Апокалипсис не сегодня: Почему антипиратский закон не скажется на вашей жизни. Изображение № 1.

Роман ФЕДОСЕЕВ

Заместитель главного редактора H&F

Сегодня чёрный день рунета. Социальные сети и блоги полны грустной иронии по поводу того, что с 1 августа мы существуем в каком-то другом интернете, а в перспективе рискуем остаться и вовсе без него. Антипиратский закон даже включили в категорию «Чёрный август» в «Википедии» — в компанию с путчем, терактами и катастрофами, но потом одумались — на данный момент статьи о нём там нет.

Упадническо-паническая атмосфера вызывает дежавю — всё это мы уже проходили в прошлом году, когда принимался и вступал в силу закон о «чёрных списках», по которому без суда стало можно блокировать сайты, пропагандирующие наркотики, суицид и детскую порнографию. Тогда тоже говорили в первую очередь о том, что по плохо продуманным и формальным признакам можно будет закрыть любой сайт, и сначала опасения подтверждались.

В разное время в список Роскомнадзора попадали Google, YouTube, Facebook, «Википедия», RuTracker.org, «Либрусек», Lurkmore. Часть этих блокировок объяснили программным сбоем, другие сразу сняли после того, как сайты удалили страницы или ролики с запрещённым контентом. Со злополучной статьёй в «Википедии» «Курение каннабиса» вообще случился небольшой сериал: её блокировали, удаляли, возвращали, редактировали и снова удаляли.

Тема «чёрных списков» время от времени возвращается в новостную повестку, когда, например, YouTube судится с Онищенко, а депутат Костунов требует проверить Google Translate, который якобы позволяет просматривать запрещённые сайты. Но какую реально ситуацию мы имеем после девяти месяцев работы закона?

Сам Роскомнадзор реестр не показывает — можно только узнать, входит ли в него тот или иной сайт. По данным проекта Роскомсвобода, на данный момент в нём лишь несколько сотен записей (по иронии, сейчас точную цифру не узнать — на сайте стоит протестная заглушка); ещё тысячи сайтов заблокированы «за компанию», по IP, — это отдельная история глупости.

 

 

Суть этих законов по ограничению свободы в интернете такова:
власть тестирует границы того,
что мы готовы проглотить

 

В список не входит ни один сколько-нибудь крупный или влиятельный сайт. О том, какую часть рунета мы потеряли из-за цензуры, и говорить нечего — это какие-то микроскопические погрешности. Типичный фигурант реестра — сайт-однодневка по продаже курительных смесей. При этом, судя по всему, или Роскомсвобода не успевает следить из исключением сайтов из реестра, или провайдеры не очень добросовестно исполняют предписания Роскомнадзора: некоторые из якобы запрещённых ресурсов вполне доступны. Все «наркотические» статьи «Википедии», которые на самом ресурсе почему-то до сих пор отмечены как запрещённые, также открываются.

Выполнил ли закон свои задачи? Это легко проверить, вбив в Google слово «способы», за ним последует подсказка «суицида», а потом уже и вполне релевантная выдача. Помните нашумевший запрещённый ролик Dumb Ways to Die, который потом получил престижную награду? Всё же запрещённым его получается называть только условно, ведь на одном YouTube он доступен в трёх копиях. Складывается ощущение, что на «чёрный список» сайтов банально забили, он тихо умирает, как умерли в своё время другие властные инициативы вроде комиссии по борьбе с пересмотром истории или национальные проекты.

Значит ли это, что и антипиратский закон постигнет такая же участь? Ведь у него же был свой пилотный проект — удаление музыки во «ВКонтакте». И тогда после короткого периода паники оказалось, что подавляющая часть аудиозаписей осталась на своих местах. Так бывает, когда после запрета не предоставляешь какой-либо альтернативы. Попробуй удалять быстрее, чем миллионы пользователей успевают загружать.

Но меньше всего мне хотелось бы продвигать тезис «российские законы плохи, но они не исполняются, поэтому ничего страшного». Кто-то считает, что регулировать интернет практически невозможно: это идеальная адаптивная распределённая система, которая способна обойти любые запреты. Но на практическом уровне всегда есть возможность сделать пользование интернетом невыносимым. Представьте, например, уголовные сроки за посещение не включённых в реестр разрешённых сайтов. Суть всех этих законов по ограничению свободы в интернете в том, что власть тестирует границы того, что мы готовы проглотить, это шаги по постепенному перекрытию кислорода. Поэтому бороться с ними надо, даже если они напрямую в данный момент не особенно мешают нашему взаимодействию с интернетом.

Фото: Merete Rasmussen