В рубрике «Где ты работаешь» мы продолжаем рассказывать про знаковые нежилые здания Москвы. В новом выпуске — Центральный московский ипподром на Беговой улице, где 11 июня пройдут скачки на приз президента, которые собирается посетить Владимир Путин. The Village побывал там раньше, чтобы узнать, как историческое место адаптируется к новому времени, кто там работает, много ли людей ходят на скачки и сколько выигрывают самые удачливые игроки.

Фотографии с воздуха

Константин Митрохов

Фотографии

Ксения Бабушкина

Центральный московский ипподром


Адрес

ул. Беговая. д. 22

Дата основания

1834 год

Площадь ипподрома

40 гектаров

Количество мест на трибунах

3,5 тысячи

Архитекторы

И. Т. Барютин, С. Ф. Кулагин, Р. И. Клейн (1899), реконструкция И. В. Жолтовского (1951–1955)

История

Московский рысистый ипподром — старейший в России и первый в мире, на котором начали проводить соревнования по бегу рысью. Для русской элиты XVIII века коневодство было сродни страсти некоторых миллиардеров к дорогим автомобилям — на своих заводах дворяне стремились вывести идеальных лошадей для комфортного передвижения по российским дорогам. Именно для испытания орловских рысаков (породы, выведенной братом фаворита Екатерины II графом А. Г. Орловым) и начались рысистые бега на Ходынке. Правда, раньше земли Ходынского поля находились далеко за городом, а не на Третьем транспортном кольце. Первая деревянная «беседка» на этом месте появилась в 1834 году, уже после смерти графа. Кстати, флюгер на башне Московского ипподрома изображает не просто лошадь, а одну из самых знаменитых и красивых русских лошадей XIX века по имени Ашонок.

С самого начала место начало привлекать азартных игроков, но тогда выигрыши были небольшими — не более 10 % от суммы ставки. Массово публика стала приходить на ипподром, когда в 1870-х появился тотализатор. В 1882 году построили новое здание Рысистого ипподрома по проекту архитектора Чичагова, а в 1900 году здесь провели реконструкцию по проектам архитекторов Барютина и Кулагина при участии Клейна.

В 1920-х годах, после революции, бега возобновились, а в 1930-м соседний Скаковой ипподром, на месте которого стали строить железную дорогу, присоединили к Беговому — так возник Центральный московский ипподром. В 1949 году старое здание почти полностью сгорело, архитектором нового стал академик Иван Владиславович Жолтовский. Для него Московский ипподром оказался последним в жизни и одним из самых масштабных проектов.


Сергей Сергеев

историк архитектуры

При проведении реконструкции ипподрома Жолтовский учитывал параметры Ленинградского проспекта и Беговой улицы. При реконструкции трибуны выросли в два раза — с двух ярусов до четырех. Фасад получил два акцента — башню слева и портик с колоннадой под треугольным фронтоном справа. Так архитектор соединил образы двух главных памятников Москвы — Кремля и Большого театра. Полагаю, что такой стиль можно назвать «специфический историзм» — ориентация на лучшие достижения истории мировой архитектуры в условиях середины ХХ века, возможно, с несколько утопическим оттенком.

Интересно, что в архитектурном решении ипподрома используется как форма базилики, так и пентаграмма (звезда Соломона, заклинающая духов и демонов). В моем представлении это возвращение Жолтовского к памяти о его связях со старообрядцами Рябушинскими (Елена Рябушинская была его первой женой) и в какой-то степени тема тайного знания.


С 1955 года на Центральном Московском ипподроме проводились все международные соревнования по рысистым бегам, постоянно работал и тотализатор. Он был настолько доходен, что на вырученные деньги профинансировали одну из реставраций Большого театра, ремонт Боткинской больницы и постройку домов-башен, до сих пор окружающих ипподром.

После развала СССР в 1992 году скачки прекратились, их возобновили только в 2000-м. Сегодня комплекс на Беговой входит в состав госкомпании «Росипподромы», объединяющей все государственные ипподромы страны. Лошади, участвующие в бегах и скачках, принадлежат в основном частным владельцам. Всего ипподром вместе с летними конюшнями вмещает до 1 000 лошадей, причем не все живут здесь постоянно: на зиму остаются только рысаки, остальных лошадей развозят на конные заводы.

Как здесь работается

Алла Михайловна Ползунова

наездник, тренер, на Московском ипподроме с 1953 года

О работе

В 1958 году я окончила Тимирязевскую сельскохозяйственную академию по специальности зоотехник и должна была по распределению пойти работать на 1-й Московский конный завод. Но там не оказалось штатных мест, и я пошла работать помощником к своему учителю — легендарному наезднику и тренеру Александру Федоровичу Шельцыну — на Московский ипподром. Для этого пришлось просить директора конного завода писать официальное письмо директору ипподрома — тогда люди с высшим образованием не могли работать помощниками наездников. Но мое желание было очень сильным — еще в детстве я решила заниматься только лошадьми.

С тех самых пор я и работаю на ипподроме. Как наездница я участвовала в соревнованиях до 1996 года. Параллельно занималась и наукой, защитила диссертацию о тренировке рысаков разных типов высшей нервной деятельности. Чтобы понять, какие они бывают, эти типы ВНД, мы с коллегами семь лет ездили на конные заводы и исследовали 3 тысячи лошадей! А еще я преподавала с 1974 года и до сих пор веду тренинг в школе наездников. Сама школа находится в Воронежской области, а филиал открыли на нашем ипподроме.

О наездниках старого века

Когда сгорел старый ипподром, конечно, начальство стало искать вредителей. Заодно с ними хотели избавиться и от «неблагонадежных» работников. Так, мой учитель Александр Федорович Шельцын был сослан в Красноярский край. В 1953 году, после смерти Сталина, он вернулся в Москву и стал заведовать тренировочным отделением в Тимирязевке, где я с ним и познакомилась. Как и все старые коневоды, он был человеком высокой культуры — все помнят его мягкий нрав, его искусство обхождения с лошадьми. Даже молодых студентов и конюхов он называл по имени-отчеству, на конюшне при нем никогда не ругались. Он работал с орловскими рысаками — породой, которой и знаменит Московский ипподром.

Что касается женщин-наездниц, то еще в начале века их было так мало, что единственная женщина-наездник нашего ипподрома — Вера Владимировна Костенская — ходила в мужских брюках и говорила о себе только в мужском роде. Больше женщин на ипподроме появилось в 1930-е годы. Когда я пришла сюда, то стала одной из пяти наездниц, всего же на ипподроме было 120 наездников. Женщины соревновались наравне с мужчинами, как и сейчас — в конном деле пол не имеет значения, все дело в общении человека и лошади. Научиться общаться с лошадью — настоящее искусство, притом очень человеческое, ведь главное здесь — душа.

О прошлом и настоящем

В советские годы трибуны были полны народа в каждый беговой день — не только зрителями, но и игроками! После запрета азартных игр в 2006 году закрылся тотализатор, и посетителей мы подрастеряли. Сейчас мы боремся за то, чтобы вернуть публику: продолжает работать наша школа наездников, в которой мы работаем и с детьми, и вообще стараемся быть ближе к народу — например, 8 Марта вывели на трибуну лошадей, разрешали с ними фотографироваться, общаться.

В советское время конное дело поддерживалось на государственном уровне — ипподром, Институт коневодства, конные заводы в регионах были в ведении Минсельхоза. А с развалом Союза государственной поддержки мы лишились. Поэтому в 1991 году на базе и с помощью Московского ипподрома мы открыли «Содружество рысистого коневодства». Оно выпускает журнал «Беговые ведомости», проводит соревнования — например, Европейский чемпионат молодых наездников. Еще мы стараемся сохранить нашу знаменитую породу лошадей — орловскую рысистую.

Елена Петерсон

экскурсовод музея ипподрома, работает с 1996 года

О работе

История Центрального Московского ипподрома — продолжение моей предыдущей работы. Я коренная москвичка, но большую часть жизни — 36 лет — я проработала во Всесоюзном НИИ коневодства в Рыбновском районе под Рязанью. По специальности я зоотехник, последние 16 лет в НИИ была заведующей научным архивом, где я создала музей института.

В 1996 году я вернулась в Москву и в 2002-м по приглашению Аллы Михайловны Ползуновой, которую я давно знала — кто ее не знает в нашей сфере! — пришла работать на Московский ипподром в музей экскурсоводом, ведь музейный опыт у меня уже был.

О музее

Первым директором музея ипподрома был создавший его Александр Валентинович Левин — мастер-наездник и председатель профсоюзного комитета.

После того как Левин ушел на пенсию, я до 2014 года работала заведующей музеем, а потом стала экскурсоводом, над расширением тематики наших экскурсий мы постоянно работаем. Александр Валентинович собрал множество уникальных экспонатов и фотодокументов. Да и о самом месте можно рассказывать часами.

О секретах и символах здания

Очень интересно само помещение музея, в котором сохранилось необычное перекрытие — это своды Монье, строили их только до 1920-х годов. Раньше ипподром постройки 1900 года считался полностью утраченным. Теперь понятно, что он встроен в здание архитектора Жолтовского. От предыдущего строения сохранилось и фигурное ограждение беговой дорожки у кромки поля.

В постройке бегового ипподрома 1900 года участвовал академик архитектуры Роман Клейн, и в нашем музее есть мебель, созданная по его эскизам, — это шкаф и стол из кабинета Николая II на скаковом ипподроме, сгоревшем в 1918 году.

Один из главных акцентов фасада со стороны Беговой — величественная многоярусная башня, в которой использованы мотивы средневековой итальянской и древнерусской архитектуры. Здесь есть очень интересная «цитата»: на ее среднем ярусе на передней части видны силуэты двух всадников. Такие всадники — Дмитрий Солунский и Георгий Победоносец — были установлены в 15-м столетии на Фроловской башне Кремля (ныне Спасская).

Антон Валуев

руководитель управления по развитию тотализатора, работает с 2014 года

О работе

На ипподром я пришел два года назад на должность специалиста управления по развитию тотализатора, откликнувшись на вакансию. Образование у меня подходящее — институционный менеджмент.  Сразу захотелось работать в этой команде — вдохновляла амбициозность поставленных задач: мы с нуля начали строить то, что было забыто долгие годы. ОАО «Росипподромы» получило лицензию на проведение тотализатора в 2014 году. Мы открываем пункты приема ставок — например, в этом сезоне они начали работать на Новосибирском, Омском ипподромах. Для тамошней публики это непривычно, поэтому мы учим сотрудников привлекать людей, объяснять правила игры на скачках.

Узнавая, где я работаю, мои друзья искренне удивлялись: многие не слышали, что в Москве есть ипподром, где каждую неделю проходят испытания лошадей. Сначала люди приходят полюбоваться на лошадей, потом делают ставку-другую — и многие втягиваются, становятся частыми посетителями.

Как делать ставки и выигрывать на скачках?

Тотализатор отличается от букмекерских контор и лотерей. В букмекерской конторе игрок делает ставку и играет против букмекеров по принципу казино: либо получает деньги, либо полностью отдает их организатору игры. В тотализаторе же действует принцип взаимных пари: игроки заключают пари между собой, создавая тем самым общий пул из ставок. Верно угадавшие исход события делят выигрыш между собой, а тотализатор выступает в роли арбитра, забирая себе «посреднический» процент — до 30 % от пула.

Главная особенность тотализатора — динамичные коэффициенты выигрыша, которые меняются вплоть до начала заезда. Самое простое пари — «Одинар». Игрок должен угадать победителя заезда или скачки. Есть и более сложные ставки, например «Четверной экспресс» — нужно угадать четырех лошадей в точной последовательности прихода к финишу. На таких ставках выигрыши крупнее. Суммы разнятся и в зависимости от лошадей: если побеждает лошадь-аутсайдер, ставившие на нее получают больше, чем если бы ставили на фаворита, чья победа более ожидаема. Ну а самая сложная игра — «6 побед». Нужно угадать первых лошадей в шести заездах. Игроки до конца не знают, какую сумму они выиграют в сложных видах пари, поскольку заранее неизвестно, сколько еще человек поставили на выигрышную комбинацию.

Именно на этой игре в начале 2017 года один из посетителей унес самый крупный выигрыш — 1 миллион 18 тысяч рублей. Кстати, ставить можно не только на российские скачки — можно участвовать и во французском тотализаторе PMU (Paris Mutuel Urbain, «Взаимное городское пари»). Там и выигрыши, и уровень игроков выше.

Сейчас мы постепенно возрождаем конноспортивный тотализатор и хотим открыть его на всех действующих ипподромах России. Замечу, что это не просто азартная, а интеллектуальная игра. Конечно, удача имеет место, но игрок должен изучить историю выступлений лошади, ее родословную, опыт наездника, взвесить все факторы и только после этого делать ставку.