В это воскресенье я, как обычно, ждал на остановке бесплатный автобус до торгового центра. Вокруг была вполне привычная публика: старушки высокой грузоподъёмности и жёны с уставшими мужьями. Неожиданно посреди этой идиллии возник необычный мужчина. Он был одет в воздушный шарфик, широченные льняные штаны, плавно переходящие в такую же сумку, и какие-то странные штиблеты. Носков под штиблетами не было. Глаза его были подведены, на руках — перчатки из того материала, который в дореволюционной России шёл на женские вуали. Мужчина (очень среднего возраста, кстати) беспрерывно курил тонкие сигареты.

Я отошёл в сторону, чтобы посмотреть, какое впечатление этот перформанс произведёт на консервативных граждан. Бабульки удостоили модника пары презрительных взглядов, остальные вообще не обратили внимания. Необычного вида мужчина спокойно доехал со всеми до Мытищ, где погрузился в борьбу за тележки у магазина «Ашан».

Этот случай в очередной раз доказывает, что в Москве всем на тебя плевать. Поначалу это почему-то меня угнетало. Первые пару месяцев мои провинциальные комплексы придавливали меня к земле. А потом я насмотрелся на странных людей. Они носят дреды на голове, используют идиотские средства передвижения, имеют нестандартную сексуальную ориентацию — и при этом живут, строят планы и умудряются быть счастливыми. И острые клювы россиян с киселёвым головного мозга, кажется, до них не дотягиваются.

Столичный житель волен делать всё что угодно: ходить в женской одежде, пританцовывать при ходьбе и громко подпевать плееру. Даже если ты делаешь всё это одновременно, окружающие забудут тебя, едва ты скроешься за углом.

То ли дело провинция. В городе, где все находятся на расстоянии максимум трёх рукопожатий друг от друга, каждое твоё действие очень серьёзно влияет на карму. Скорость распространения информации в провинции — тема для новой книги Малкольма Гладуэлла, я гарантирую. Любая странность местного жителя расходится как круги на воде и достаёт до самых окраин. Позволяешь себе что-то слегка нестандартное? Будь готов к тому, что все земляки будут звать тебя «тот, который клеит церкви из спичек». Или «та, которая держит в квартире сорок кошек». Или «тот, который ходит в плаще около школ». Я уже не говорю о том, что узкие джинсы могут стать поводом для серьёзного разговора с местной патриотично настроенной молодёжью. В маленьком городе всем есть до тебя дело.

Предвижу главный аргумент противников всеобщего равнодушия: если тебе станет плохо на улице, то прохожие проигнорируют тебя вне зависимости от города. В этом Москва и провинция похожи. А пока этого не случилось, нужно наслаждаться жизнью. Счастье — это не цель, это путь. Так что скорее бросай всё и чувствуй себя свободно.