Сегодня, 26 августа, ровно год с того момента, как с дома Лишневского на Лахтинской улице исчез горельеф Мефистофеля. Городская общественность активно протестовала против акта вандализма, требуя восстановить памятник, а сам задумчивый демон стал символом борьбы за сохранение культурного наследия Петербурга.

Позже полиция выяснила, что за сносом Мефистофеля стоит некий бездомный бизнесмен Василий Щедрин, который за 5 тысяч рублей нанял знакомого альпиниста Константина Исакова. По данным «Новой газеты», в начале июня полиция закрыла дело в отношении Щедрина. Ранее он выплатил городу 664 тысячи рублей за нанесённый ущерб — судьба этих денег на данный момент неясна. 

Спустя год Мефистофель так и не вернулся на Лахтинскую, однако инициативная группа — в неё входят праправнучка архитектора Лишневского Елена Турковская, несколько петербургских журналистов и депутатов — продолжает работу. Мы поговорили с Еленой Турковской и скульптором Павлом Игнатьевым о том, когда всё-таки горельеф вернётся на место, сколько это будет стоить и откуда можно взять эти деньги. 


Елена Турковская

праправнучка создателя горельефа Мефистофеля, архитектора Лишневского

Накануне, 25 августа, КГИОП должен был выдать нам техническое задание на работы по восстановлению Мефистофеля. Но не случилось: у комитета нашлись какие-то объективные обстоятельства, и они решили немного доработать своё же задание. Возможно, мы получим его в понедельник.

Подаче документов предшествовала очень большая работа. Так, необходимо было провести собрание собственников жилья дома на Лахтинской улице, 24. Эту непосильную, как нам казалось, обязанность взял на себя жилец дома Александр Гомон. 29 июня собрание состоялось, и жильцы приняли постановление, по которому поручали компании ООО «Восстановление» (петербургская компания, которая помогает инициативной группе в восстановлении Мефистофеля. — Прим. ред.) подать документы в КГИОП.

После того как комитет выдаст техническое задание, скульптор Павел Игнатьев начнёт процесс восстановления. К счастью, основной элемент горельефа — часть лица — сохранился. По словам Павла, возможно, ему удастся сохранить для восстановления и многие другие элементы.

Кроме того, мы будем решать вопрос финансирования. Это немалые деньги (по экспертным оценкам, от 2 миллионов рублей. — Прим. ред.), у нас их нет. Дороже всего обойдётся сама установка: мы не можем использовать альпинистов — работа должна проводиться с лесов, что совсем не дёшево. Наверное, будем обращаться к горожанам или, скорее, к крупным компаниям за спонсорской помощью. 

Депутат Законодательного собрания Александр Кобринский, который также помогает нашей инициативной группехотел, чтобы Мефистофель вернулся на дом на Лахтинской на годовщину, то есть к сегодняшнему дню. Но говорить о сроках очень сложно. Теперь хотелось бы вернуть на вторую годовщину. Я уже боюсь что-либо загадывать: нежелание города помогать налицо.

Чиновники говорили о том, что горельеф нельзя возвращать из-за плохого состояния дома. Но если бы дом действительно был в плохом состоянии, то его, наверное, поставили бы на экстренный капремонт. Этого не случилось. С капремонтом чиновники поворачивают так, как им выгодно. Вероятно, город для себя принял решение тянуть до капремонта (планового, должен состояться в 2021 году. — Прим. ред.), это очень обидно.

Я постоянно вспоминаю историю с памятником Владимиру Ленину около Финляндского вокзала (1 апреля 2009 года неизвестные подорвали памятник на площади Ленина. — Прим. ред.): когда был совершен акт вандализма, город нашёл 9 миллионов на восстановление. Потому что Валентина Матвиенко сказала: «Надо». А нынешний губернатор не говорит: «Надо». Всё зависит от власти — а власти не помогают.


Павел Игнатьев

скульптор

После того как КГИОП выдаст техническое задание, мне нужно будет осмотреть оставшиеся фрагменты Мефистофеля (я не знаю точно, где они сейчас, но теоретически должны по-прежнему храниться в полиции). Нужно понять, в каком они состоянии. Понятно, что Мефистофель разбился на маленькие фрагменты, но я до сих пор не видел вживую, что именно от него осталось.

В итоге нужно будет принять решение: можно ли установить на фасад оригинал с дополнением утраченного фрагмента либо придётся эти фрагменты составить, снять с них матрицу и сделать новый горельеф.

Работа по восстановлению займёт от двух до четырёх месяцев. Как я и раньше говорил, саму работу я сделаю бесплатно, деньги понадобятся на расходные материалы, доставку, монтаж. Поскольку мы не знаем, из чего его воссоздавать и каким образом устанавливать на фасаде, про конкретные суммы не можем говорить. 

То, что произошло с Мефистофелем, — моя личная история. Я участвовал в реставрации значительных построек Александра Львовича Лишневского — в частности, Дома городских учреждений на углу Садовой и Вознесенского. А так как я занимаюсь не только реставрацией, но и исследованиями, творчество архитектора мне достаточно знакомо (впрочем, не так, как исследователю творчества Лишневского, историку Александру Чепелю). Кроме того, я знаю праправнучку архитектора Елену Турковскую — так всё и получилось.

Утрата каждого элемента исторических домов трагична, потому что все эти детали — авторские: их не купили в магазине, а потом прикрепили к дому, — их лепили профессиональные скульпторы по идеям или эскизам архитекторов. Многие скульптуры хранятся в единственном экземпляре. Это история искусства, а не просто история фасадной детали. 


Обложка: Ермохин Сергей/ ТАСС