The Village продолжает выяснять, как устроен личный бюджет представителей разных профессий. В этом выпуске — сотрудник морга. Попасть на работу в ритуальную сферу без рекомендаций и психологической устойчивости сложно, а зарплата напрямую зависит от количества заказов. Ритуальный агент, работавший в начале карьере в коммерческой структуре, а теперь принимающий заказы в морге, рассказал о преодолении предубеждений, неприятных рабочих моментах, встречах с родственниками и денежных бонусах.

Профессия

Агент ритуальной службы

Зарплата

100 000 рублей


Траты

50 000 рублей

содержание семьи (два взрослых, три ребенка)

25 000 рублей

ипотека

7 000 рублей

бензин

3 000 рублей

хобби

15 000 рублей

накопление на жилье и отпуск

Как стать ритуальным агентом

В ритуальной сфере я с 2010 года. До этого был коммерческим представителем, работал с потребительскими товарами и в косметической отрасли. Пытался построить карьеру там, но знакомый позвал в ритуальный бизнес. Зарплаты были больше, и график удобный. Я начинал агентом в коммерческой структуре, которых сейчас около тысячи в Москве против 19 государственных. Но мне не нравилось работать в полулегальном состоянии: насколько я понимаю, такие конторы покупали и покупают информацию через скорую или полицию. Практически с первого года работы я искал возможности уйти в официальную структуру. Сейчас я работаю в «правильной» фирме, которая имеет статус городской специализированной службы. По адресам бегаю меньше — принимаю людей на месте, в морге.

В самом начале у меня и у моих родственников были предубеждения, комплексы и стереотипы. Наверное, все в детстве видели крышку гроба в подъезде, когда кто-то умер. Сфера таинственная, а в 90-е годы считалась и вовсе бандитской. Насколько я знаю, сюда десять человек приходят, а один-два остаются. Многие не выдерживают, но я в итоге привык.

Основной смысл моей работы — продавать людям ритуальные услуги. Главное — это ритуальные принадлежности: гроб и убранство в гроб, крест, венки, табличка. Есть минимальный набор, который необходим. Бывает, что заказчикам нужны именно агентские услуги, когда они просят съездить на кладбище или сопроводить в крематорий — условно говоря, провести за ручку. В принципе, везде все одинаково, просто в официальное конторе меньше ощущений, что людей обманываешь. В компаниях, где информация о покойниках покупается, это отражается на ценах: здесь лакированный гроб стоит условно 18 тысяч рублей, а там уже 25 тысяч.

В коммерческие ритуальные структуры по-разному попадают: и по объявлению, и через знакомых. Государственные структуры более закрыты: туда, как правило, с улицы не берут. Нужны рекомендации. Здесь важно качественно предоставлять услуги, и чтобы человек был порядочный, потому что мы имеем дело с живыми деньгами. Бывает, что клиенты расплачиваются с агентом напрямую, и крупные суммы нужно довезти до офиса. Это большой соблазн — непорядочный агент может скрыться.

Особенности работы

Морг работает с понедельника по субботу, с 9 до 15 часов. Ночью и в выходные он работает только на прием — дежурные санитары принимают трупы. Обычно я приезжаю на работу в восемь или в 08:30 и по итогам ночи или предыдущего выходного дня получаю список трупов, изучаю нюансы. Здесь их много, надо учесть посмертные особенности: у кого-то лицо синюшное, у кого-то размеры нестандартные. Все это нужно потом обсудить с клиентами.

День на день не приходится: может быть ноль трупов, а может быть и 15. Понедельник — тяжелый день, потому что количество тел после выходных удваивается. Смертность зависит от разных факторов. Например, в 2010 году, когда были пожары, был такой всплеск, что люди не могли на третий день похоронить родственников — получалось только на пятый или на шестой день. Бывало, что люди сутки или двое ждали перевозку.

Весь день я сижу на рабочем месте и жду родственников. Могут прийти и агенты — те самые из коммерческих служб, которые быстро узнали о смерти и быстро приняли заказ. Если приходит агент, то ему уже не нужны ритуальные принадлежности, его цель — договориться со мной о дате и времени, когда будут забирать тело, и о других деталях. Например, православных заворачивают в саван, у мусульман такого нет. Если приходят родственники, мы обсуждаем весь комплекс услуг — ритуальные принадлежности, транспорт, грузчиков и так далее. Важный вопрос — медицинская подготовка. Заморозка и бальзамирование тела бывает разных классов и сложности. Надо решить, как постричь, какой сделать макияж, если он необходим. Все это я обсуждаю и координирую, в конце рабочего дня передаю другим сотрудникам морга информацию о планах на следующий день.

В морге, помимо меня, работают несколько санитаров, два патологоанатома, заведующий моргом и лаборант. Патологоанатомическая служба и я работаем параллельно, друг другу не подчиняемся.

Удивить меня ничего не может. Все виды смерти я уже видел. Чаще всего это бабушки-дедушки пенсионного возраста, которые умерли в постели, но бывают убийства, или когда труп пролежал две недели на жаре, или мумифицированное тело. Конечно, бывает неприятно, но если ты один раз это увидел, то уже ничего страшного.

Меня может удивить другое. Я стараюсь философски к этому относиться, но в моменты смерти близких люди по-настоящему проявляют себя. Умерла бабушка, приходит внук, я говорю: «Нужно одеть, подготовить тело и так далее». А он отвечает: «А зачем, она что, невеста?» И не оплачивает подготовку — хоронит в закрытом гробу. Могут прийти брат и сестра, и каждый тянет одеяло на себя, ругаются между собой. Видно уже, что у них споры с наследством. Но большинство людей — это москвичи среднего достатка, готовые потратить на похороны около 100 тысяч рублей. Хотят вложиться в последнее, что могут сделать для своего близкого, абсолютно искренне. Таких где-то 80 %. Бывает, приезжают люди на дорогих машинах с охраной и водителем и каждую копейку считают. Бывают и те, кто вообще денег не считает — могут потратить 300 тысяч и больше.

Когда к нам приходят те, у кого совсем нет денег, мы оформляем похороны на безвозмездной основе. Есть такой механизм, когда люди получают социальное пособие на погребение, а государство в нашем лице предоставляет им минимальный перечень услуг: самый дешевый гроб, копку могилы, бесплатное место на Спасо-Перепечинском кладбище и транспорт в один конец. В Москве это пособие составляет 16 тысяч рублей.

Ситуации, когда за телом никто не приходит, случаются достаточно редко. Я бы сказал, что это четыре трупа в год. Несколько дней невостребованное тело хранится у нас, потом его отправляют в специальное трупохранилище, затем в крематорий, где за государственный счет сжигают, а урну захоранивают в общую могилу.

В морге почти невозможно перепутать документы. Когда гроб стоит на постаменте и мы приглашаем родственников в ритуальный зал, то просим опознать покойного и расписаться в журнале, что они забирают тело. Но иногда люди делают это мельком. И вот был случай, правда, не в моем морге, когда в один день отдавали двух дедушек. На первой выдаче родственникам было пофиг, а на второй выдаче родственники говорят: «А это не наш дедушка». Хорошо, что выдачи были близко по времени, первый гроб вернули назад и поменяли.

Ритуальные агенты, которые долго работают в этой сфере и делают свою работу хорошо и качественно, имеют бонус: люди начинают обращаться повторно. Для многих важно, кто и как помог им в решении вопросов. У них, допустим, умерла через два года бабушка, а они решили позвонить мне, вместо того чтобы просто пойти в морг или найти службу в интернете. Если есть возможность, то я не отказываюсь. Иногда нам звонят и говорят: «Вот, у нас бабушка плохая совсем, скоро умрет, что нам делать?» — и обговаривают детали заранее.

Когда люди узнают, где я работаю, реагируют с интересом. Сразу начинаются вопросы: «А что? А как?» И сами заказчики расспрашивают меня, но я считаю, что у врачей работа сложнее. Часто родственники винят именно их в смерти близких. К нам люди приходят, когда все уже случилось. Конечно, бывают и истерики, особенно когда умирают дети или молодые люди. Какие-то случаи, безусловно, западают в память. Особенно интересно общаться с тем поколением, которому за 80: как дедушка рассказывает про свою бабушку, с которой прожил больше полувека. В такие минуты люди часто и охотно делятся информацией, и нужно уметь слушать их. Я даже думал, что когда-нибудь книгу напишу «Записки ритуального агента».

Зарплата

В среднем мой доход составляет 100 тысяч рублей. Зарплата в морге начисляется из процентов, которые я получаю за оформление заказов. Уровень смертности нестабилен: в один месяц можно получить 80 тысяч, в другой 120. За одно тело выходит около 3,5 тысячи рублей.

За один повтор (это когда люди сами обращаются ко мне как к агенту) я могу получить 15 тысяч рублей. В один месяц может быть два повтора, а в следующие три — ни одного. Чем дольше ты работаешь, тем больше повторов. Знаю людей, которые в этой сфере 20 лет: у них нет необходимости дежурить и работать по графику, они просто получают заказы и их оформляют. Это, если можно сказать, пенсия ритуального агента.

Ни премий, ни штрафов у нас нет. Бывает, что благодарят люди. Раньше было принято давать водку, а сейчас вручают конверты. Хотя это бывает совсем нечасто и суммы совсем разные: где-то тысяча рублей, а где-то 15 тысяч.

Расходы

У меня трое детей. Старший ребенок учится в вузе, а младшие — в начальных классах школы. Кстати, младшие дети не знают, где я работаю. Думают, что где-то в больнице. Наверное, скоро придет время им рассказать. Хотя пока они сами не станут задавать вопросы, говорить ничего не буду. На содержание семьи у меня уходит 50 тысяч рублей в месяц. Жена работает в банке и получает около 70 тысяч рублей. Наш ежемесячный платеж по ипотеке составляет 25 тысяч рублей. Я передвигаюсь на машине, на бензин и прохождение ТО в среднем уходит 7 тысяч рублей в месяц.

У меня есть хобби. Я увлекаюсь радиоуправляемыми моделями. Это не требует постоянных затрат. Один раз в год я могу купить катер или коптер за 20 тысяч рублей, а другие расходы — незначительные. Люблю работать руками — паять, сверлить, клеить.

Есть, конечно, накопления. Мы стараемся откладывать деньги на расширение жилплощади. Естественно, пару раз в год отдыхаем — один раз летаем на родину, один раз куда-то за границу — в Европу или на море.

Я периодически смотрю карьерные порталы, но о смене работы не думаю. В кризис найти работу по моему прежнему направлению нереально. Для меня эта должность комфортна, меня все устраивает.


Иллюстрации: Виктория Бойко