскали в Интернете.

Одноразовая посуда, швабра, метла, овсянка, шоколадное печенье. В нашем коридоре можно было играть в футбол. Все было бы не плохо, но через некоторое время у наших мексиканских соседей (совсем не говорящих по-английски) прорвало трубу, и, увы, нас основательно затопило. Может быть я и дубина, но сейчас я вспоминаю этот потоп как одно из самых невероятных и важных событий в своей авантюристской жизни. Ну да, было очень страшно, мокро, не было денег, вещи были размещены на столах и шкафах (особенно я боялась за Стасин новенький тандерберд), на полу плавали ботинки и газеты, даже пауки убежали от нас, но как же все это было похоже на фильм, как же это было патологически-смешно. Как же здорово было бросить тонущий подвал, хлопнув хлюпкой дверью, и, не переставая трястись от страха и непонятного экстаза, пойти напиться на бруклинском мосту, развалившись, свесив ноги, и слушая соответствующую окружающей реальности музыку.



FOOD IS GOOD

Проработав в двух ресторанно-барных структурах, я осмелюсь назвать себя специалистом в области американской кухни (отчасти бесполезным, в силу вегетарианства).

1) Домашняя еда, к которой привык каждый из нас, называется у них Organic Food. Парадокс, но купить ее можно далеко не везде, я бы даже сказала, в редких местах. Ребята переживают тяжкие продуктовые времена. Все довольно пластиковое, химическое, засахаренное, жирное.
2) Вездесущий опт: там намного выгоднее покупать ведро йогурта, канистру молока, гигантскую коробку печенья или мороженого, чем баночку, бутылочку или коробочку. Для сравнения: банка йогурта = 1 доллар, ведро йогурта = 1,99. Люди совершенно не экономят на еде.
3) Если ты работаешь в ресторанном бизнесе – можешь есть сколько хочешь, хоть 6 раз в день. Всю выпечку, которая оставалась у нас после отработанной смены, мы отдавали бомжам, которые, кстати говоря, уже тоже ей пресытились.
4) Моей излюбленной едой стал Frozen Yogurt, который появился в Москве сразу же, как я вернулась. Прониклась к bagels.

Вот их вкус, вы никогда не познаете, если не попадете в НЙ. Кстати говоря, на их переваривание уходит порядка двух суток. Особенно часто ела их, когда не оставалось денег.
5) Если у нас все стараются готовить дома, то там – наоборот. Питаться в ресторане вполне доступно и дешево.
6) Меня возмутила одна распространенная продуктовая линия – tuna, chicken & egg salad или coleslaw. Тунец, курица, яйца, капуста утопленные в майонезе. Их можно есть отдельно, а можно как начинку для сэндвича. Как это можно есть – осталось для меня загадкой, однако в НЙ, эти штуки считаются одним из самых распространенных продуктов питания.
7) Объекты моих детских грез – содовая Dr.Pepper (вкус детства), Reese’s pieces (с арахисовыми начинками), Junior Mints, Hershey’s, Mr.Goodbar, Crunchy, всевозможные виды M&Ms и так далее. Не могу сказать, что американский шоколад лучше европейского или русского, просто он другой, более насыщенный, ядреный и вызывающий зависимость.

Life-savers


8) Яблоки в карамельной глазури, столь популярные в парках аттракционов. Интересное и ассоциирующееся с детскими американскими комедиями лакомство.
9) Огромные порции мороженного за доллар или два. Слишком сладкое, но иногда вызывающее соблазн.


10) В Москве намного больше Макдоналдсов. Там чаще встречается Subway, Taco Bell, KFC, Dunkin Donad's, китайские дешевые забегаловки и Burger King.
11) «Create your own salad или pizza» - отличная идея. Тебе дают отличную возможность самому придумать себе еду и создать какой-нибудь странный кулинарный шедевр.
12) Рисовый пудинг и домашний лимонад.

Нельзя не упомянуть о CHINA TOWN

Плотность китайского населения, безусловно, впечатляет. Они успешно сохраняют свою культуру, язык и кухню. Очень жаль, что у нас нет такого количества настоящих китайских ресторанов. Самый масштабный и пестрый чайнатаун находится в Сан-Франциско. Побывав в Китае, могу точно сказать, что даже там нет настолько оснащенных китайской инфраструктурой мест.

И о SUBWAY

Лишь однажды научившись разбираться в нью-йоркерском метро, вы больше никогда ничему не удивитесь. Карта метро – сумасшедшие переплетающиеся линии, куча «но» и разных тонкостей пересадок и ремонтных казусов (о них, конечно, не пишут в карте). Крысы-мутанты, которых примерно так же много, как у нас использованных проездных талончиков, протекающие трубы, вонь, отличные музыкальные представления, хип-хоперы, странная социальная реклама (самая распространенная: жутковатая чернокожая Мария показывает обрубленные пальцы и говорит, что из-за курения ей сделали 20 ампутаций), незабываемая уродская реклама доктора Зизмора, который избавит вас от любых прыщей, дубовый кондиционер, из-за которого мы носили с собой теплую одежду при температуре + 40, очень много фриков разных возрастов и происхождений, очевидно, любящие общественный транспорт, онанисты (да-да, чему со временем мы перестали удивляться). Несмотря на все минусы, там мне тоже понравилось. Самый главный плюс – метро работает 24 часа в сутки.

И о Laundromat (прачечных)

Американские прачечные – это удивительная романтика. Там проходят свидания, случайные знакомства, встречи старых знакомых, случаются передряги и блокбастеры. Почти ни у кого нет своей стиральной машинки.

И о Duane Read

Сверх универсальный супермаркет-аптека, в котором можно купить все, что может зарисовать ваше воображение, даже барбекю. Работает 24 часа в сутки.

GREY HOUND

Мы доработали до середины августа и отправились путешествовать дальше по штатам, при помощи того самого легендарного автобуса Grey Hound.
Grey Hound – быстро, просто, доступно и дешево. Благодаря этому транспорту вы сможете встретить любых персонажей из произведений Хантера Томпсона и Джэка Керуака. Колорит, атмосферные виды в окошко, такие, например, как: мультяшные кактусы, одинокие трейлеры посреди желтой пустыни, океан, пальмы, мотели, грязные заправки и т.д.


CA & NEVADA

Для того, что бы поведать о путешествии по Калифорнии, мне понадобиться еще несколько десятков страниц, облегчу задачу иллюстрациями и несколькими тезисами, способными передать увиденную и испытанную реальность:

1) Никогда не ходите в одиночку гулять по Лос-Анджелесу, особенно вечером.

2) В Лас-Вегасе старайтесь не разговаривать с незнакомцами на автобусных остановках.
3) Обязательно съездите в Сан-Франциско (пожалуй, там мне понравилось больше всего) и Сан-Диего (прекрасные пляжи и уникальный ритм жизни)

Подведение итогов:

Смена трех с половиной часовых поясов, два поезда, шесть автобусов, шесть самолетов.

Ночевать в автобусах, грязных мотелях, просыпаясь, видеть пустыню Невада и новые местности, горы, кактусы и подозрительные трейлеры. Два с половиной месяца жить в Нью-Йорке, засыпать в метро, в котором бегают легендарные subway rats. Незаконно попадать на вечеринки, став частью Williamsburg. Убивать огромных тараканов чужими ботинками, давать имена паукам. Тонуть вследствие протекающего потолка. Чистить зубы на случайных автобусных остановках. Постоянно наблюдать и контактировать с удивительными людьми, приехавшими из самых далеких стран мира. Садиться в машину и не думать, чем это может обернуться. Верить всем заговаривающим с тобой прохожим, рассказывать им о себе всю правду или приписывать себе новую биографию (изображать сироту, экспрессивную ирландку, фотографа из Польши). Смеяться над всем, делать из всего фильм, жить в этом фильме и чувствовать себя главным героем. Находиться под опекой заботливых закадычных друзей с нетрадиционной ориентацией, играть с ними в игры, наряжаться, помогать учить слова, играя роль JO:
I could dig some bluegrass. Might be good source material.
Canary
Really?
JO
Sure. I wonder what it would sound like if you, like, played bluegrass on a saw. Like an electric saw.
Разыгрывать спектакль каждое утро, разоблачать их розыгрыши и слушать вокализы.

Оценить в очередной раз крепкую дружбу, находясь в самых экстремальных ситуациях и местах. Рисковать, решать проблемы и задачи самого разного характера, дарить друг другу надежду на выживание, постоянно иронизируя. Оказываться на острове, откуда не знаешь выхода и видеть там одинокого играющего на саксофоне черного старичка. Никогда не знать, что случится завтра. Писать в Central Park, ну, или в Prospect Park. Сан-Диего, Лос-Анджелес, Голливуд, Сан-Франсиско, Лас-Вегас.

После всего пережитого, по возвращению домой, было страшно выходить на улицу несколько дней.

Главным выводами этого путешествия стали: «Ирония продлевает жизнь» и «Нет ничего невозможного/чудеса случаются».

Кажется, пора заканчивать эту бесконечную историю, но здесь хочу поставить многоточие, потому что этим летом я снова возвращаюсь туда, на этот раз с готовой разрисованной картой, группировкой отчаянных авантюристов и дополнительными билетами…в Канаду. On the Road 2.
Продолжение следует.