Узнать прогноз погоды в наше время дело нехитрое, обычно этот вопрос решается парой кликов. Мало кто при этом выбирает в качестве источника информации www.nnov.meteorf.ru — официальный сайт нашего Гидрометцентра. А ведь их прогнозы — самые точные. The Village выяснил, почему это так, а еще — кто и как их делает.

Фотографии

Илья большаков

Елена Кисельникова

начальник аэрологической станции «Нижний Новгород»

О метеостанции

Для того чтобы синоптик смог приступить к составлению прогноза погоды, ему нужны точные данные о том, что происходит за окном прямо сейчас. Поэтому прогноз погоды начинается с нас — с работы наблюдательной сети. Это сеть метеорологических, гидрологических и агрометеорологических станций и постов, где ведутся наблюдения за всеми процессами, которые происходят на земле, в воздухе и воде.

В Нижегородской области таких станций 17, из них в самом Нижнем Новгороде — три. Мы находимся почти на Мызе, и хотя рядом оживленный проспект Гагарина, у нас всегда тихо и спокойно, почти как за городом. Есть нормативные документы, которые запрещают строить высотные здания в непосредственной близости к метеостанции. То, какие приборы мы используем и как именно они располагаются на площадке, тоже строго регламентировано.

Основная часть приборов расположена на оголенном, взрыхленном участке почвы — он никогда не должен зарастать травой. Здесь лежат напочвенные термометры, летом — термометры Савинова, которые уходят в глубину на 5, 10, 15 и 20 сантиметров. Ночью с мая по сентябрь мы еще наблюдаем за температурой на высоте двух сантиметров от почвы, чтобы понять, нет ли заморозков.

Также здесь расположен так называемый срочный термометр — он показывает температуру в данный момент, а также минимальный и максимальный термометры — по ним мы узнаем крайние значения. Специальная площадка-помост построена рядом с почвенно-глубинными термометрами: их семь штук, и расположены они на различных глубинах, от 20 сантиметров до 3,2 метра.

Часть приборов находится в специальных будках, которые возвышаются над землей и защищают их от солнечной радиации, излучения земной поверхности, осадков и ветра. Такие будки называются психометрическими.

Каждые три часа и днем и ночью на эту площадку приходит дежурный метеоролог и снимает все данные — итого восемь раз в сутки, по всемирно скоординированному времени, которое отличается от московского на три часа.

О радиозонде

Также дважды в сутки, в 14:30 и 02:30 ночи по московскому времени, мы запускаем радиозонд. Сегодня это делает техник-аэролог Лариса Маясова; как и метеорологи, они тоже работают сутками. Внешне радиозонд — это небольшая коробочка из пенопласта, в которой находятся датчики измерения температуры, влажности и атмосферного давления, а также батарейка и антеннка, с помощью которой эти данные передаются. По скорости полета этого прибора можно судить о скорости и направлении ветра. Весит он примерно 300 граммов и поднимается на высоту до 30 километров, а относит его иногда за сто и больше километров от станции — зависит от скорости ветра. Летит он с помощью шара, наполненного гелием. Атмосфера расширяет оболочку, и в результате он лопается. Иногда люди приносят на станцию найденные где-то радиозонды, но делать этого не нужно — они не предназначены для повторного использования.

Изобрел радиозонд русский ученый Павел Молчанов, его портрет висит у нас на станции, рядом стоят не прошедшие контроль зонды: прежде чем отправить их в полет, каждый прибор обязательно проверяется. Если какие-то датчики не работают или выдают некорректную информацию, техники по радиолокации их отбраковывают. Иногда их можно отремонтировать — например, собрать из двух неисправных один исправный.

Одновременно с нашим в воздух взлетают примерно 800 радиозондов по всему миру, все в одно и то же время — даже авиация об этом предупреждена. Сигнал летящего радиозонда принимает радиолокатор, данные с которого используются для изучения атмосферы, составления высотных карт и выпуска прогнозов погоды.

Вот сейчас его запустили, а пока мы дойдем до здания станции, он уже начнет передавать информацию. Принимает ее сегодня техник по радиолокации Елена Маряничева. Она следит, как на экране компьютера отображается график температуры, влажности, давления, высота и расстояние до нашего радиозонда; как меняется ветер по направлению и скорости. Убирает ошибки, которые допускают машины; чаще всего это помехи от телефонных вышек. Они частенько глушат частоты, на которых работаем мы, и вместо нужных данных мы получаем бессмысленные дроби.

За состоянием рек и водоемов наблюдают гидрометеорологи, но их посты расположены, естественно, на реках — в Нижегородской области таких постов 38. А важные для сельского хозяйства данные о почве получают агрометеорологи.

Вся информация, которую получили на всех постах, передается в узел связи. Там ее систематизируют и обобщают, а потом передают в отдел прогнозов. Раньше все это делалось по телеграфу, сейчас, конечно, с появлением интернета все стало проще.

Ольга Мокеева

начальник отдела метеопрогнозов Нижегородского гидрометцентра

Зачем нужен Гидрометцентр

Учреждение, которое обычно называют просто «Гидрометцентр», правильнее называть Верхневолжское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды. Мы отвечаем за прогнозы погоды в Кировской и Нижегородской областях, в Удмуртии, Марий Эл, Мордовии, Чувашии. Конечно, на местах в этих областях и республиках тоже работают синоптики, но они дают прогнозы только на одни — трое суток, а на четыре, пять и дальше — уже мы.

Если, например, вашу машину побило градом или она пострадала от экстремально высокой температуры и вам нужно получить страховку, то единственный орган, который может выдать соответствующую справку, — это Гидрометцентр. Если в области такая ситуация, что необходимо объявить чрезвычайное положение, это решение власти тоже принимают на основе наших прогнозов, а не просто каких-то прогнозов из интернета. Мы также даем официальные данные не только государственным органам, но и, например, строительным компаниям. С большинством из них у нас заключены специальные договоры, и мы ежедневно даем прогнозы, рассчитанные для конкретных объектов, предупреждаем их об опасных и, в некоторых случаях, неблагоприятных явлениях. Ведь для строительства даже усиление ветра, не слишком заметное обычному человеку, может быть критичным. В 2010 году на улице Родионова произошла трагедия, когда во время грозы на строящееся здание упал строительный кран — погиб человек, который им управлял. А все потому, что организация с нами не сотрудничала, никто не предупреждал строителей о том, что будет гроза со шквалистым ветром.

Для того чтобы составить прогноз, синоптику нужны прежде всего данные с метеостанций. В Нижнем Новгороде таких станций три: в верхней части города — на Мызе, в нижней — в Стригинском аэропорту и на одном из заводов. Каждые три часа с этих станций передаются данные о температуре, влажности, скорости ветра, давлении и многом другом. Они приходят в зашифрованном виде, для чего используется специальный «Синоптический код кн-01». С помощью этого кода в каждом квадратном сантиметре карты можно записать абсолютно все сведения о погоде. Обычный человек не поймет, а синоптик видит сразу: какая температура была в данной местности, как именно изменялись атмосферное давление и скорость ветра, какая облачность была, какая видимость, какое явление — свой знак есть даже у полярного сияния. И это единое обозначение, известное синоптикам всего мира: такую карту прочитает, как говорится, и немец, и ненец.

Как все начиналось

Начало гидрометеорологическим наблюдениям в Нижнем Новгороде было положено в 1834 году. Первая станция располагалась на территории мужской гимназии (сейчас это Мининский университет). Там был энтузиаст Александр Щепин, преподаватель физики и математики. Он начал фиксировать данные по облачности, температурному режиму, скорости и направлению ветра, но эти наблюдения были разрозненными и прерывались.

Непрерывный режим наблюдений начался с 1881 года. В конце XIX века нижегородский губернатор Баранов по просьбе обывателей писал о необходимости создания метеорологической станции, действующей круглый год. В результате его усилий с июня 1892 года начинаются наблюдения на новой нижегородской метеостанции при Владимирском реальном училище — ныне это здание филологического факультета Нижегородского госуниверситета им. Н. И. Лобачевского на Большой Покровской.

До 1917 года почти половина метеостанций нынешнего Верхневолжского управления уже была создана, получается, что многим метеостанциям нашей сети уже больше ста лет, их не прекращали открывать даже в Гражданскую войну.

Наблюдения на Мызе ведутся с 1932 года. Когда началась Великая Отечественная война, наша служба стала военизированной, не было ни одного прерывания метеонаблюдений. На каждой метеостанции одинаковое расположение приборов, и сами приборы тоже единые. Они изготавливаются на заводах в Смоленске, Омске и Санкт-Петербурге.

О буднях и праздниках синоптиков

День синоптика начинается с того, что специалист, заступивший на суточное дежурство, просматривает показатели на сегодняшний день и определяет, что будет сегодня влиять на погоду. Смотрит данные утреннего спутника, данные геоинформационной системы, как смещаются фронты с облачностью. Помимо данных наблюдательной сети, важную роль играют данные, которые передает доплеровский локатор — такой красно-белый шар на крыше гостиницы «Ока». Раньше старый локатор располагался на крыше здания нашего управления, но теперь от него остался только пустой кожух.

Диаметр покрытия нового локатора — 250 километров, он просматривает атмосферу с периодичностью от трех до пятнадцати минут в автоматическом режиме. Показывает, как в данный момент происходит перемещение атмосферных фронтов, какова интенсивность осадков, есть ли где очаги турбулентности. Это позволяет заблаговременно прогнозировать опасные метеоявления.

Посмотрев все данные, синоптик начинает рассчитывать, какая погода нас ждет сегодняшней ночью, а потом — на следующие сутки.

Основная рабочая нагрузка у синоптика — до обеда. Но обычно именно после обеда начинают формироваться грозы. И вот тут начинается дилемма: дать только грозы с порывами ветра или сюда прибавить сильные ливни или град, и куда это все пойдет?

Зимой, можно сказать, работать немного легче — нет расчета пожароопасности, да и водохранилища мы не обслуживаем — реки спят. Но зимой свои заморочки со съездами, и любое явление, даже такое обыденное, как снег, может стать опасным.

Кроме дежурного синоптика, еще один специалист рассчитывает прогноз на четыре-пять дней. Но когда выпускается, например, штормовое предупреждение, сразу все бросают свою работу и помогают тому, кто следит за текущей ситуацией.

В отделе нас должно быть 12–14 человек, а по факту всего восемь. Из них четверо — Ольги; мы смеемся, что, как машина, едем на четырех «О». Справляемся, но с трудом. Уходишь в отпуск, а все равно голова занята прогнозами.

Наш главный профессиональный праздник — 23 марта, Всемирный метеорологический день. Новый год стараемся отметить чуть заранее, потому что у нас есть примета: в день, на который мы назначаем свою «елку», обязательно будет циклон. Зачем портить людям праздник?

О точности прогнозов

Предсказывать погоду — это почти как угадывать курс валют на бирже. Даже если ты грамотный специалист, всегда остается фактор неизвестности. Ломоносов не просто так сказал: «Человеку ничего не оставалось бы требовать от Бога, если бы он научился правильно предсказывать погоду». Например, один из ключевых факторов неопределенности в изучении изменений климата — это облака. Очень сложно предсказать их точное появление и перемещение, а ведь они на многое влияют.

Начиная с 1950-х годов метеорологическое сообщество присуждает каждому году определенный девиз, и 2017-й как раз проходит под девизом: «Познавая облака».

Само слово «синоптик» в переводе с греческого означает «просматривающий, обозревающий все». Но огрехи бывают. Какой-то фактор не учел или учел недостаточно — и все, твой прогноз неверен.

Еще есть такой момент, как особенности конкретной местности. В 2013 году коллеги попросили меня приехать в Казань, помочь им во время проведения Универсиады. Я специально приехала на несколько дней раньше, чтобы проникнуться местностью: понять, как течет эта Казанка, какую площадь занимает, как местный рельеф оказывает влияние… Но у себя дома прогнозы всегда получаются точнее.

О будущем лете

Самое холодное лето было в 1962 году — оно началось 1 июля. А в 1983-м, например, снег выпадал 24 июня. Но в этом году такого повториться не должно. Июль, скорее всего, будет жарким, среднюю температуру прогнозируем в 17–19 градусов. А вот в августе ночью возможны даже заморозки, причем днем может сохраняться до плюс 30.

Замечаю, что обычно люди больше боятся небольшого дождя, чем сильного ветра, а ведь даже 15 метров в секунду в условиях мегаполиса — это опасно. Сорванные рекламные щиты, сломанные ветки и упавшие деревья, ведь корневая система большинства из них в городе находится в плохом состоянии… Еще одно явление, которое в последнее время стало гораздо опаснее, чем было раньше, — это грозы. Нижние слои атмосферы перегружены различными волнами интернета и мобильной связи, и поэтому грозы стали очень активны. Ежегодно количество молниевых разрядов постоянно растет, это можно наблюдать даже невооруженным глазом: если раньше во время грозы сверкало только в одном месте, то сейчас молнии — и линейные, и шаровые — образуются со всех сторон, прорезают все небо. Самое главное в такой ситуации — ни в коем случае не пользоваться сотовым телефоном!

Людмила Филина

начальник Гидрометцентра

О кадровом голоде

Грамотных сотрудников в области метеорологии сейчас очень не хватает. Кадровый голод начался после перестройки, когда отменили систему распределения. Сейчас в Нижегородской области ни в одном вузе не готовят специалистов для нас — видимо, считается, что метеорологи не так востребованы. Хотя, помимо того что специалисты требуются в Управление гидрометеорологии, есть ведь еще и обширная наблюдательная сеть, в которой тоже должны работать грамотные и образованные люди.

В Советском Союзе основных вузов, которые готовили таких специалистов, было два: в Ленинграде и Одессе. Сейчас остался вуз в Санкт-Петербурге, есть профильные кафедры и отделения в Саратове и Казани. В Нижнем Новгороде были попытки создать кафедру на базе педагогического университета, но не сложилось.

Главная сложность в том, что мы не можем привлечь молодежь высокой зарплатой или какими-то особыми преференциями, которые предлагают другие бюджетные организации. Правда, есть свое общежитие — единственный бонус для людей, которые приезжают издалека. Находится оно рядом с метеостанцией на Мызе. Например, у нас есть сотрудник, который работал в Мирном, — закончил Иркутский университет, обслуживал авиацию и просто захотел жить в европейской части страны. Есть ребята, работающие после Саратовского университета, кто-то приехал из Казахстана. Наш человек — тот, кто в другой профессии себя не видит и для кого важно прежде всего то, что работа у нас интересная.

Бывает, что к нам хотят прийти люди, у которых образование неподходящее — торговый институт, например. «А что там у вас делать-то?» — такое понимание профессии, что выглянул в окно — вот тебе и прогноз.

Коллектив в основном женский. Мужчины работают гидрологами, поскольку в этой сфере больше всего работы в поле, точнее на водных объектах. Командировки в любое время года, тяжелое оборудование — женщинам это не всегда под силу. Ну и прибористы обычно тоже мужчины — сотрудники технического центра, которые занимаются установкой приборов и следят за их точностью.

Мы очень бережем кадры, сохранившиеся с советских времен; если сейчас разом уйдут все пенсионеры, работать будет просто некому. Молодые приходят, но не задерживаются: поработают, наделают массу ошибок, мы их обучим, а потом они уходят. Чаще всего — в различные проектные организации, где заработная плата значительно выше. Гидрологи особенно востребованы, и мы тут являемся практически кузницей кадров. Эти структуры нас знают, пользуются нашей информацией и материалами, знают наших работников и довольно часто предлагают им работу у себя — проще говоря, переманивают. Получают готовых специалистов, которых учить уже практически не нужно. А нам, честно говоря, нечем их удержать, кроме романтики и хорошего, профессионального коллектива.

О погодных сайтах

Мы работаем на гидрометеорологическую безопасность Верхневолжского региона — на то, чтобы наше население своевременно было обеспечено информацией в полном объеме. Хотя чаще всего люди используют информацию с не относящихся к Гидрометцентру сайтов. Откуда она там берется и кто ее дает, мы не знаем. А виноваты все равно всегда синоптики. Хотя не могу не признать, что где-то информация о погоде визуально интереснее подана, чем у нас. Но это не значит, что сам прогноз точнее.