В доме Наркомфина, который много лет стоял бесхозным, наконец начинается реконструкция: утверждённый проект должен вернуть фасаду первоначальный облик и сохранить функции, заложенные архитектором Моисеем Гинзбургом. Авторы проекта — молодое российское бюро Kleinewelt Architekten, один из основателей которого — бывший сотрудник Департамента культурного наследия Николай Переслегин. The Village встретился с архитекторами и узнал, как бывший чиновник решился открыть собственное бюро и что будет с домом Наркомфина. 

Георгий Трофимов и Николай Переслегин. Изображение № 1.Георгий Трофимов и Николай Переслегин

— Николай, Сергей, Георгий, расскажите, чем занимались раньше, как решили работать вместе?

Сергей: Мне повезло с преподавателями в МАРХИ: я учился у немецкого профессора Михаэля Айхнера, потом проходил стажировку в Мюнхенском техническом университете у профессора Питера Эбнера. После учился в аспирантуре в Москве и работал в швейцарско-российском архитектурном бюро Arch4. Параллельно с учёбой и работой мы с Николаем делали совместные проекты. Мы решили основать архитектурное бюро после того, как нас пригласили поучаствовать в конкурсе на проектирование винодельни (который мы, кстати, выиграли). На проектном этапе к нам присоединился Георгий Трофимов, с которым я познакомился в Arch4, поэтому мы основали Kleinewelt Architekten втроём.

Георгий: После окончания МАРХИ я решил получить опыт в Arch4. Строил магазины (в основном бутики в центре Москвы и в Барвихе), вёл проект реконструкции пресс-центра «РИА Новости», занимался интерьерами и частными домами. После удачного участия в проекте винодельни мы с Николаем и Сергеем решили основать собственное архитектурное бюро.

Архитектурное бюро Kleinewelt Architekten 

Партнёры:
Николай Переслегин, Сергей Переслегин, Георгий Трофимов.

Проекты бюро:
Винодельня в Краснодарском крае, реконструкция бывшей фабрики-кухни на Новокузнецкой улице в Москве, легковозводимые павильоны на ВДНХ, павильоны в Таганском парке.

Также отдельным направлением деятельности бюро является исследование и создание стратегий развития российских городов.

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 4.

— Когда вы решили уйти из мэрии и заняться архитектурой? 

НИКОЛАЙ: В октябре 2013 года. На самом деле, в этой истории нет ничего замысловатого. Мы давно об этом говорили с моим руководителем Александром Кибовским (глава департамента культурного наследия. — Прим. ред.), он с большим пониманием отнёсся к моему решению. Я ценю тот опыт, которым он поделился со мной, но в определённый момент мне стало важнее и интереснее заниматься своей прямой профессией. В последние годы Правительство Москвы реализовало много свежих, здравых инициатив, поэтому я могу сказать своим коллегам только большое спасибо.

 

— Вы сразу после своего ухода из мэрии решили открыть студию?

Николай: Студия появилась, когда мы стали разрабатывать архитектурные концепции и участвовать в конкурсах. В какой-то момент наша совместная работа сформировалась в институцию под названием «архитектурная студия». Наше бюро очень маленькое, и мы не ставим перед собой задач покорения земли и тем более космоса. Делаем небольшие проекты, важные для нас с концептуальной или смысловой точки зрения. В названии студии — Kleine Welt — отчасти кроется наше отношение к жизни. В переводе с немецкого это означает «маленький мир» — то есть некое пространство, которое зависит только от нас. Мы бы хотели, чтобы этот создаваемый нами маленький мир был красивым и свежим, ярким, интересным, глубоким и осмысленным.

— Какие проекты вы уже реализовали? 

Николай: Сейчас мы работаем над проектами летних павильонов на ВДНХ. Смысл в том, чтобы не вмешиваться в архитектурную целостность и планировочную структуру ансамбля. Поэтому эти павильоны лёгкие, воздушные, ничего на себя не берущие. Главная задача — построить их, как бы и не построив, чтобы никоим образом не затронуть ту атмосферу, которая там сформирована изначально.

— Павильоны будут работать только летом?

Николай: Они считаются временными, но о сезонности речи не идёт. Мы относимся к ним довольно серьёзно. Для нас это очень ответственная и большая работа, хотя мы не знаем, что с ними будет дальше. 

 

Павильоны на ВДНХ. Изображение № 7.Павильоны на ВДНХ

— А что в них будет расположено? 

ГЕОРГИЙ: Там будут кафе, небольшие магазины, площадки для мероприятий. Павильоны находятся в партерной зоне и ближе к пруду, где есть несколько больших фуд-кортов. Наши объекты должны демонстрировать людям то, что они находятся в новом ВДНХ. 

НИКОЛАЙ: Такое место не может быть замусорено и не должно развиваться хаотично. Мы хотим аккуратно, изящно и элегантно подчеркнуть лучшее, что там есть, и ни в коем случае не вмешиваться в тот авторский замысел, который исторически присутствует на ВДНХ.

— Какие у вас ещё есть проекты, кроме павильонов ВДНХ?

НИКОЛАЙ: Мы строим винодельню в Краснодарском крае для частного инвестора. Производство уже налажено, но смысловой и культурной составляющей там пока нет. Особенность проекта в том, что мы трактуем его как нечто большее, чем просто производственный цикл. 

СЕРГЕЙ: Башня винодельни станет неким маяком района, она будет заметна издалека, по дороге к морю. Внутренний двор мы сделаем похожим на оазис. Закрытая территория будет контрастировать с окружающим ландшафтом и рельефом: винодельню окружает выжженная солнцем земля, а здесь — зелёный райский сад.

НИКОЛАЙ: Здание винодельни облицовано медными листами с цветочным орнаментом. Полупрозрачная конструкция не вторгается в ландшафт. Для нас это очень важно. Кроме того, с помощью этих орнаментов появляется интересная игра теней в интерьере.

ГЕОРГИЙ: Мы думаем, что это очень экологичный проект. По сути, мы не придумываем ничего нового, просто акцентируем внимание на красоте этого места.

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 11.

Внутренний двор винодельни
оформят по подобию оазиса: зелёная территория будет контрастировать
с окружающим ландшафтом и рельефом

Архитекторы уговорили заказчика
не сносить здание, а реконструировать его
в стиле фабричных зданий советской эпохи

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 12.

Макет винодельни в Краснодарском крае

Сергей: Ещё у нас есть необычный проект реконструкции — офисный центр для одной довольно крупной финансовой компании. Мы занимаемся им уже больше года. Это здание 1932 года постройки — бывшая фабрика­-кухня, которую потом переделали под витаминный завод. В 1990-е годы в здании хаотично располагались мелкие офисы. По предыдущему проекту предполагалось снести главную лестницу, на углу Новокузнецкой улицы и Старого Толмачёвского переулка. В процессе продолжительных дискуссий с заказчиком мы пришли к выводу, что имеет смысл увеличивать не количество квадратных метров, а их качество, сохранив четырёхуровневое пространство лестницы. 

Фасадное решение, которое мы реализуем, — максимально деликатное, продолжающее традицию конструктивистских фасадов. Вся композиция фасада изначально строилась на контрасте между плоскостью стены и большими проёмами. Мы усиливаем этот эффект, обрамляя каждый оконный проём тёмно-серым гранитом, который выступает на 25 сантиметров за границы стены. Таким образом подчёркивается контраст между светлой плоскостью стены и тёмными, обрамлёнными камнем проёмами. Получается цельный образ делового здания, использующий изначально заложенный принцип конструктивистского фасада. Работу завершим в ближайшие месяцы. 

— Как-то ещё собираетесь работать с общественными пространствами?

Николай: Мы построили павильоны для Таганского парка, в которых расположатся точки общепита, пункт проката, касса и сцена. За основу взяли существующие постройки, которые нужно было просто очень аккуратно привести в порядок. Для этого мы придумали интересный композитный двухслойный материал: внутренний слой — лист нержавейки, дающий зеркальность, а внешний — медная сетка. При наложении слоёв возникает двойное отражение, и проходящий мимо человек видит свой силуэт в неровной поверхности. 

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 13.

Зеркальные павильоны в Таганском парке рассчитаны под общепит, пункт проката, кассу и сцену

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 14.

Николай: Ещё у нас есть проект реконструкции существующего здания для детского фонда и хосписа «Вера». Фонд организовал конкурс на концепцию будущего хосписа, и мы решили поучаствовать. Хоспис и офис фонда будет размещаться в здании старой советской школы с большим внутренним двором. На последних этажах будут расположены офисные помещения для сотрудников фонда, а на первых — жилые комнаты для маленьких пациентов и их родителей. Мы видим этот двор как подобие райского сада, где дети живут в максимально комфортных условиях.

Сергей: Основной смысл проекта — включить существующий школьный двор в структуру здания, чтобы он стал центральным пространством, вокруг которого размещены все постройки. Для этого вокруг двора нужно организовать обходную галерею, которая заходит внутрь бывшего здания школы. Она отделяет палаты пациентов от бывшей школы, в которой должна располагаться администрация. Благодаря галерее, пациенты не видят большого, нависающего школьного здания, галерея создаёт человеческий масштаб, уютную атмосферу. Палаты, интегрированные в галерею, создают различные по конфигурации пространства — формируется ощущение небольших домиков.

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 18.

Kleinewelt Architekten участвуют
в конкурсе на строительство
детского хосписа фонда «Вера».

На последних этажах предполагаются офисные помещения для сотрудников фонда, а на первых — жилые комнаты для маленьких пациентов и их родителей.

Проект реконструкции существующего здания для детского фонда и хосписа «Вера». Изображение № 19.Проект реконструкции существующего здания для детского фонда и хосписа «Вера»

— А что за проект реконструкции Москворецкого рынка?

Николай: Мы провели исследования, инфраструктурное и транспортное, и поняли, что от Москворецкого рынка, то есть от Нахимовского проспекта, можно на троллейбусе за 18 минут доехать до Кремля. То есть это совсем не периферия. Если заработает транспортная система, которую сейчас внедряют, — с выделенными полосами и платными парковками, — то эта территория станет вполне респектабельной. Мы предлагаем здесь довольно сложную многоуровневую конструкцию. На первом уровне будет сельскохозяйственный рынок, с бабушками, продающими свежие овощи с грядки. Под ним — перехватывающая подземная парковка.

Георгий: Над рынком будут располагаться два этажа офисов, а ещё выше, на третьем уровне, предполагается построить жилой квартал. Здесь будет самостоятельная среда: сады, дворы, вся инфраструктура. Это может быть очень комфортный район: человек приезжает, ставит машину в подземный паркинг, идёт на рынок, может заглянуть в кафе, а потом поднимается наверх, домой. В идеале можно даже работать здесь.

— Это пока концепция, или уже собираются строить?

Это концепция, но она делается для конкретного заказчика, владельца объекта.

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 22.

После реконструкции Москворецкий рынок должен стать многоуровневым футуристическим районом с подземным паркингом, торговыми рядами, офисами
и жилым комплексом. 

Проект реконструкции Москворецкого рынка. Изображение № 23.Проект реконструкции Москворецкого рынка

— Давайте поговорим про ваш главный проект — дом Наркомфина.

Николай: Нам невероятно интересен феномен советского авангарда, а дом Наркомфина — одно из ярчайших событий той эпохи. Мы придерживаемся концепции скрупулёзной научной реставрации, основанной на авторском замысле архитектора Гинзбурга. В нашем проекте мы никак не вмешиваемся ни во внутреннюю структуру, ни в фасады.

Георгий: Вместе с коллегами реставраторами мы сейчас заняты разработкой пути максимального спасения того аутентичного фасадного покрытия, которое есть в доме Наркомфина. Концепцию планируем презентовать в рамках Московского форума культуры, который пройдёт в октябре 2014 года. Мы уверены, что процесс работы над таким проектом, как дом Наркомфина, должен быть публичным, с привлечением большого количества экспертов, имеющих отношение к этому зданию.

Сергей: Смысл нашей работы на этой стадии — ряд изобретений, с помощью которых можно сохранить всю планировочную структуру, фасады, материалы, авторские дизайнерские решения. Дом построен в режиме жёсткой экономии, с минимальной высотой потолка, шириной коридоров, дверей, стен. Это сложнейшая, но очень интересная задача, к решению которой мы привлекаем самых разных специалистов.

Николай: Мы надеемся, что в рамках форума сможем обсудить много важных вопросов, связанных с дальнейшим будущим проекта. Пока концепция находится в стадии разработки, нам её никто не утверждал. Сразу хочу отметить, что мы не имеем отношения к тем работам, которые производились в доме Наркомфина в последнее время. Мы с сожалением относимся к этому процессу.

 

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 25.

— Владелец дома Александр Сенаторов в одном из последних интервью говорил, что работы уже начались.

Николай: Нет, работы пока не могут начаться. Александр Геннадьевич Сенаторов имел в виду сроки: если работы начнутся сегодня, то условно на это потребуется полтора года. Это так. Но важно понимать, что пока концепция остаётся в разработке, потом мы её планируем презентовать и обсуждать. Затем необходимо разрабатывать проектную стадию, выпускать рабочую документацию и только потом можно говорить о реализации. 

— А в лучшем случае когда работы могут начаться?

Сергей: Мне кажется, процесс юридических согласований может занять около полугода. При оптимистичном стечении обстоятельств в течение года могут начаться какие-то работы. 

— Но дом будет жилым, правильно?

Николай: Это жилой дом, но при этом мы хотим сохранить его общественную функцию. Поэтому в хозяйственном блоке мы планируем шоу-рум или музей, посвящённый дому Наркомфина. Возможно, там будет небольшое кафе. По этому поводу велись переговоры с «Кофеманией». 

Кроме того, в доме будет работать небольшой отель, чтобы любой человек, который любит дом Наркомфина и хотел бы проникнуться его атмосферой, смог там пожить.

Я думаю, было бы неправильно и некорректно воспринимать дом Наркомфина как частное жильё. Это здание совершенно другого уровня значимости, поэтому мы относимся к дому Наркомфина как к общественно-культурному объекту.

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 26.

ПОСЛЕ РЕКОНСТРУКЦИИ в доме Наркомфина, помимо частного жилья, обещают отель и кафе-музей, 
где можно будет узнать историю 
шедевра конструктивизма

Архитекторы Kleinewelt Architekten: «Дом Наркомфина будет открыт для всех». Изображение № 27.

— А в этом вопросе нет расхождения с инвестором?

Николай: Нет. Те 46 квартир, которые есть в доме Наркомфина, останутся квартирами. Вопрос только в том, будут они продаваться или сдаваться. Мы говорим об этом доме как об иконе, как о символе эпохи, ярчайшем представителе стиля, поэтому, конечно, там должна быть ярко выраженная общественная функция. Дом Наркомфина будет открыт для всех, кто интересуется той эпохой.

 

фотографии: Михаил Голденков