Прямая улица без поворотов и крупных перекрёстков ни с того ни с сего меняет название. Если бы Маросейка становилась Покровкой после пересечения с Бульварным кольцом (как, например, Большая Лубянка становится Сретенкой), это было бы логично и понятно. Но это происходит после пересечения с небольшим Старосадским переулком. Таких случаев в Москве немало: улица Сергея Эйзенштейна после небольшого изгиба превращается в улицу Вильгельма Пика, Долгоруковская после малоприметного перекрёстка с Селезнёвской — в Новослободскую. Мы спросили учёных-топонимистов, почему улицы меняют названия без видимых причин и есть ли какие-то правила, по которым можно определить, где начинается и заканчивается та или иная улица.

 

Почему Маросейка становится Покровкой
без видимых причин?

 

 

 Есть вопрос: «Почему Маросейка становится Покровкой?». Изображение № 1.

Ян Рачинский

Автор «Полного словаря названий московских улиц»

 

Как правило, улица заканчивается перекрёстком или площадью. Хотя, конечно, одна улица может включать в себя много перекрёстков, поэтому довольно странно, что Маросейка переходит в Покровку после пересечения с небольшим Старосадским переулком.

Все названия и деления складывались исторически. Сначала вся улица, от Садового кольца до Лубянского проезда, была Покровкой — по Покровскому великокняжескому монастырю (сам он так назывался по православному празднику).

Название Маросейка появилось в XVII веке: кто-то говорит, что название произошло от Малороссийского подворья, которое располагалось там, но скорее оно произошло от Малорусского кабака, потому что подворье было интересно только малороссиянам, которые там останавливались, а кабак был важен для всех горожан. В то время названия улиц постоянно менялись, до XIX века не было вообще никакой системы названий, они возникали и исчезали вместе с какими-то точками притяжения. То есть был во всей округе примечательным только монастырь — вся улица Покровка, появился кабак — появилось новое название улицы.

При этом сейчас, может быть, нам кажется, что делить одну улицу несколькими названиями неудобно и осложняет ориентацию, но в то время расстояние от Садового до Лубянского проезда казалось довольно серьёзным. Поэтому дробление несколькими названиями, напротив, облегчало ориентацию. Например, современная улица Большая Полянка имела раньше сразу три названия: Космодамианская — по церкви, которая там находилась, Полянка — по незастроенному пространству и возникшему там трактиру, Серпуховская — потому что там Серпуховские ворота и начиналась большая дорога на Серпухов.

 

 

Есть ли сейчас какие-то правила для определения того, где начинается и где заканчивается улица?

 

 

Есть вопрос: «Почему Маросейка становится Покровкой?». Изображение № 2.

Владимир Максимов

Член топонимической комиссии московского центра РГО  

 

Протяжённость улицы определяют строители, не знаю, есть ли у них какой-то регламент. Понятно, что улица должна заканчиваться каким-то довольно крупным перекрёстком или площадью. Или часто бывает, что улица расширяется, меняется количество полос и разметка — после этого название тоже может поменяться. Но вообще, это вопрос практики, а не теории. Ведь город тоже строится постепенно: построят одну улицу, обживут, потом достроят другую, появится продолжение, которое назовут уже по-другому.