Неизвестный горожанин — типичный москвич лет тридцати. На протяжении 2012–2013 годов он каждую неделю писал для The Village о тех вещах, которые его волновали, а после уехал из столицы. Осенью 2015 года горожанин вернулся — и вновь описывает окружающую его реальность.

 Здесь должен был появиться смешной текст о том, как чувствует себя чувак в тридцать лет, который долго состоял в отношениях и теперь снова оказался на рынке одиноких мужчин. Как ты вдруг начинаешь смотреть на себя со стороны, видишь недостатки, которые, казалось бы, уже давным-давно перестал замечать. Как говорит в одном из своих стендапов мой любимый комик Louis C.K., брак — это самая фиговая машина времени: ты заходишь в неё, сидишь в ней десять лет, выходишь — и прошло ровно десять лет. Она десять лет везёт тебя на десять лет вперёд. Но вчера сменился директор парка Горького, и весь день я только об этом и думал. Поэтому впервые за несколько лет, что я — конкретный я, не собирательный образ, не сумма авторов, а я, человек, который три года ведёт эту колонку, — вступлю в некоторый диалог с моими любимыми комментаторами.

Удивительно, что в 2015 году почти каждый разговор надо начинать с самого начала и всё объяснять на пальцах. Но наша цель — договориться, а поэтому придётся. Когда в прошлой колонке я написал, что Москва 2015 года — это город уставших, я не имел в виду, что это плохой город. Более того, Москва в этом году стала лучше некуда: появилось множество ресторанов, кафе, баров, уютных мест, зон отдыха, детских проектов, парков, кинофестивалей и прочего. И это, безусловно, прекрасно. В Москве часто интереснее жить, чем где бы то ни было. Тут больше всего происходит, легче заработать, всё решается быстро, а карьерные взлёты могут случаться за одну секунду благодаря одному разговору. 

Мне часто говорят: чего, мол, вы жалуетесь? Вот вам сделали классную Москву, всё для вас, концерты и выставки, бургеры и пряники, клубы и магазины. Казалось бы, чего вы выступаете и ходите с головой в заднице? Живите счастливо и не рыпайтесь, наслаждайтесь тем, что есть.

Проблема в том, что какой станет Москва в 2015 году, было понятно ещё в 2011-м. Тогда мои друзья, коллеги, приятели и знакомые, вдруг поверив в то, что можно всё изменить, ринулись в самые разные учреждения и стали по-настоящему переделывать город. Я знаю либо лично, либо через одно рукопожатие каждого, кто сделал в Москве что-то стоящее для города за последние пять лет. Мы были наглыми, молодыми, спорили, горели, придумывали, пробовали, ошибались, но достигали многого. И на глазах этот город становился лучше, удобнее для жизни, чище. Он стал менее агрессивным и более дружелюбным.

 

Когда молодые пошли работать в разные учреждения, все знали, что рано или поздно их, скорее всего, обманут и всё вернётся туда, где начиналось

Я помню, как наш общий приятель стал арт-директором парка Горького. Об этом нельзя было и мечтать: это значило, что и правда есть надежда на то, что всё будет не так уж плохо. Вдруг оказалось, что эти хипстеры умеют работать, соображать, что, вообще-то, они не модные дебилы, а читают книжки, слушают музыку, разбираются в профессии и, главное, готовы что-то делать. Мы проводили бесчисленные часы в кабинетах чиновников разного ранга, через силу переводя на русский их птичий язык, чтобы просто договориться и сделать что-то хорошее. И это получалось.                                          

Не какие-то абстрактные люди где-то там наверху из гнезда для зарабатывания денег сделали что-то намного более симпатичное. Это сделали те самые молодые, активные, современные люди, которые хотели жить лучше, по-настоящему любили свой город и даже, простите, свою страну.

Специфика всего, чем я занимался в жизни, заключалась в том, что ты можешь видеть тенденции, недалёкое будущее, то, что будет происходить в следующем году. Ведь, по сути, уже сейчас известно, какие фестивали будут проходить, кто приедет с концертами, какие рестораны закроются и откроются и кто останется без дела. И когда я заглядываю туда, смотрю на тех, кто вчера с горящими глазами хотел все перепридумать и сделать для себя, так, чтобы самому не было стыдно, я вижу уставших людей. Людей, с которыми в последнее время случается то, о чём все догадывались и чего ждали. 

Когда молодые пошли работать в разные учреждения, все знали, что рано или поздно их, скорее всего, обманут и всё вернётся туда, где начиналось. В последний год всё сворачивалось быстрыми темпами: кризис, новые люди, новые лица в самых разных кабинетах, новые цели, национальная идея, традиционные ценности. Ветер подул в другую сторону, со стороны протухшего холодильника, и стало сильно пованивать. Почему именно изменения в парке Горького вдруг показались мне такими важными? Потому что именно с него в 2011 году всё начиналось. Именно тогда пришло ощущение, что если делать классные штуки, то все вокруг поймут, что это круто, будут ими пользоваться — и спорить с очевидным никому не придёт в голову. Потому что как можно поспорить с тем, что лучше жить не в говне, чем в говне?

Не получилось. Я видел, как весь год резались бюджеты на классные городские проекты, как поменялся вектор массовых мероприятий, как перестали заниматься проектами наиболее талантливые и крутые и как некоторые окончательно уходили в мир внутренней эмиграции. И от всего этого лично мне грустно, тошно и хочется поссать с балкона. От этого эффекта бесконечного узнавания ситуации возникает чувство усталости и потерянности.

Сейчас под текстом снова полезут комментарии: не сгущайте краски, ничего не случилось, придут другие люди, это просто игра, внутренние дела, политика, геополитика и прочее-прочее-прочее. Ничего не случилось, Москва 2015 года — лучший город земли, лучше многих европейских и большинства африканских городов. Это так. И я знаю, кому хочется сказать за это спасибо.

   

иллюстрация: Оля Волк