Я живу в Замоскворечье уже — страшно подумать — восемь лет. Из этих восьми лет два года я сидела в декрете с ребёнком, поэтому, как мне казалось, хорошо выучила район, гуляя с коляской: я знаю все детские площадки в округе, парки, детские библиотеки, поликлиники, продуктовые магазины, фитнес-клубы, муниципальные центры досуга и рынки. Я даже знаю, где купить смеситель, обратный аккумулятор и в какой из аптек в округе самый дешёвый «Анаферон» и витаминные мишки. 

На прошлой неделе я искала танцевальную студию, где бы могла заниматься линди хопом. Оказалось, что одна из них буквально в нескольких улицах от моего дома. Позавчера мне срочно понадобился косметолог, и лишь Foursquare оповестил меня о том, что вот уже полтора года в десяти минутах ходьбы работает довольно приличный салон красоты, о котором, судя по пустым залам, не знает ни одна живая душа. (Они так и не поставили указатель на ножках, потому что для них это очень дорого — порядка 200 тысяч рублей в месяц.) Мне потребовалось провести глубинное интервью с моим лучшим другом, чтобы понять: он ходит заниматься йогой в студию в трёх домах от моего. Нужно ли говорить, что я никогда не слышала ни о какой йога-студии на Серпуховской? 

И главное, непонятно, откуда бы я могла узнать о том, что происходит на соседней улице. От девочек, которые раздают флаеры у метро? Но, простите, это какой-то 1999 год. Я не беру флаеры: это как-то совсем не экологично, да и технологии, насколько мне известно, куда-то с тех пор шагнули. Я пыталась читать «Вестник Замоскворечья», но там не пишут ни о йога-студиях, ни о floating-центрах. Всем известно, что районные газеты существуют для того, чтобы поздравлять пенсионеров с Днём Победы и Днём защитника Отечества от лица префектов. Да и пенсионеры, по моим наблюдениям, используют эти газеты, чтобы заворачивать пакеты с помидорной рассадой, заготовленные для соседок, а вовсе не для того, чтобы узнавать районные новости. 

Получается, что нет никакой общей информационной площадки для людей, живущих и работающих в одном районе. Чтобы найти парикмахерскую в соседнем доме, надо воспользоваться международным поисковиком. Но чтобы найти что-то в поисковике, надо знать, что ты ищешь. Офисные сотрудники, которые обедали в день вынесения приговора узникам Болотной у Замоскворецкого суда, явно не знали, кто все эти люди. Мамаши, которые пришли в тот день гулять с детьми в парк на улице Бахрушина, были так же не готовы к встрече с омоновцами в касках, которые тащат каких-то щуплых интеллигентов в автозаки, как и митингующие к встрече с мамашами. «Нашли где выгуливать детей», — говорили грустные интеллигенты. Люди, работающие на Тверской, шли с работы в день несанкционированного митинга и всерьёз спрашивали у митингующих, действительно ли те стоят за скидками в магазин Bosco. 

Конечно, всё дело в том, что люди, живущие и работающие на одной улице, живут в разных информационных мирах. Информация больше не ходит пешком по земле, как во времена Гиляровского, Хитровка больше не производит никого в князья, а Сухаревка не пускает небылицы. Информационное пространство больше не совпадает с пространством географическим. Поэтому моими соседями в моём мире являются вовсе не Светлана Фёдоровна, которая принесла просвирку, и не мой участковый Михаил, а Сергей Пархоменко, Андрей Лошак и Юрий Сапрыкин. Но, в отличие от Светланы Фёдоровны, они ничего не знают о том, почему машины на моей улице вдруг перестали ставить носом к бордюру и ставят параллельно и что случилось с нашим участковым. Что-то давно я не видела Михаила.