Идёшь в детстве по хрустящему снегу, тащишь за собой санки, солнце глаза слепит, мороз щиплет за розовые щёки, а тебе всё нипочём: ноги под надёжной защитой маминых или бабушкиных шерстяных носков и валенок. Возьмёшь эти носки в руки — пальцы чувствуют фактуру немного колючей шерсти, нос — запах овец, а сердце — тепло и уют родительского дома.

Пара десятилетий спустя. Живу в мегаполисе: вокруг тысячи машин, магазины с товарами, наштампованными по всему миру, суета, спешка, поток людей. Останавливаюсь, шевелю пальцами ног, чувствую мамины шерстяные носки. Кажется, на мгновение она побывала рядом со мной и обняла меня.

Окончив МГИМО, я осознала, что моя профессия мне не совсем подходит. Искреннюю радость я получала не от дипломатии, а от социальных проектов в свободное время: к моменту окончания учёбы у меня уже был проект по социализации детей из детского дома. Потом я стала сотрудничать с международной организацией Ashoka, которая поддерживает социальных предпринимателей. Там я ежедневно общалась с этими удивительными людьми, училась у них и вдохновлялась их энтузиазмом. Вдохновилась настолько, что решила запустить новый проект.

Идея бизнеса

В родной Удмуртии моя мама-пенсионерка каждый год безуспешно пытается распрощаться со своей неспокойной работой, но боится уйти в пенсионную неизвестность. Одно неизменно — в свободное время она по-прежнему с удовольствием вяжет. И сколько в стране таких бабушек и мам-пенсионерок, любимых, заботливых, рукодельных и немного скучающих на пенсии, и можно ли им помочь жить на пенсии интереснее? Долго перебирала варианты того, чем занять маму на пенсии. Я живу далеко, внуками её пока не балую.

Однажды из поездки по Европе я вернулась с шерстяными носками, купленными на старом рынке. Красивые такие носочки, с милым орнаментом и приятным сочетанием цветов. Я не снимая носила их с короткими ботинками поверх джинсов, и все непременно спрашивали, где такие нашла. Задумалась: и вправду ведь не так просто купить красивые и стильные шерстяные носки ручной работы. А чем наши мамы и бабушки хуже европейских? Им только помочь надо со сбытом и подбором цвета и орнамента.

На носках. Изображение № 1.

Так и родились наши носки Tabani. Осень 2014 года. Подруга-иллюстратор Лина вместо того, чтобы отговорить от безумной идеи, засучила рукава, и мы начали готовиться к запуску. Целью было создать проект, который бы связывал сразу несколько поколений. В прямом и переносном смысле. Мамам и бабушкам Удмуртии мы хотели предоставить возможность общения, творчества и подработки. Молодым людям — возможность заново оценить золотые руки мам и бабушек. Кроме того, вдохновившись примером обувного бренда Tom’s Shoes, мы решили за каждую проданную пару носков собственноручно передавать одну пару тёплых шерстяных следков (также связанных нашими мамами и бабушками) в дома престарелых.

Подготовка

Предпринимательский опыт у нас с Линой отсутствовал. Друзья с улыбкой сострадания смотрели на развитие очередного сумасшествия. Родственникам пришлось смириться с километрами шерсти по всему дому. Мы занимались проектом в свободное от работы время, по наитию. Упор сделали на экологичность, качество ручной работы и дизайн. Собрали большую коллекцию орнаментов со всего мира, устроили соцопрос среди друзей и выбрали победившие узоры. Подобрали цвета, пряжу из стопроцентной отечественной шерсти. Изучили рынок тканых этикеток и заказали первую партию. Нарисовали и напечатали открытки, которые лично для каждого заказчика подписывают наши бабушки.

Упаковку хотелось иметь натуральную и прочную, чтобы можно было пользоваться ею для хранения носков. Остановились на хлопковых мешочках с ручками, которые также шьют наши мамы и бабушки. А название выбрали «Табани»: звучит немного по-французски или даже по-японски, а на самом деле слово переводится с удмуртского как дрожжевые блинчики из деревенской печки, которые вместе с носками для меня являются символом золотых рук бабушки.

На носках. Изображение № 2.

Каждую модель носков решили по возможности называть строчкой из народной песни. Так появились первые пары «Хороводная-огородная», «Выйди-выйди в рожь высокую», «Глухой неведомой тайгою», «Ох, мамочка, на саночках каталась я» и другие. Вязальщиц у нас на старте было четыре: мама, мама моей одноклассницы и две женщины предпенсионного возраста, откликнувшиеся на объявление на интернет-форуме. Денег на создание профессионального сайта не было, поэтому пришлось разбираться самостоятельно. Ангажировали друга Мишу, вместе с ним за месяц освоили Wordpress, и в середине декабря, среди взлётов и падений рубля и предновогоднего сумасшествия, отправили носки Tabani в плаванье, надеясь в лучшем случае продать пар двадцать и продолжать жить размеренной жизнью.

Начало продаж

Оказалось, что время для запуска продажи шерстяных носков нельзя было выбрать лучше (хотя получилось это случайно — по мере создания сайта). Отлично сработали социальные сети, и интерес к носкам оказался настолько велик, что в итоге (сюрприз-сюрприз!) мы оказались совершенно не готовы к такому большому количеству поступивших заказов.

Экстренным образом по друзьям и знакомым искали новых бабушек и за неделю увеличили количество вязальщиц до десяти человек. Так как коллектив увеличился, необходимо было принять меры для обеспечения равноценного качества носочков от всех вязальщиц, но написать инструкцию с подробным описанием моделей и размеров в конце рабочего года всё не хватало времени. Расплачивались тем, что носки от новых мам-бабушек были порой то разной длины, то с несоответствующими рисунками: приходилось возвращать на перевязывание или исправлять самостоятельно.

Стахановскими темпами все новогодние праздники вязали носки, каждый день моего новогоднего отпуска у родителей в Ижевске начинался и заканчивался исключительно носками. Мы круглосуточно обрабатывали новые заказы: к открытию проекта у нас было готово пар тридцать, но буквально за пару дней количество заказов перевалило за сотню, а на изготовление одной пары носков с жаккардовыми узорами у наших бабушек уходит два-пять дней.

Успехи и планы

Мы с Линой принимали заказы на сайте, передавали задания двум вязальщицам-координаторам, которые закупали пряжу, связывались с бабушками и распределяли заказы. Через несколько недель после старта проекта каждая бабушка уже выбрала себе одну-две любимые модели, усовершенствовала свою технику, и выполнение заказов проходило легче и быстрее. Однако надо признать, что некоторым первым заказчикам пришлось ждать своего заказа полтора месяца, и мы так благодарны им за их терпение и поддержку!

На носках. Изображение № 3.

Ещё одним слабым звеном в начале проекта была логистика: не рассчитывая на большое количество заказов, мы не продумали её серьёзно, а «Почте России» доверяли едва ли. В итоге нагружали носками друзей, едущих из Ижевска в Москву. Носки стали считать не парами, а килограммами! Oднако в какой-то момент нам стало стыдно, и пришлось всё-таки поверить в «Почту России». К нашему удивлению, она показала себя надёжным партнёром: обычно по стране носки доходят за неделю, и теперь можно даже следить за передвижением посылки в интернете. С января уже более 160 пар носков согревают наших первых заказчиков в России.

Цена одной пары — 1 100 рублей. Ценовую политику в уходящем сезоне мы настроили таким образом, что из суммы, полученной с каждой купленной пары, на оплату труда бабушки уходит примерно половина, осальное — на покупку шерсти, упаковки и организационные расходы. Прибыль получается совсем небольшой и инвестируется в дальнейшее развитие проекта, однако к концу этого сезона уже надеемся вернуть первые инвестиции. Самим любопытно, насколько такая модель жизнеустойчива.

Наши бабушки скоро начнут разъезжаться по огородам. До полного наступления весны хотим найти хозяев для всех связанных в этом сезоне носков (в Ижевске осталось несколько десятков пар) и получить ещё несколько заказов для уже успевших заскучать умелиц. Потом вздохнём спокойно и проанализируем прошедшие месяцы. А к новому сезону начинаем готовиться уже сейчас, на повестке дня — стратегический вопрос о расширении ассортимента за счёт варежек.