Времена, когда рождение ребенка означало для молодой мамы конец карьеры и полное погружение в быт, постепенно уходят в прошлое: современные мамы успевают вести не только хозяйство, но и бизнес. Одни строят карьеру, другие развивают собственное дело. Кому-то помогают няни, кому-то бабушки, а кто-то — за равноправное родительство.

В рубрике «Карьера» The Village делится вдохновляющими историями молодых мам, которым удается все успевать. В новом выпуске Ульяна Юрьева, хозяйка оригинальной монокондитерской Brownie Mama и мама троих детей, рассказывает о том, как возникла идея печь брауни, сложно ли участвовать в городских фестивалях и как совмещать бизнес и воспитание детей.

Свадебные туфли, африканские ткани и слингопальто

До появления детей я была студенткой, училась в МАрхИ и подрабатывала архитектором. Старшая дочка родилась на последнем курсе института, так что вся моя профессиональная деятельность связана с детьми. Я сразу поняла, что с ними намного удобнее иметь свой собственный бизнес, который позволял бы выстраивать свой день и не зависеть жестко от чужих требований.

Все началось с того, что я не смогла найти себе свадебные туфли. Оказалось, создание обуви не так уж сильно отличается от проектирования архитектурных объектов. Так я стала шить свадебную обувь. Я еще ничего не понимала, в моем маленьком бизнесе не было никакой структуры, но дело шло. По дороге в роддом я звонила клиентке и извинялась, что заказ на неделю задержится.

Первый год жизни Лукии оказался непростым: были проблемы со здоровьем, я не могла оставить ее, постоянно должна была быть рядом. Тогда особенно важным оказалось наличие дела, которое связано с творчеством и приносит удовольствие. Оно дало возможность не зациклиться на сложностях и не упасть духом.

Следующий бизнес начался внезапно. Подруга стала возить в Москву африканские ткани, а я предложила шить одежду из остатков. Потом занялись винтажем, который я привозила из путешествий, — в основном это были украшения и немного одежды.

Да, мне всегда не сиделось на месте. Сына я практически из роддома принесла в офис. Клала его на стол и тут же рядом кроила ткань. Могла шить, одновременно качая детское автокресло, в котором спал ребенок. Дети были со мной постоянно. Они росли во всем этом. Я брала их в офис и на встречи. Клиенты иногда удивлялись, конечно. Но я говорила, что они мои помощники.


Я считаю очень важным брать детей на работу. Они видят, что работа — это когда взрослый целый день занят чем-то интересным. В таком мире детям веселее и понятнее и учиться, и взрослеть


Когда я была беременна третьим ребенком, мы с подругой начали производство слингопальто (пальто, предназначенное для ношения ребенка в слинге. — Прим. ред.). Это уже было настоящее производство, пальто мы отшивали в цеху — я влюбилась в эстетику промышленного производства. Были, конечно, и свои промашки, когда приходилось размещать в Сети объявления вроде «До завтра нужно пришить 200 пуговиц. Помогите!».

Осенью 2015 года я вышла из бизнеса по пошиву: поняла, что этот ребенок уже вырос и его пора отпустить от себя. И еще что это дело перестало приносить удовлетворение. Я продала свою долю в бизнесе по производству слингопальто, оставшись только дизайнером. И устроила себе период тишины, когда можно было прислушаться, понять, что мне нужно. Дети росли, я занималась чужими проектами, которые приходили сами, к которым меня подталкивала жизнь. Хотелось же именно проект от себя, родившийся от моих желаний и удовольствий. В то время я мало общалась с друзьями, снизила активность в соцсетях, и мы уехали на два месяца в Таиланд.

Именно в Таиланде мне в первый раз пришла идея о том, чтобы печь. Но я отогнала ее. Слишком далекий от привычного бизнес. Да, я всегда пекла и любила это, участвовала в конкурсах, но только на уровне хобби: многие вкусно готовят, но им за это не платят.

Brownie Mama, «Эскимо-фест» и «Маркет местной еды»

В мае 2016-го на одной из вечеринок я познакомилась с Мурадом Калаевым, совладельцем «Дагестанской лавки». Я заслушалась, как он увлеченно рассказывал о мясе (к слову, мясо я не ем). Мы разговорились. Я спросила, почему так много интересного происходит в гастроиндустрии и ничего — в кондитерской. Почему никто не делает интересной выпечки? Почему так мало разнообразия? «А ты почему не делаешь? Вот ты не делаешь, поэтому никто и не делает», — ответил мой собеседник. Я тогда страшно обиделась: он задел меня за живое. Я рассказала об идее печь брауни, и тут же в разговоре родилось название — Brownie Mama. Мама — потому что это свойство совершенно неотделимо от меня.

Я приехала домой, зарегистрировала аккаунт в инстаграме и успокоилась. Но тут в игру вступил мой муж. Он сказал: «Все, с сегодняшнего дня ты печешь только брауни. Пока не откроешься. Отрабатывай рецептуру, практикуйся».

Я начала печь брауни. Экспериментировала с разными вкусами, пробовала разный шоколад. И уже в сентябре подала заявку на участие в осеннем «Эскимо-фесте», любимом и близком мне идейно проекте, который дает вещам вторую жизнь. Мне пришел запрос «Кто вы?», и пришлось срочно сделать страницу в фейсбуке. Потом попросили фото моей продукции. Я напекла, сделала несколько кадров и отправила их организаторам. И меня взяли.

Мероприятие далось сложно из-за погодных условий: стояла страшная жара, а потом полил дождь. Но это был очень полезный опыт. Мы увидели, что люди приходят и покупают наши брауни. Тут же фотографируют и выкладывают в инстаграм. Это очень вдохновило.

Я решила узнать, как происходит отбор на «Маркет местной еды» — очень крупное мероприятие, к которому я совершенно не была готова. И все же меня пригласили на дегустацию. Было очень страшно, я очень много улыбалась, и меня опять взяли. Я не могла в это поверить. А потом мы с мужем стояли два дня, в буквальном смысле не отходя от кассы. Мы не видели других проектов — только нашу очередь. Соседи приносили нам поесть. За первый день мы продали все, что я напекла на два дня. Ночью вместо отдыха пришлось печь еще. И потом стоять второй день, тоже без отдыха.

На закрытии фестиваля мы узнали, что победили в голосовании за полюбившийся проект. Мы выиграли у бургеров и у кофе. Впервые на «Маркете местной еды» выиграли новички. И впервые выиграл именно кондитерский проект.

После маркета сразу пошли заказы. При еще не активных соцсетях, без рекламы. Люди, которые пробовали наши брауни, стали заказывать. Вдруг оказалось, что брауни — классный подарок: их отправляют мамам, друзьям и любимым. Пошли активные продажи, и мы открыли цех.


Одно дело, когда твои дети любят, как ты печешь, и совсем другое — когда сотни людей платят за твой продукт деньги и из всех проектов выбирают именно твой. После этого стало понятно, что дороги назад нет


Первое время я готовила с младшим на руках, но объемы так быстро увеличивались, что я решила взять няню. Мои старшие дети ходят в две разные школы, что тоже не облегчает логистику. Так что, помимо своего дела, мне постоянно приходится просчитывать, кого откуда забрать и как доставить каждого из детей вовремя в школу, на секции, на обед и домой.

Обычно с утра детей развозит муж. Я рано начинаю работать и рано заканчиваю. И могу забрать их после работы. Нам немного помогает моя мама, но не постоянно. Младший сын пока сидит дома с няней. Все это нетрудно и по-своему доставляет удовольствие. Единственное, что напрягает, — очень мало приходится спать. Это проблема.

У нас небольшая команда. Кондитер печет. Я пеку и разрабатываю рецептуру. И есть еще Аня. Она не печет, зато делает все, чтобы мы могли печь. Сейчас у нас 12 видов брауни. Остановиться очень сложно, но я стараюсь ограничивать себя. Все новые брауни пробуют дети, они главные тестировщики, и у каждого есть свой любимый вкус. У младшего, например, мятный.