Аршином общим: Почему иностранцы не понимают русских предпринимателей. Изображение № 1.

 

Настя ЧЕРНИКОВА

Редактор H&F

На днях я обсуждала со знакомым программистом разницу между работой здесь и на Западе. Я делилась мыслями, навеянными последним интервью с Яном Кумом, он  — личным опытом, потому что занимался проектами и в Долине, и Москве. На другом полушарии его удивило то, как «изменяется лицо американца», когда он занят работой. Это главная ответственность его жизни, он отдаёт себе отчёт каждую минуту. Приезжая в Россию, западным предпринимателям сложнее всего привыкнуть к тому, что здесь не ценят время. Тогда я свалила это на лень и неразвитость рынка, но, если подумать, это разница трудовой этики в России и капиталистических странах — следствие пяти системных причин.

 

Труд против чуда

Всё время существования, а это чуть больше двухсот лет, американцы повторяют путь своих предшественников — протестантов из Новой Англии. Война за независимость Америки привела к падению метрополии. Бенджамин Франклин — один из тех, кого принято называть отцом-основателем США, в известной автобиографии писал о важнейших принципах свободных граждан: «избегайте пустых разговоров», «каждому делу — своё время», «всегда занимайтесь чем-то полезным». Франклин рос в семье протестантов и, хотя считал, что религия только отвлекает от конкретных дел, мыслил в рамках протестантской этики.

Православие базируется на смирении, жертвовании и почитании, что куда меньше располагает к величию и обладанию

 

«Тот, кто бесплодно растрачивает время стоимостью в пять шиллингов, теряет пять шиллингов и мог бы с тем же успехом бросить их в море. Тот, кто потерял пять шиллингов, утратил не только эту сумму, но и всю прибыль, которая могла быть получена, если вложить эти деньги в дело, — что к тому времени, когда молодой человек состарится, могло бы обратиться в значительную сумму».

В знаменитом исследовании влияния религии на экономический фактор Макс Вебер позже отмечал «несомненное преобладание протестантов среди владельцев капитала и предпринимателей». Англосаксонские протестанты (WASP) формировали элиту политической и экономической жизни Америки. При этом богатство для них было не самоцелью, а ощущением «исполненного долга в рамках своего призвания». Несмотря на то что атеистов в стране становится всё больше, убеждение сильно и сегодня — американец всегда ищет свою цель и место в обществе. 

Православие базируется на смирении, жертвовании и почитании, что куда меньше располагает к величию и обладанию, и хотя верующих в России лишь проценты, эти установки так или иначе отразились на культуре и отношении к жизни.

Капитализм против социализма

После революции лидеры взывали к коллективной работе и единству. Один из советских лозунгов — «Труд в СССР есть дело чести, славы, доблести и геройства» — намекает на протестантсткую модель, но основан на обратных ценностях. Человек имеет смысл только в коллективе, круговая порука — центр командно-административной экономики. Частного капитала не существовало, вся работа предприятий определялась государственной монополией. Амбициозность и желание продвинуться по карьерой лестнице влекло за собой всеобщее порицание, работа оплачивалась по часам. По сути, предприниматели в СССР стали признаваться только в 1984 году, когда появился закон «Об индивидуальной трудовой деятельности». 

В то время как коммунизм обеспечивал своим подопечным пожизненную гарантию труда, на другом континенте профессор инженерного факультета Стэнфорда Фредерик Терман (его называют одним из основателей Кремниевой долины) стал вдохновлять студентов на создание cобственных компаний. 

Амбициозность и желание продвинуться по карьерой лестнице влекло за собой всеобщее порицание

 

В 1937 году это дало первые результаты: Вильям Хьюлетт и Дэвид Паккард работали в гараже, а устройство разогревали в кухонной печи Паккарда. Так появилась компания Hewlett-Packard, чья капитализация сегодня $55 млрд. Примеры предпринимателей заражали действием окружающих: теперь в Долине создавались не только технологические, но юридические и финансовые компании для их поддержания.

 

Импорт талантов против экспорта

В период политических репрессий, начиная с начала двадцатых годов, Россия лишалась лучших учёных, политиков, деятелей искусства. «Философский пароход», дело Таганцева, за которыми последовало время сталинского давления, не стимулировали экономическое развитие. По неофициальным данным, число жертв режима только с 1921 по 1953 год составило около 100 млн человек. Из-за антисемитских настроений страну покинуло множество евреев, которые нашли применение своим способностям в свободолюбивой Америке (Брин, Левчин, Кум стали звёздами Долины). Несмотря на поднявшийся уровень жизни в 2000-х, россияне по-прежнему мечтают уехать из страны. По данным Всемирного банка, 77% российских студентов, обучающихся в Америке, не возвращаются обратно.

Философ и переводчик Илья Шамбат, эмигрировавший с семьёй в возрасте 12 лет, пишет, что проблема brain drain остро стоит как в России, так и в США, но причины её возникновения совершенно разные. В первом случае к этому приводят насильственные убийства, суицид и эмиграция. Во втором — суицид, психические проблемы и социальная отрешённость. 

 

Культ успеха против жалости к себе

Работа в Долине заставляет быть сильным и сконцентрированным — думать о результате, когда вокруг конкуренция из выпускников лучшего университета планеты. Это качества динамичного мира, где нужно быть быстрым, удачливым, трудолюбивым и немного провидцем. Бывшие нёрды обретают уверенность и жаждут «subvert the paradigm». Долина сформировала культуру не денег, а любви к успеху.

Долина сформировала культуру не денег, а любви к успеху.
В России нет среды, которая вдохновляет на риски и любовь к работу

 

В России нет среды, которая вдохновляет на риски и работу в стиле love. Во-первых, потому что попытки сделать что-то в наших условиях превращаются в длинный тягучий риск. Новые законы, направленные на удушье ещё неокрепшего организма, отражаются эффектом машины времени. Но есть сомнения, что и люди в России готовы «стать успешными». Когда у моего друга-чеха спросили, какое качество отличает русских, он, не задумываясь, ответил: «Самобичевание». Русская литература превозносила отчаяние, самокопание и взаимопомощь, в то время как в Америке бестселлерами становились Теодор Драйзер и Айн Рэнд. Иногда кажется, что жителям здесь просто нужен хороший психолог, который избавит от комплекса неполноценности.

 

Уверенность против отсутствия перспектив

После того, как 70 лет в России строили утопический коммунизм, железный занавес поднялся, цензура исчезла, настало время перемен. Главная задача — встроиться в международную систему и привыкнуть к новой жизни. Первый кризис не заставил себя долго ждать — многие предприниматели, появившиеся только в 80-х, остались ни с чем.

На протяжении всего XX века страну потрясали революции, войны и экономические сбои. Америка, несмотря на лопнувшие пузыри, продолжала движение вперёд, открывая доступ к свободе лучшим умам планеты. Великая депрессия меньше других затронула Долину, которая к тому моменту сама обеспечивала себя ресурсами. Сегодня российская экономика снова находится в состоянии неопределённости. Предприниматели предпочитают выводить бизнес за границу, свободу слова почти растоптана, рубль обесценивается. Стимулов к развитию исследовательских институтов и стартап-инфраструктуры здесь становится всё меньше. Мало кто понимает, что будет завтра, а создавать великие компании в таких условиях весьма непросто.

 Фотография на обложке: Fotobank.ru/Getty Images