«Вчера очередная варварская русофобская акция имела место в Львовской области, где демонтировали памятник русскому полководцу Михаилу Кутузову», — заявил МИД России на прошлой неделе, а уже на этой подоспел депутат Госдумы Анатолий Локоть. Он предложил временно перенести в Новосибирск все украинские памятники советским воинам и героям — таким образом депутат надеется «сделать всё возможное, чтобы уберечь от осквернения память воинов, которые боролись с фашизмом». Ежедневные новости из Госдумы уже давно хуже самой плохой кальки с Сорокина: ещё месяц назад депутатов возмущало поругание памяти блокадников, а уже сегодня — кусков бетона.

Когда весь Facebook ещё обсуждал, оскорбил ли телеканал «Дождь» кого-нибудь своим опросом, я случайно наткнулся на одну новость. Во время наступления Нового года немецкая молодёжь отправилась к монументу жертвам холокоста в центре Берлина, взрывала там петарды, запускала фейерверки, бегала по бетонным плитам мемориального комплекса и мочилась на них. Никого не задержали: «Это свинство, а не преступление», — сказал представитель полиции. А после добавил, что они не занимаются наказанием нарушителей, которые мочатся в неположенных местах. Происшествие вызвало возмущение у израильских дипломатов — да и всё.

В этой истории удивительно не то, что никого не задержали, а то, с каким хладнокровием немецкая полиция отнеслась к произошедшему: не очень классно буянить в общественных местах, но если никто не пострадал, то окей, мы не вмешиваемся. Между тем Мемориал памяти убитых евреев Европы — одно из самых сакральных и болезненных мест обновлённой Германии.

Почему можно сносить памятники. Изображение № 1.

Его создавали почти 17 лет, и всё это время проект сопровождали ужасно некрасивые скандалы и споры. В какой-то момент даже выяснилось, что в стране невозможно найти подрядчика, который бы во время Второй мировой войны не сотрудничал с нацистами, и это вызвало волну протестов. Так антивандальное покрытие стел комплекса выполнила компания Degussa — когда-то давно именно она производила «Циклон Б» для газовых камер.

Когда памятник всё же открыли в 2005 году, он вызвал недоумение. Питер Айзенман, главный теоретик деконструктивизма и учитель куда более удачливого Даниэля Либескинда, просто предложил заставить пустырь в самом центре Берлина бесконечными рядами бетонных параллелепипедов. Всего их больше 2 700: стоят неровно, какие-то выше, какие-то ниже, какие-то чуть сбиваются с прямых линий — в общем, всё это напоминает огромное мрачное кладбище, на котором легко заблудиться.

Берлин — разорённый город, у которого исторический центр до сих пор напоминает решето, и весь его современный образ построен на переосмыслении и преодолении смерти. Но даже и так это слишком лобовое высказывание: огромное рукотворное поле должно производить ощущение потерянности и отчаяния. Очень эффектно, особенно на фотографиях с высоты птичьего полёта, но зачем? Город вообще-то должен быть живым и радостным местом. Григорий Ревзин в своей колонке из середины 2000-х высказался даже жёстче: «У нас про Питер говорят, что это город на костях и это, дескать, до сих сказывается в характере выходцев оттуда. А в Берлине — цивилизация, просто так кости не бросают. Это город на гробах».

Почему можно сносить памятники. Изображение № 2.

Я думал о бессмысленности этого памятника, пока не увидел его лично. Было начало октября, в последние дни бабьего лета жители Берлина праздновали День немецкого единства. Я долго стоял на северном краю мемориала и смотрел, как всё ещё тёплое солнце освещало бетонное поле. Между гробами ходили толпы весёлых людей, многие сидели на стелах, кто-то пил, кто-то читал — в этом не было никакого уныния. Все праздновали.

Это не самая умная мысль на свете, но тогда я осознал её особенно сильно. Люди надеются, что будущее будет прекрасным, и лишь тогда всё обретает смысл. Мемориал жертвам холокоста — это не несколько тысяч бетонных блоков, это тысячи людей, которые приходят на них посмотреть.

Нет военного (да и вообще исторического) памятника лучше, чем счастливая и мирная жизнь грядущих поколений. Всё остальное — лишь побочные элементы городского дизайна, которые в случае неприятности отмоют или отремонтируют городские службы. Ни в каком куске металла или бетона нет святости — и если вам кто-то скажет обратное, ударьте его по лицу. Никого вообще-то бить нельзя, но когда живым людям предпочитают символы, всё рано или поздно кончается «Циклоном Б».

 

Фотографии: JuliusSebastiano PitruzzelloShaharEvronFireandforgetErik van Roekel