В рубрике «Где ты работаешь» мы рассказываем о знаковых нежилых зданиях Нижнего Новгорода. В этом выпуске — бывшее городское начальное училище по адресу: улица Гоголя, 62. The Village узнал, как за 25 лет можно восстановить полуразрушенное здание, что хранят в себе стены школы и есть ли там тайная комната.

Фотографии

Илья большаков

Общая площадь после реконструкции:
две тысячи квадратных метров

Год постройки: 1912

Архитектор: Николай Вешняков

Количество сотрудников частной школы имени М. В. Ломоносова: 60 человек

О месте

История школы начинается в 1908 году, тогда, в рамках реформы Столыпина, было принято решение о переходе ко всеобщему начальному образованию. Школа становится доступной для всех слоев населения. В городах и селах стали открывать новые учебные заведения, и Нижний Новгород сразу же включился в этот процесс.

В 1912 году открылось новое здание в Языковом переулке (сегодня улица Гоголя), где помещалось два начальных училища смешанного типа: Рождественское, переведенное с Почаинской улицы, и училище из дома Машистова с Малой Покровки, названное именем Ломоносова. Здание строилось по проекту архитектора Николая Михайловича Вешнякова. Оно каменное, с просторными классными помещениями и двумя залами, с паркетным полом. Стиль дома немецко-голландский. Оттуда открывался прекрасный вид на Волгу и Оку.

Строительство училища пришлось на юбилейный год, широко отмечавшийся в стране, — 200-летие русского ученого Михаила Ломоносова (8 ноября 1911 года). В связи с этим городская администрация приняла решение о присвоении этого почетного имени новому учебному заведению.

Училище комплектуют по смешанному типу: 137 мальчиков и 38 девочек, которые должны были получить «начальное умственное и религиозное образование». Однако народное училище имени М. В. Ломоносова просуществовало всего два учебных года. Начавшаяся Первая мировая война сильно изменила общественную жизнь. 21 июня 1914 года в здании школы открывается лазарет 32-го сводного эвакуационного военного госпиталя, и последующие несколько лет здание не осуществляло учебную деятельность.

В 1920-е годы здание ремонтируют, и в 1925 году городской Совет открывает в нем трудовую школу 1-й и 2-й ступени. Правда, сам процесс обучения носил рекомендательный характер, упор делался на трудовые навыки учеников. В 1931 году в школы вновь возвращаются общешкольные программы. В 1934 году школе Ломоносова оставили только первую ступень образования — начальная школа с четырехлетним обучением.

В разные периоды в школе происходили изменения: менялось название, нумерация, ступени образования, внедрялись новые дополнительные предметы.

Сегодня это международная школа как по факту авторизации программ международного бакалавриата (PYP IB, MYP IB), так и по составу учеников. Обучение ведется на русском языке, но с активной поддержкой английского языка учителями-ассистентами и преподавателями родного языка для иностранных школьников.


Как здесь работается

Галина Юрьевна Клочкова

директор школы

Летом 1992 года была реорганизована начальная школа, которая находилась в этом здании. Ее ученики перешли в отремонтированные школы № 33 и 113. Этот микрорайон считался стареющим, а здание хотели вообще вывести из системы образования. Его передача частной школе воспринималась как промежуточный вариант, — мало кто верил, что это будет долгоиграющий проект. Требовались огромные инвестиции, ведь здание находилось в состоянии ветхого памятника. Школа досталась нам по счастливому стечению обстоятельств: именно в 1992-м вышел в свет закон об образовании, который разрешил государственно-частное партнерство. Тогда сошлись интересы многих людей: и политиков, и чиновников, и бизнесменов.

Я всегда обращала внимание на этот уютный кирпичный домик под зеленой крышей, но когда увидела его вблизи, была разочарована: в школу можно было попасть только через черный ход, внутри все было покрашено типичной зеленой советской краской, крыша старая, а внутри — мусор вперемежку с матрацами и одеялами, видимо, создававшими там дополнительное тепло.

Когда мы получили здание, оно физически было изношено почти на 100 %, а площадь составляла 1500 квадратных метров. За эти годы мы увеличили площадь до 2000 квадратных метров и сделали несколько капитальных ремонтов.

Не было ощущения, что кто-то беспокоился о внутренней и внешней красоте, о сочетаниях, дизайне. Парадная лестница внутри была заколочена, мы и увидели-то ее только спустя два года. Многим людям это здание казалось несуразным, старым, но я видела в нем больший потенциал, чем в любой новой школе. Если бы мы тогда не взялись за эту школу, сейчас здесь бы располагался какой-нибудь банк или жилое здание. А может, его вообще не было бы?

В 90-е сложно было достать качественные материалы, поэтому мы не стали делать серьезный ремонт. Для начала решили расчистить пространство. Складывалось ощущение, что школа связана и утыкана разного формата гвоздями и сейчас ее будут пытать. Но при этом мы понимали, что здесь есть совсем другая жизнь, другая энергетика. Детям здесь всегда все было знакомо и понятно. Многие бывшие выпускники еще прежней школы иногда приходят сюда и говорят, что тут определенно есть дух Школы. Кажется, что сюда при строительстве вложили романтические мечты, которые со временем проступают.


Больше всего мне нравится создавать и поддерживать здесь ощущение дома, ощущение теремка, в котором находятся разные люди. Мне хочется, чтобы они чувствовали себя комфортно, как будто бы это они придумали

В первый год мы решили отреставрировать крыльцо по сохранившимся эскизам. Относительно профессиональный подход к ремонту произошел в 1998 году, когда мы утверждали мансарду. Ее нельзя было сделать промышленным способом — мы не могли заказать конструкцию на заводе, потому что здесь, как в Третьяковской галерее, ни одна балка другую не повторяет. Всю мансарду приходилось создавать по отдельным кусочкам. Много времени ушло на согласование окон, которые в итоге создали дополнительное пространство.

Завершив строительство мансарды, мы начали последовательно оформлять лестницы, тепловую систему, избавились от запаха канализации. Двери мы заказали в Выксе на деревообрабатывающем предприятии с принципиальным хозяином, который долго не хотел отдавать нам заказ, потому что тщательно над ним работал — двери нужно было восстановить по старым эскизам. Родители учеников очень помогали нам: давали советы по реставрации, находили профессиональных инженеров и строителей. Все эти люди любили школу как явление, как событие и очень внимательно относились к ней.

Мы с этим зданием вместе выросли, оно стало нам родным. Здесь никогда не было спонтанных и случайных действий. Интересно, что детьми изменения в школе воспринимаются как насущные, подобно смене времен года.

В будущем мы хотим заменить бесполезную парковку стеклянными конструкциями, соединив башни и получив еще одно пространство для школы. Правда, сейчас пока нет человека, который взял бы на себя инвестиционную составляющую.

Мне очень нравится обживать школьное пространство и смотреть на то, как его обживают дети. Я постоянно наблюдаю, как функционирует школа, чтобы понять, чего не хватает, что нужно изменить. Больше всего мне нравится создавать и поддерживать здесь ощущение дома, ощущение теремка, в котором находятся разные люди. Мне хочется, чтобы они чувствовали себя комфортно, как будто бы это они придумали.


Дарья Игоревна Бартеньева

заместитель директора, IB DP Coordinator (координатор международных программ старшей школы), преподаватель общественных дисциплин

Я училась в этой школе и помню ее с 1992 года. Вид на Стрелку и отсутствие рядом стоящих домов всегда давали ощущение свободы. Школа мне казалась безграничной, но когда я пришла работать сюда, пространство сосредоточилось: я стала понимать назначение каждого кабинета.

В 1998 году чердак превратился в большой холл, где часто проходили выставки нижегородских художников. Школа всегда старалась поддерживать художников и одно время даже имела статус гуманитарно-художественной. Сейчас многие картины с прошлых выставок украшают стены школы, а в 2008 году в холл переместилась библиотека. Если следовать международным стандартам, то книги должны быть в свободном доступе. До этого в школе было лишь маленькое книгохранилище. Когда книги перевезли в мансарду, у многих учеников и посетителей школы произошло мощное изменение в сознании: как это у детей вдруг появилась уютная комната, где можно сидеть на диванах, читать, готовиться к урокам и при этом не мешать друг другу? Пожалуй, это было одно из самых серьезных изменений.

Интересно, что школу часто хотят арендовать для разных мероприятий. Однажды нас попросили разместить здесь управление прокуратуры для съемок сериала «Московская борзая», но мы отказались.

Сначала у меня был незаметный кабинет между этажами, но последние четыре года я работаю в пространстве, которое совмещает и кабинет, и учительскую. Это такой эпицентр событий и новостей — вся информация приходит туда. Вместо этого кабинета когда-то был склад, забитый фанерой. Мы вычистили его, добрались до столетнего кирпича и сделали там лофт-учительскую.

Я думаю, в нашей школе точно есть еще помещения, о которых мы не знаем. Иногда ищешь учителя, а его нигде нет, и думаешь, где же он прячется?

Раньше самым темным местом в школе был коридор около столовой, и дети даже снимали там ужастики для своих проектов. Они знали, что находятся в старом здании, и им очень хотелось выудить что-то страшно-мистическое в своих играх.

Единственное, к чему я никак не могу привыкнуть, — это лестница. Размер и высота ступенек отличаются от обычных. Есть ощущение, что в течение дня ты ходишь по одиннадцатиэтажному дому.


Когда книги перевезли в мансарду, у многих учеников и посетителей школы произошло мощное изменение в сознании: как это у детей вдруг появилась уютная комната, где можно сидеть на диванах, читать, готовиться к урокам и при этом не мешать друг другу?


В 1994 году, когда я начала преподавать русский язык и литературу в этой школе, здание выглядело так, как было построено много-много лет тому назад.

Через какое-то время было принято решение сделать еще один этаж, где сейчас располагаются мастерские для работы по изобразительному искусству, зимний сад и библиотека. Совершенно замечательная ситуация, когда книги в открытом доступе. Наша мансарда — это приятное место, где дети любят читать, отдыхать и общаться друг с другом в перемену. В нашей школе всегда доброжелательная атмосфера, которая способствует тому, что ты в хорошем настроении приходишь в класс.

Раньше вместо лаборатории (кабинет № 1) был так называемый Голубой зал с зеркальными стенами, в котором проходили уроки бальных танцев. В нем же находился конференц-зал, а сидячие места располагались амфитеатром. А в этой учительской, где мы сейчас с вами находимся, когда-то был самый настоящий склад хозяйственных вещей.

Мне очень нравится расположение школы. Глядя в окно из кабинета 11-го класса, я часто вспоминаю слова Кулибина: «Красота необыкновенная, душа радуется». Однажды мы прогуливались с ректором лингвистического университета Геннадием Петровичем Рябовым по набережной, и он сказал: «Напрасно вам Клочкова платит зарплату». Мы очень удивились и вопросительно на него уставились. «За то, что вы любуетесь вот такой красотой ежедневно, это вы должны ей платить!»

В течение десяти лет наша школа была инициатором олимпиадного движения под названием «Интеллектуальный марафон». Дети набирали баллы за каждую из шести номинаций, а суммарные баллы выявляли своеобразного «сегодняшнего» Ломоносова — человека, который был успешен в целом ряде различных наук. Абсолютный победитель определялся на заключительном этапе, который представлял собой телевизионную игру «Академия школьных наук». Через пять лет после существования олимпиады мы получили штандарт губернатора за вклад в олимпиадное движение Нижегородской области.

Валерия Борисовна Грач

учитель русского языка и литературы


Когда мы пришли работать сюда, внутреннее убранство было очень старым. Сначала провели косметический ремонт, но самым значительным изменением стало появление верхнего этажа. Это было новогодним сюрпризом для всех учеников и учителей. Никто не мог поверить, что вместо чердака теперь новый этаж с необычными окнами.

Перед основательным ремонтом всем детям разрешили расписать стены каждого класса в свободном стиле. Школа тогда была гуманитарно-художественной, у детей было много уроков рисования — и они с удовольствием приступили к работе. Я принесла своим ребятам книгу об Эшере, которая их вдохновила, и в нашем классе получились две стильные черно-белые стены.

Постепенно преобразовываются аудитории, очень важно, что в одном кабинете никто не работает несколько лет подряд. Учителя и ученики меняются классами, иногда это происходит неожиданно для всех, но это такая полезная смена обстановки. Например, в кабинете, где сейчас работает врач, раньше проходили уроки по естествознанию. Были периоды, когда некоторые аудитории пустовали, потому что учеников не хватало.

Внешне здание очень интересно и привлекательно. Когда я еду по мосту из нижней части наверх, всегда стараюсь рассмотреть его из окна.

Прочные стены этой необычной школы дают нам другую степень защищенности. Здесь уделяется внимание каждой мелочи, и от этого создается приятная теплота и какая-то особенная дружеская атмосфера.

Людмила Георгиевна Ершова

учитель математики