Когда я учился в старших классах школы и у меня не было денег, мы с друзьями ходили пить мочеподобное пиво в заведение под названием «Кружка» около Белорусского вокзала. Изрядно попрыгав по поддонам, призванным спасти обувь москвичей конца 90-х от вокзальной распутицы и грязи по колено, мы оказывались на втором этаже этого кабака, где собирался окрестный пролетариат и приравненные к ним категории граждан. Окна второго этажа выходили аккурат на лик Христа на фасаде старообрядческой церкви. Христос взирал на праздную хмелеющую разношёрстную публику с плохо скрываемым осуждением и лёгкой иронией.

Прошло 10 лет, на месте барачного типа застройки, фонтанов грязи с вкраплениями палаток с шаурмой выросла «Белая площадь» с полноценным фонтаном и «Кофеманией». Христос теперь взирает на сотрудников PwC, Deloitte, JP Morgan, Xenon Capital Partners и McKinsey & Company с гораздом меньшей иронией и гораздо большим осуждением.

White Square стала первым местом в Москве, где на площади в несколько соток собрали в добровольную внутреннюю иммиграцию практически всех, кто не участвует в программе «Нефть в обмен на колбасу», но консультирует как колбасных импортёров, так и нефтяных экспортёров, как сделать так, чтобы условная корова меньше ела и давала больше молока. И действительно, если не выходить из-за флажков Лесной улицы и Бутырского вала, может показаться, что ты где-то в Европе или на Уолл-стрит: хорошо одетые молодые люди и девушки (кроме, пожалуй, младоаудиторов), потягивая подогретое молочко со вкусом кофе из бумажных стаканчиков, обсуждают на дикой смеси русского и английского «пропоузалы», «эмэйзинг оппортьюнитиз», а также квартальный «эвальюэйшн» и следующие за ним «промоушены».

В России, стране безысходности
и тлена, всё выглядит несколько менее радостно

 

Знакомьтесь, дамы и господа, это — воины с «Белой площади». Они помогают «Газпрому» повысить EPS, советуют «Роснефти» по поводу M&A, обучают пергидрольных женщин из «Сбербанка» продавать кредитные карточки и внедряют методологию Lean на «АвтоВАЗе». Они — одни из немногих не заработавших советскую опухоль головного мозга, которые каждый день соприкасаются с государственным капитализмом в России, которые могут вам рассказать про кишки этих динозавров. Я — один из них.

Воины с «Белой площади» занимаются консалтингом. Если отвлечься от рекламных буклетов всех участвующих в процессе и взглянуть на суть вещей, то задача консультанта — помочь богатейшим корпорациям стать ещё богаче и эффективнее. В идеальном мире, когда акционеры или топ-менеджмент вышеупомянутых монстров сталкиваются с задачей, которую не могут решить без привлечения внешней экспертизы, они нанимают консультантов. То есть горит свет на executive floors в небоскрёбах, умудрённые опытом и сединами дяди и тёти ходят кругами, курят одну сигару за другой, спать ночами не могут, о создании стоимости пекутся, а решить проблему не могут — и зовут на помощь консультантов.

Консультанты, как водится, используя уникальное сочетание глобального и российского опыта, а также глубокое понимание индустрии и предшествующий опыт работы с клиентом, работая сутки напролёт, запивая фенотропил десятым за сутки кофе, приходят на правление и под фанфары, падающую с потолка мишуру и свет прожекторов представляют решение. Члены правления ахают, лучезарно улыбаются и, позвякивая килограммовыми часами из драгметаллов, устраивают овацию смекалистым консультантам, после чего стремглав бросаются внедрять напечатанное на 100 слайдах.

Это в идеальном мире. В России, стране безысходности и тлена, всё периодически выглядит несколько менее радостно. Помимо основной идеи найма, указанной выше, наиболее популярны ещё несколько причин, зачем взрослым дядям и тётям связываться с горсткой пусть удивительно толковых и хорошо одетых, но достаточно юных людей, которым даже не довелось побывать комсомольским активом.

То, что родит консультант, никого особо не интересует, кроме, пожалуй, самих консультантов.

Например, в российских регионах с уровнем поддержки «Единой России» на уровне 99% и бывших союзных республиках с не самыми демократичными формами правления популярно нанимать консультантов потому, что их услуги стоят недёшево. Всё, что стоит недёшево и при этом имеет сомнительную ценность, приобретает совершенно новый смысл. Для некоторых нефтяных баев найм консультанта — что-то схожее с покупкой килограммовых швейцарских наручных часов. Бесполезно, глупо, дорого, непонятно, но все чёткие пацаны так делают.

То, что родит консультант, в такой ситуации никого особо не интересует, кроме, пожалуй, самих консультантов. Итоговый документ часто кладётся если не напрямую в шредер, то в пачку с бумагой для вторичного использования (по слухам, именно поэтому в некоторых фирмах с «Белой площади» принято печатать на обеих сторонах листа, а совсем не из-за заботы об окружающей среде).

Дальше всего пошли казахи. В одном из холдингов этой замечательной степной страны есть специальная комната, в которой хранятся труды всех когда-либо работавших на них консультантов и банкиров. Будучи единожды представленными высокому курултаю, рекомендации аккуратно складываются в коробочки и относятся в специальную комнатку. Там, на стеллажах, лежат сотни миллионов долларов результатов консалтинговых услуг, никому особо не нужные. Удивительное, говорят, зрелище.

Такие проекты все время от времени делают и на словах, конечно, плюются, но отлично понимают, что кормящую руку кусать не стоит. Поэтому когда в следующий раз очень важному человеку захочется послушать про концепцию развития туризма в Ферганской долине, к нему стремглав вылетят соответствующие люди с красивыми графиками и чёрненькими ноутбуками IBM.