Николай Кононов

Главный редактор Hopes & Fears

 

Многие сравнивали эти фотографии. Первая — управляющая кафе «Булка» отгоняет от входа преподавателя РГГУ Ирину Берлянд с плакатом «Нет политическим репрессиям». Вторая — хозяин испанского ресторана защищает демонстрантов от омоновца с дубинкой. Лейтмотив: наши-то боятся проблем, нескоро в этой стране вырастет демократия!

Когда совладельцы «Булки» Анна Шумайлова и Алексей Халиуллин извинились и написали, что гонять оппозиционеров (да и вообще людей) недопустимо, волна пошла обратно. Бизнесменов обвинили в пиаре на белых лентах и заигрывании с креативным классом. Тогда они и вовсе удалили запись.

Это, конечно, история о духе и шизофрении времени. Гражданина России могут пытать, чтобы выбить признание в заговоре, как в 1937 году. При этом никто не мешает открывать новые заведения с блестящими витринами. Понятно, что когда у блестящей витрины появляется женщина с плакатом о репрессиях, очень не хочется, чтобы репрессии ворвались в кафе (лавку, шоурум, офис). Но как быть с политическими убеждениями?

Выгоднее всего абстрагироваться. Какое дело бизнесу до политической борьбы — политика интересуете не вы, а власть. Изучите дебаты в эфире «Дождя»: самые разумные существа — это ведущие, а по большинству ораторов видно, как свирепо они хотят получить доступ к изменениям. Понятно, что жизнь скучна, надо улучшать её качество и вообще развлекаться — но что они умеют делать? Естественный отбор покажет, кто из этих политических животных сильнее, — и тогда стоит договориться с выжившими о лоббировании интересов класса созидателей, то есть бизнеса.

 

 

 

Но какого чёрта мы должны поддерживать «Левый фронт» и лепить выговор управляющей?

 

 

 

Ответу на этот вопрос посвящена книга «Свобода на продажу: Как мы разбогатели и лишились независимости». Её автор, Джон Кампфнер, исследует контракт между властью и гражданами: вы нам — невмешательство в частную жизнь, а мы не протестуем в публичном пространстве. Пример success story — Сингапур: порядок и благоденствие. Однако Кампфнер подчёркивает, что и в авторитарных, и в демократических государствах усиливается контроль над информацией. Предлог — безопасность детей, конфессий, нации перед угрозой терроризма и так далее.

Но погодите, публичное самовыражение — это и есть бизнес. Возможность бесконтрольно распространять информацию защищает предпринимателя. У бизнесмена больше шансов отбиться от наезда, если он подал сигнал о помощи — через интернет или в одиночном пикете. Запугивая оппозицию, власть намекает объединениям вроде «Бизнес Солидарности», что сегодня винтят ораторов на площади — завтра придут за тобой в YouTube.

Это значит, что воевать имеет смысл — но не за политиков дождя, а за свободу публичного высказывания. Государства боятся всё сильнее открывающегося мира, потому что качество госуслуг плохо коррелирует с ужесточающимися требованиями к гражданам. И это ещё один аргумент в поддержку лидеров, ведущих за собой людей с плакатами: так вы вкладываетесь в школу молодого бойца для чиновников нового типа, которые всё активнее проникают во власть.

Поэтому Шумайлова и Халиуллин, опубликовав извинения, инвестировали не в сиюминутную, а долгосрочную выгоду. Если учесть, что в совладельцах «Булки» сидит депутат Госдумы от «Единой России» Фёдор Бондарчук (25%), это достойный поступок. А что рестораторы удалили покаянную запись из фейсбука — считайте, «Булка» послала открытку сотрудникам. Зачем обижать управляющую, если она защищала интересы собственника.