2017 год в архитектуре запомнился открытием нескольких важных долгостроев. Прежде всего — Эльбской филармонии в Гамбурге, Лувра в Абу-Даби и конгресс-центра в римском Квартале всемирной выставки. Кроме того, продолжилось развитие общественных пространств: в Москве открылось «Зарядье», в Краснодаре — парк вокруг стадиона ФК «Краснодар», в британском Гастингсе — реконструированный пирс, за проект которого бюро dRMM получило премию Стерлинга, главную архитектурную награду Великобритании. The Village попросил российских архитекторов рассказать, чем интересны эти и другие проекты.

Выбор Михаила Бейлина

бюро Citizenstudio


Городской парк «Краснодар»

GMP International, Architekten von Gerkan, Marg und Partner

Парк окружает стадион футбольного клуба «Краснодар» — и это довольно сильный ансамбль. Травертиновый (травертин — камень, которым отделан фасад стадиона. — Прим. ред.) амфитеатр стадиона идеально вписывается в ландшафт, хотя это окраины Краснодара.

Но самое важное здесь другое — качество исполнения. Оно просто невероятно высокое для крупных объектов в России. Этот прецедент показывает, в чем глобальная разница между государственными и частными объектами. Стадион и парк построены на деньги владельца сети «Магнит» Сергея Галицкого. Здесь мы видим, как можно делать, если не воровать и ставить во главу угла качество объекта, а не только его наличие. Особенно силен контраст со стадионом «Санкт-Петербург», где возникает ощущении дешевки от каждой детали. Глядя же на фотографии комплекса в Краснодаре забываешь, что это построено у нас. Это небольшой, к сожалению, кусочек очень правильной России.

Мост парка «Зарядье»

Москва, Diller Scofidio + Renfro, Hargreaves Associates, Citymakers LLC, Arteza, Mobility in Chain, Transsolar, МАХПИ, ГБС имени Цицина

Самое яркое событие в российской архитектуре за год — это, конечно, «Зарядье». Обзорный мост — это тот самый городской аттракцион, которых так не хватает Москве. Сам парк — это такой музей Москвы: идеальная обзорная площадка, с которой город и река открываются с нового ракурса.

Мост привлек меня из-за истории, произошедшей во время его проектирования. По изначальному проекту он имел три опоры (еще одна — в острие моста, она опиралась на набережную). Но в процессе проектирования архитекторы и конструкторы увидели возможность избавиться от третьей опоры и сделать мост летящим над рекой. Обычно все происходит ровно наоборот: две опоры при строительстве превращаются в три, четыре или даже восемь. Так что здесь мы видим своеобразное архитектурное чудо.

Музей современного искусства

Кейптаун, Томас Хизервик

В сентябре 2017-го открылся Музей современного искусства в Кейптауне работы студии Томаса Хизервика. Интерьер бывшего силоса (склада для хранения зерна) превратился в сложную структуру, будто бионического происхождения, которая контрастирует со строгой эстетикой промышленного здания. Внутри это биологический организм, снаружи — технологичный механизм. В целом — очень сильный художественный жест и классный ориентир.

Смотровая площадка Vessel

Нью-Йорк, Томас Хизервик

А в Нью-Йорке сейчас достраивается другой объект Хизервика — мерцающий монумент бесконечной лестницы Vessel. Очень дорогая, 15-этажная обзорная структура из меди с тысячами ступеней. Корабль, плывущий через Манхэттен, — потенциально это новый символ Нью-Йорка.

Хизервик — архитектурный акционист. Его работы — это, как правило, дорогие городские аттракционы. Наличие таких аттракционов обязательно для крупного города. Они создают идентичность, придают городу узнаваемость и в конечном счете повышают его капитализацию. Таких архитектурных событий очень не хватает Москве. Город невероятно много тратит на праздничные декорации, вызывающие в лучшем случае недоумение. Вместо визуального мусора вроде круглогодичной «Ярмарки меда» и прочей дичи в городе могли бы появляться истории вроде Vessel.

Выбор Амира Идиатулина

бюро IND Architects


Лувр Абу-Даби

Жан Нувель

Филиал французского музея в ОАЭ, открытый в ноябре 2017 года, — новая работа архитектора Жана Нувеля. Он — мастер работы с естественным освещением, что еще 30 лет назад продемонстрировал в своем проекте Института арабского мира в Париже. В Лувре Абу-Даби он создал волшебный эффект дождя из света. В дуэте со светом здесь выступает вода — один из мощнейших элементов дизайна пространства. Она сама будто становится материалом: отражает и преломляет свет, зонирует пространство. Вспомните Венецию, где вода — неотъемлемый элемент городского пейзажа. Она ведет тебя по городу, а когда нужно остановиться и просто посозерцать, встает барьером на твоем пути.

Нередко в музее ты ловишь себя на мысли, что что-то еще не пройдено. Такая проблема есть, например, в Эрмитаже. Но ее нет в Музее Гуггенхайма, когда ты идешь по спирали, которая имеет четкую градацию пространств, и понимаешь, что ничего не пропустил. В арабском Лувре, благодаря каналам с водой и продуманным планировочным решениям, навигация организована прекрасно: водные каналы ориентируют посетителей, благодаря чему этой «проблемы запутанной карты» не возникает.

Выбор Николая Переслегина

бюро Kleinewelt Architekten


Эльбская филармония

Гамбург, Herzog & de Meuron

Комплекс, расположенный в бывшем здании портового склада в гамбургской бухте Эльбы, строился десять лет, а его бюджет за это время увеличился более чем в десять раз — с 77 миллионов почти до миллиарда долларов. В итоге мы видим прекрасную постройку, в образе которой есть все: сложность, глубина, осмысленность, многоплановость, символизм. И в то же время визуальная обоснованность и уместность появления такого объекта именно здесь. Безусловно, это важное архитектурное событие, а Гамбург с появлением этого здания приобрел новый визуальный бренд.

Музей современного искусства

Кейптаун, Томас Хизервик

Еще одна постройка в бывшем порту, только локация для проекта такого уровня немного неожиданная — Кейптаун. Элеватор 1920-х годов постройки реконструирован под музейную коллекцию немецкого предпринимателя Йохана Цайца. Здесь будут представлены работы африканских художников, музей должен стать крупнейшим в мире собранием современного искусства Африки. Здание поражает своей индустриальной романтикой и колоссальными объемами, остроумно переосмысленными в качестве новой точки на мировой карте современного искусства.

Небоскреб 56 Leonard

Нью-Йорк, Herzog & de Meuron

60-этажный небоскреб, построенный в районе Трайбека на Манхэттене по проекту Herzog & de Meuron, — пример того, как небоскреб можно сделать гуманным, сомасштабным человеку и среде. В небоскребе размещены помещения под самые разные функции: офисы, отель и жилые этажи, спортзал, фитнес-центр со студией йоги, паровой баней и сауной. Само здание удачно вписано в городской ландшафт Манхэттена — создан небывалый стандарт жилой функции в интерьерах и цветущая сложность во внешнем облике.

Выбор Наталии Саблиной

бюро NS-Space


Внешний вид здания Bloomberg достаточно сдержанный, лишенный каких-либо отличительных черт, я бы даже сказала, грубый. Архитекторы постарались вписать здание в окружающую застройку, повторяя цвет и текстуры соседних домов. В фасаде стекло сочетается с песчаником и грубыми бронзовыми лезвиями, которые автоматически открываются для подачи свежего воздуха внутрь здания. Комплекс состоит из двух построек, которые соединены стеклянными мостами. Они перекинуты через торговую галерею, которая делит комплекс пополам. Это восстанавливает исторический маршрут — раньше в этом месте была улица. Отличительной чертой этого проекта для меня стало сочетание всех факторов целостного, комплексного подхода к устойчивому строительству и дизайну. Благодаря этому офисное здание впервые получило самые высокие оценки экологичности и энергоэффективности.

Кроме того, архитекторы и девелоперы поработали с контекстом места. В 1954 году на этом месте обнаружили храм языческого бога Митры, построенного примерно в 240 году нашей эры. Для заказчиков эта территория была ценной именно из-за археологических находок, поэтому на подземном этаже офиса они разместили масштабную экспозицию. Теперь посетители могут увидеть сам храм Митры и остатки римских сооружений, а часть археологических находок, сделанных за время строительства, выставят на верхних этажах. Хотелось бы, чтобы этот проект стал примером междисциплинарной работы контекстного проектирования внутри исторической городской застройки.

Дата-центр Equinix AM4

Амстердам, Benthem Crouwel Architects

У AM4 есть младший брат — дата-центр AM3, построенный в 2012 году в научном городке Амстердама. Это малоэтажное здание со скромной и прямолинейной архитектурой. Equinix АМ4, в отличие от него, возвышается над землей всеми своими 72 метрами. Benthem Crouwel Architects сделали его в виде жесткого диска, с вертикальной, светящейся красным, полосой лестницы по торцу здания. Примечательно, что здание не приглашает тебя зайти — его окружает ров с водой, как в средневековых сооружениях. Он используется для охлаждения самого здания и оборудования, располагающегося в нем.

Архитекторы осознавали парадоксальность нынешней ситуации, при которой спрос на дата-центры растет, а IT-оборудование уменьшается, поэтому они заложили в здание возможность размещения в нем совершенно других функций взамен устаревшего оборудования. Фасад AM4 можно полностью заменить или убрать для размещения в освободившихся пространствах лабораторий, офисов и квартир. Масштабы дата-центров уже начали влиять на архитектурный облик городов: для большинства из них разрабатываются системы рекуперации тепла, когда излишки энергии используются для обогрева зданий. Власти Стокгольма, к примеру, хотят полностью перевести город на отопление энергией от дата-центров. Возможно, мы стоим на пороге нового будущего, когда жилые кварталы будут формироваться вокруг дата-центров, приближая такую городскую ячейку к автономному статусу.

Выбор Арсения Леоновича

бюро PANACOM


Проект конгресс-центра с отелем в римском Квартале всемирной выставки имеет долгую историю: от старта архитектурного конкурса, который выиграло бюро Массимилиано Фуксаса, до завершения строительства прошло 18 лет. Стройка двигалась медленно из-за перебоев в финансировании и превышения бюджета, который в результате достиг 275 миллионов евро.

Здание получилось поэтичным по замыслу и мастерским по сложности и уровню исполнения. Это хаос, заключенный в рамки рационального, где хаос — это выполненное из полупрозрачной мембраны облако, а рациональное — прямоугольный стеклянный объем на стальном каркасе, в котором это облако парит. В этом сочетании мягкости и жесткости и заключается магия проекта итальянских архитекторов.

Выбор Сергея Чобана

бюро Speech и Tchoban Voss Architekten


Музей дизайна

Лондон, Джон Поусон и ОМА

Музей запомнился высочайшим качеством деталей, реализованных без каких-либо компромиссов.

Эльбская филармония

Гамбург, Herzog & de Meuron

Долгожданная реализация конца прошлого года, которая стала одним из самых обсуждаемых и посещаемых зданий года нынешнего. Без преувеличения это здание — собрание всех новейших достижений мировой архитектуры.

Парк «Зарядье»

Москва, Diller Scofidio + Renfro, Hargreaves Associates, Citymakers LLC, Arteza, Mobility in Chain, Transsolar, МАХПИ, ГБС имени Цицина

Яркий и во всех смыслах заметный проект, который привлек к Москве и современной московской архитектуре внимание всей мировой общественности.


Фотографии: обложка, 6, 9, 10, 19 – Herzog & De Meuron, 1 – gmp architecten, 2, 20 – ds+r, 3, 7, 8 – Heatherwick Studio, 4 – Tamerlan Gamidov – legion.media.ru, 5, 6 – Jean Nouvel, 7, 10, 11, 18 – Herzog & De Meuron, 12, 13 – Foster + Partners, 14 – Benthem Crouwel Architects, 15, 16 – fuksas, 17, 18 – johnpawson