14 декабря не стало Евгения Юфита, петербургского художника и кинорежиссера, основателя некрореализма — наверное, самого жуткого и самобытного направления в российском искусстве за последние тридцать лет. 

Евгений Юфит начал работать в начале 80-х. Он собрал вокруг себя группу, которая перешла от публичных имитаций хаотичного и бессмысленного насилия к работе с фотографией, кино и станковой живописью. В качестве режиссера он прошел путь от стихийных шутовских короткометражек со стремящимися к смерти героями советского фольклора к полнометражным абстрактным полотнам. На данный момент работы Юфита хранятся во многих музеях мира — Русском музее, Нью-Йоркском музее современного искусства, Нидерландском киномузее, Московском музее современного искусства.

The Village сделал путеводитель по биографии и работам Юфита.

Евгений Юфит и тема смерти

Группа Юфита появилась в эпоху агонии советской идеологии, а придуманное им в 1984 году слово «некрореализм» намеренно отсылало к искусству соцреализма. У СССР были особенные отношения со смертью — гибель во имя родины принималась за честь, Андрей Платонов рассуждал в своих записных книжках о необходимости выведения у советского человека «инстинкта самопожертвования».

Насчет мертвецов у советского строя тоже были свои планы. Еще отец русского космизма Николай Федоров планировал по крупицам собрать тела праотцов в космосе, чтобы вновь вдохнуть в них жизнь. Позднее Центральный институт труда искал способ с помощью электричества заставить трупы таскать грузы и строить дома.

Ситуация 80-х годов ознаменовалась хороводом смертей советских вождей, который прозвали «гонкой на лафетах», развалом экономики, напряженной политической и социальной атмосферой, бессмысленной и кровопролитной войной в Афганистане.

Sharp-Sighted (1997)
Черно-белая фотография

80-е, начало: спонтанные и лютые хэппенинги

Некродвижение началось с диких, эпатирующих публику акций. Их устраивала группа молодых людей во главе с Юфитом. Среди участников были художники, участники панк-движения (в том числе знаменитый Андрей «Свин» Панов) и их многочисленные знакомые. Разгорячившись алкоголем, они гонялись друг за другом, имитировали драки и избивали манекен, предназначенный для судебно-медицинских экспертиз. Подобные хэппенинги доводили до абсурда рутинные практики, которые сопровождались мощными выбросами энергии и внутренним стремлением к смерти, — пьянство, потасовки. Все это происходило на улицах и во дворах, в пригородных электричках, близлежащих лесах или поставленных на капитальный ремонт зданиях.

В ответ обеспокоенные граждане нередко вызывали милицию, но ощутимых проблем с законом Юфит не испытывал. На тот момент главными принципами некродвижения были провозглашены тупость, бодрость и наглость. При их достижении приобреталось матерость, высшей формой которой была лютость. Акции некрореалистов казались слишком идиотскими и абсурдными. Согласно легенде, случайный свидетель однажды принял Юфита за маньяка или шпиона, снимающего из-за угла сцену зверского избиения (избивали манекен). Он обратился в КГБ. Юфита вызвали на беседу в Большой дом и сказали, что только «маразм всего снятого освобождает его от ответственности».

Постановочные фотографии

Осознанное становление некрореализма началось после того, как Юфит увлекся созданием кино и постановочных фотографий. Герои его снимков были перевязаны бинтами и украшены зомби-гримом — кровью, сделанной из томатной пасты и сиропа «холосас». Модели одновременно пугали и смешили зрителя своими деформированными рожами (Юфит засовывал им за щеки куски ваты). Смешили, потому что выворачивали наизнанку советский идеал героя-жертвы. Пугали — из-за жутковатого резонанса с духом времени, напоминании о всех возможных лишениях, травмах и агрегатных состояниях советского человека и его тела.

«Прозрачная роща» (серия фотографий, 1992)

Ранние короткометражки. «Мжалалафильм»

В 1984 году Юфит собрал киноавангардистов Москвы и Петербурга под эгидой независимой киностудии «Мжалалафильм». По степени абсурда название соревновалось с дадаизмом: «мжа» означало дремоту, беспамятство, «лала» — детский лепет. Всего Юфит снял пять короткометражек: «Санитары-оборотни», «Лесоруб», «Весна», «Вепри суицида» и «Мужество». Его персонажами стали претендующие на героизм и стремящиеся к смерти советские люди — военные альпинисты, увлеченные непонятным экспериментом разведчики, летчики, моряки, пионеры. В качестве актеров выступали единомышленники по некродвижению.

Короткометражный фильм
«Санитары-оборотни» (1984)

В начале «Лесоруба» Юфит с воронкой от пулевого ранения на лбу представляет работу студии. Вокруг него развешаны детские куклы и портретные фотографии с зомби-гримом, мимикрирующие под материалы с кинопроб. Юфит что-то увлеченно рассказывает в микрофон, но его неслышно: фильмы были немыми, в производстве использовалась черно-белая 16-миллиметровая пленка. В качестве саундтрека «Лесоруба» использовался гимн некрореализма, песня под названием «Жировоск» со следующим текстом:

«Наши трупы пожирают

Разжиревшие жуки.

После смерти наступает

Жизнь что надо, мужики!»

Короткометражный фильм «Лесоруб» (1985)

Съемки картины, как правило, умещались в один день. Большинство сцен проходили в каком-нибудь близлежащем захолустье. Юфит снимал на замедленной скорости, а демонстрировал фильм на нормальной. За счет этого его работы имели судорожный, энергичный темп, что при взаимодействии с хаотичным монтажом, непрофессиональностью и нарочитой абсурдностью происходящего создавало атмосферу смехового видеоаттракциона на темы гибели и суицида.

Позже Юфит познакомился с киноавангардом, ранними фильмами Бунюэля, Жана Кокто, Мурнау, Вертова, Эйзенштейна и говорил, что кино для него, скорее всего, закончилось в конце 20-х годов: спецэффекты, цвет и звук, по его мнению, пагубно влияли на энергетику фильма. Но когда Юфит только начинал снимать свои ранние короткометражки, он не знал о кинематографе ровным счетом ничего.

Фильмы распространялись подпольно и оказались настолько популярны в андерграундных кругах, что вокруг некрореалистов мгновенно сформировался культ. Ходили слухи, что члены кружка устраивают оргии, снимают на кладбищах и в моргах. С середины 80-х Юфита вместе с его единомышленниками стали причислять к «параллельному кинематографу» — движению нового прогрессивного кино, о котором писал андерграундный журнал «Синефантом».

Короткометражный фильм «Весна» (1987)

Серия «Немой горизонт», фотография в технике «пинхол»

Некроживопись и некроскульптура

1984 году Юфит открыл для себя советские справочники по судебно-медицинской экспертизе. Позаимствовав оттуда сцены суицида, он нарисовал триптих, который раскрасил художник Олег Котельников. Впоследствии он изображал на своих картинах преимущественно полулюдей-полузверей, вертящихся на колах, спускающихся на парашютах и образующих смертельные сцепки из пожирающих и сминающих друг друга тел. В 2015 году состоялась последняя персональная выставка Юфита, на которой были также представлены пинхол-фотографии автора — застывшие пейзажи, словно увиденные героями его поздних фильмов.

По легенде, Юфит сделал копии наиболее патологических сцен самоубийства и насильственной смерти из «Атласа судебной медицины» Эдуарда фон Гофмана и распространял их среди единомышленников. После этого они также взялись за создание картин. Например, в качестве заставки «Мжалалафильма» можно увидеть картину Леонида Константинова (взявшего себе псевдоним Трупырь) «В камышах», на которой изображены всплывшие из болота трупы моряков. Его коллега Дебил (Евгений Кондратьев) увлекался примитивной живописью с нетривиальными способами суицида. Валерий Морозов изображал затвердение человеческих тел в жире и каловых массах, а также исполнил серию скульптур с озверевшими проточеловеческими лицами «Истуканы». Владимир Кустов рисовал черно-белые картины, названные в связи с характером повреждений на изображенных трупах («Холодно», «Электрики»). Андрей Мертвый (Курмаярцев) придумал «Дутика», раздувающуюся словно от процессов гниения пластмассовую куклу.

Полнометражные фильмы и мировое признание

В 1988 году Юфита пригласил в свою экспериментальную мастерскую на «Ленфильме» Александр Сокуров. Там режиссер получил возможность освоить профессиональную технику и снять на 25-миллиметровую пленку свою первую серьезную картину «Рыцари поднебесья». Далее он использует только 35-миллиметровую камеру и начинает работу над полнометражными фильмами. Из его киноязыка постепенно исчезает судорожное веселье и несерьезность. Новые фильмы Юфита перестают напоминать аттракционы кинематографического насилия и становятся все более похожи на сны, вязкие и абстрактные видения, странные бессвязные мокьюментари.

Короткометражный фильм «Рыцари поднебесья» (1989)

Свою вторую картину «Папа, умер Дед Мороз» режиссер снял в мастерской Алексея Германа в 1991 году. Основой сюжета стал кардинально переработанный рассказ Алексея Толстого «Семья вурдалаков». Позднее кинокритик Сергей Кудрявцев назвал этот фильм «тихим шедевром», в котором «Андрей Тарковский встречает Андрея Платонова», а его коллега Леонид Цыткин — издевательской пародией на «Сталкера». На следующий год работа Юфита получила главный приз на кинофестивале в Римини. До этого некрореалисты успели выставиться на знаменитой международной выставке 1990 года «Территория искусства» в Русском музее. Началось неспешное признание движения. Уже в 2005 году состоялась полная ретроспектива Юфита на Роттердамском кинофестивале.  

Трейлер полнометражного фильма «Папа, умер Дед Мороз» (1991)

После «Папа, умер Дед Мороз» режиссер снял еще пять фильмов. Среди его интересов — идиотские эксперименты, попытки по скрещиванию человека с деревом («Серебряные головы») или с приматами («Прямохождение»), эволюция человечества, запущенная в обратную сторону — куда-то в сторону камней («Убитые молнией»). Смерть в этих работах все чаще выходит из физиологического в метафорический регистр. Герои Юфита, уже не живые, но и не умершие до конца, то ли болтаются на задворках цивилизации и идеологии (свободные как от первого, так и от второго), то ли обречены блуждать в качестве неупокоенных фантомов коммунистического проекта.


изображения: обложка, 1 — архив художника, 2, 3 — Отдел новейших течений/Собрание Государственного Русского музея, Санкт-Петербург, 4 — NAME GALLERY