«О вкусах не спорят», «На вкус и цвет товарищей нет» — так говорят, обсуждая предпочтения, в том числе музыкальные. Кто-то всю жизнь слушает только рок или джаз, кто-то считает своим смыслом жизни классическую музыку, а кто-то способен воспринимать самые разные музыкальные жанры, от попа до блюза. The Village решил выяснить у экспертов, от чего зависят музыкальные вкусы людей и можно ли воспитать в себе любителя прекрасного.

   

 От чего зависит музыкальный вкус?. Изображение № 1.

Ольга Заборских

музыкальный теоретик, преподаватель

Давайте определимся, что такое музыкальный вкус и как он проявляется. В данном случае это особое чувство прекрасного в музыке, ощущение её внутренней гармонии, степени совершенства формы и содержания. А способность оценить гениальность художественного прозрения композитора или исполнителя — это и есть вкусовые проявления.

Я думаю, не все обладают музыкальным вкусом. Чтобы судить о прекрасном, необходим опыт общения с ним. Вокруг нас постоянно существует музыка, восприятие которой не требует специальной подготовки, и мы впитываем её не замечая. Для разных времён, культур и социальных слоёв это будет разная музыка — фольклорная, духовная, профессиональная композиторская, массовая или любая иная. Естественно, если музыкальный кругозор человека узок, он не сможет оценить по достоинству какие-то новые для его круга и культуры музыкальные явления. Современный человек, знакомый только с повсеместно звучащей музыкой, вряд ли приближается к прекрасному. Он живёт с произведениями, написанными на потребу, и их восприятие изначально не предполагает никаких интеллектуальных, эмоциональных и духовных усилий. Чем больше человек знакомится с немассовыми явлениями — будь то фольклор, джаз, церковная или академическая музыка, — тем шире границы его музыкального восприятия. Этот процесс постижения можно сравнить с восхождением к вершине. Ведь что видно вокруг, когда стоишь внизу? Только то, что находится в непосредственной близости. Да, можно взглянуть на горизонт, но что там — неясно. Зато какой вид открывается с вершины!

Однако не стоит думать, что музыкальная образованность — гарант вкуса, который всё-таки не зря считается даром. История музыки знала не только блестящих интеллектуалов, но и много непрозорливых критиков вроде Цезаря Кюи, который считал, что Чайковскому вообще лучше не писать вокальную музыку. И наоборот, красота сложного и незнакомого музыкального явления может тронуть совсем несведущего человека — это и есть проявления чувства прекрасного. Да, оно может быть неразвитым, но в той или иной мере присуще каждому — а мера всё-таки разная. 

Первый мой настоящий диалог случился с музыкой Шостаковича 

 

Ещё есть индивидуальный вкус. Это о нём говорят: «На вкус и цвет товарищей нет» и «О вкусах не спорят». Рождение музыкальных предпочтений — это резонанс языка и образного строя музыки, появляющийся при взаимодействии композитора, исполнителя и слушателя. То, как они взаимно проникают друг в друга, вряд ли можно объяснить до конца. Это музыка, которая говорит с тобой. Первый мой настоящий диалог случился с музыкой Шостаковича. А мой муж то же говорит об импровизациях Петруччани — я не эстетствую, просто мы профессиональные музыканты. Хотя это тоже не гарантия направленности вкуса. Например, среди моих студентов есть профессионально увлечённые группой «Аквариум» или эстрадной латиной.

Но и здесь важен музыкальный тезаурус, потому что человек может выбирать в категориях разной эстетической ценности. Приводить примеры, наверное, будет некорректно. Но всё же вряд ли ценитель песен, популярных в тюремной субкультуре, вдруг задумается и решит выбирать между ними и песнями Шуберта. Хотя Михаил Казиник как-то рассказывал мне о соседском «неблагополучном» мальчишке, который случайно услышал у него знаменитую первую часть «Лунной сонаты» Бетховена и был так потрясён, что превратился в бетховеноведа и бетховеномана. Но ему просто повезло встретиться с великой музыкой, которая с ним заговорила, — ведь этой встречи могло и не произойти.

   

 От чего зависит музыкальный вкус?. Изображение № 2.

Иван Жбанов

продюсер

Я считаю, что всё начинается с детства — тогда будущее музыкальное путешествие человека во многом определяет окружение и популярные среди людей его поколения альтернативные течения. Но наверняка здесь не угадаешь и никакой формулы идеального музыкального вкуса не напишешь. В школе у меня был знакомый, очень замкнутый тип, который слушал только габбу. Этот парень, помню, тянулся ко мне и старался делиться своей любимой музыкой — наверное, потому что я просто знал, что это такое. Он считал эту музыку своим личным открытием, сам её нашёл и жил в ней. Такую музыкальную определённость можно сравнить с религией и её пропагандой.

Часто родители пытаются привить любовь ребёнку к классической музыке, водят его по консерваториям. Но классика для энергичного ребёнка всегда слишком муторная штука — в ход пойдёт в первую очередь то, что в почёте у сверстников. Причём многое может достаться и по наследству — от родителей, старших братьев или сестёр. Моя старшая сестра познакомила меня с электронной музыкой, а могла бы дать метал — и тогда я бы его слушал.

Большинство людей являются потребителями среднего продукта — это, например, то, что играет на радио. Однажды я спорил с программным директором радиостанции. Пытался убедить её в том, что нужно ставить музыку интересную, чуть более сложную, но не менее доступную. Её позиция была другой — мол, по радио должна играть простая музыка, а всё остальное люди могут найти сами. Пожалуй, эта позиция лучше всего отражает сегодняшнюю музыкальную действительность. Я считаю, что радиопродукт за последние годы сильно опустил планку и в художественном смысле, и в мелодическом, ведь погоня за рейтингами и прибылями делает своё коварное дело. Притом чем больше слишком простого музыкального продукта, тем выше интерес искушённой публики к более сложному. Вкус меняется, и это — путь от простого к сложному, если речь, конечно, идёт о человеке думающем.

Сейчас на музыкальную индустрию в целом влияет образованность нации и различные госпрограммы поддержки творчества. Кроме того, огромную роль играет техническая составляющая музыки, но национальный и, что важно, идейный колорит остаётся. Рок — музыка протеста, блатняк рассказывает о нелёгкой доле доступным языком. В Китае, например, распространение музыки регулируется государством, там не дадут жизнь песне, если она не проходит цензуру, несёт негатив или настрой против существующей реальности. Получается, что музыкальный вкус можно регулировать на национальном уровне.

   

 От чего зависит музыкальный вкус?. Изображение № 3.

Владимир Дашевский

кандидат психологических наук, врач-психотерапевт

Музыкальный вкус не даётся человеку раз и навсегда — это вещь достаточно условная. Вкус может быть врождённым разве что на 10 %, а приобретённым на оставшиеся 90 %. Тем не менее мы рождаемся с определённым заложенным темпераментом и внутренним ритмом, и у нас, метафорично выражаясь, особым образом вибрируют клетки. Так что на первом этапе многое в буквальном смысле зависит от внутриутробного развития и даже того, что во время беременности слушала мама. Такая музыка может ещё долго и незаметно для человека резонировать с его состоянием, если он будет слышать нечто подобное много лет спустя.

Далее основной вкус формируется и закладывается семьёй. В подростковом возрасте люди начинают ориентироваться на авторитеты, в том числе и музыкальные. Они тянутся за определённой референтной группой и отчасти стремятся быть похожим на своих кумиров, быть в тренде. Например, у нас в классе многие одновременно умудрялись одинаково любить и Led Zeppelin, и Modern Talking. Вопрос формирования подростковых предпочтений изначально кроется в выборе стаи, к которой хочется принадлежать. Когда стая перестаёт иметь значение и появляется возможность сделать свой собственный осознанный выбор, существенно влияют и предпочтения в других областях — какие фильмы человек смотрит, какие книги читает. То есть музыкальный вкус — часть общего культурного уровня, но прямой корреляции между интеллектом и музыкальными предпочтениями нет. Если психические процессы человека быстры сами по себе, вряд ли он будет слушать меланхоличную музыку, и наоборот.

Определённые психические состояния тоже могут диктовать свои правила: находясь в том или ином настроении, мы внезапно обнаруживаем созвучие с совершенно чуждой ранее музыкой. Это зависит от уровня психической лабильности, от степени внутренней гибкости, от адаптивности и от общей способности перепрыгивать с одного на другое. Отдельно от прочего я бы ввёл даже специальный термин — «перекрёстное музыкальное опыление», обозначающий то, как люди обмениваются своими предпочтениями при тесном общении друг с другом, когда состоят в каких-либо отношениях.

Наверное, особенностями психики всё до конца не ограничивается и есть некие архетипические музыкальные доминанты, которые существуют независимо. Например, церковная и шаманская музыка, а также африканские барабаны могут вызвать безусловный резонанс внутри у почти любого человека.

   

иллюстрация: Оля Волк