Салон причёсок «Доброе воскресение» — это небольшой зал с двумя креслами и столом для маникюра. От обычной парикмахерской на районе его отличают пара икон, тематические журналы и радио «Воскресение» в качестве фоновой музыки. The Village познакомился с сотрудниками православной парикмахерской и выяснил, чем на самом деле она отличается от всех прочих и правда ли, что стригут тут исключительно тех, кто крещён по канонам Русской православной церкви. 

 

   

Как работает православная парикмахерская в Петербурге. Изображение № 1.

Алеся
администратор

Прежде всего у нас нет отбора клиентов: тут православная парикмахерская, но это не означает, что клиенты у нас только православные. Мы не имеем права выгонять людей. Если к нам приходят — мы всех обслужим. Основная масса клиентов — сотрудники бизнес-центра, в котором мы находимся. Их очень немного, за день заходит один или два человека. Мы недавно открылись и пока ограничиваемся этим. Дальше планируем дать рекламу по микрорайону. Мы надеемся, что к Новому году количество посетителей возрастёт, поскольку все захотят привести себя в порядок.

В плане подбора персонала — то же самое. Требования: опыт работы и гражданство РФ. Мы просто заранее предупреждаем, какого рода у нас парикмахерская, и тут уже всё зависит от желания или нежелания кандидата. Мы можем взять на работу атеиста, если его не смущает концепция заведения и он соблюдает порядок фирмы (часы работы, приём посетителей по этикету). По сути мы ничем не отличаемся от обычной парикмахерской. Разве что только радио у нас играет определённое, в зале лежат журналы «Фома» и пара иконок висят.

Как работает православная парикмахерская в Петербурге. Изображение № 2.

Мне лично нравится попытка создать пространство для православных. В России всё очень европеизировано, есть уклон в современность и XXI век. Мы уходим от своих традиций, от своей культуры. Забываем их. Открывается много мечетей для мусульман. Они знакомятся с традициями и корнями с начала жизни. Почему бы у нас так же не сделать в плане православия? Сохранить свои традиции, православный стиль. Я только за — это хорошая идея.

Что такое православный стиль? Это по божьему закону. Хотя бы не растрёпанные волосы, как у нас нынче любят девушки. Начиная со школы, как только мама или папа прекращают заплетать волосы, девочки уже ходят с распущенными и в коротких юбках. Если исходить из наших традиций, у девушки всегда должны быть заплетены волосы: если незамужняя — то две косички, если замужняя — одна коса. Про покрытие головы я не говорю, всё-таки живём в современном мире. Просто более скромный внешний вид, чтобы девочки не жаловались, как это бывает: «Вот кавказец ко мне придрался. Считает, что я плохая и развратная». Так как она одевается? Джинсы, топик короткий, блузка с декольте и так далее. А для их канона, если девушка так одета, значит, она соответствующего поведения. Вот мы призываем к такому же соблюдению своих культурных традиций.

Но тут мы можем только давать советы. Если девушка придёт и попросит побрить её налысо, то мастер может посоветовать ей другие варианты. А девушке с распущенными волосами предложит волосы уложить или заплести в косичку. Но всё равно пожелания клиента для нас на первом месте.

   

Как работает православная парикмахерская в Петербурге. Изображение № 4.

НАТАЛЬЯ
парикмахер

Я недавно закончила курсы, дала объявление о поиске работы, и мне позвонили из православной парикмахерской. График удобно совпадал с учёбой, поэтому я согласилась. Я православная, крещёная, хожу в церковь, но на собеседовании об этом даже не спрашивали. В местную политику я не вникаю: пришла, отработала и ушла. Потому, когда журналисты начали задавать всякие вопросы, это выбило из колеи. В один день тут было телевидение, две газеты, батюшка приходил освящал. Все смотрят, снимают, спрашивают, а ты теряешься и не знаешь, что ответить.

У нас стригутся сами казаки, открывшие парикмахерскую, приходят люди из бизнес-центра или просто с улицы. По стрижкам просьбы обычные — «покороче» или «подровняйте». Казаки снизу все убирают, и остаётся только шапочка. 

Да, мы даём рекомендации клиентам, можем посоветовать, как подстричься и какую причёску выбрать. Опираюсь ли при этом на православные традиции? Наверное да: ирокезы мы тут стричь не будем, и окрашивать волосы в слишком яркие цвета тоже. Хотя была девушка с очень короткими волосами, да и сама я против ирокезов ничего не имею.

Как работает православная парикмахерская в Петербурге. Изображение № 5.

Как работает православная парикмахерская в Петербурге. Изображение № 7.

Морис

парикмахер и преподаватель

Стригу я уже четырнадцать лет, и за это время успел много где поработать. Например, у Дениса Осипова — он меня многому научил. Сам преподаю лет пять, и когда в последний раз искал работу, меня позвали вести курсы парикмахеров в Санкт-Петербургский казачий юнкерский православный гуманитарно-технический колледж. Тогда я не знал, что это имеет какое-то отношение к православию. В православной парикмахерской я работаю два дня в неделю. И как мастер не вижу различий между работой тут или в любом другом месте.

К концепции отношусь нормально. Сам я человек православный, но у меня много друзей среди мусульман, к примеру, и мы хорошо дружим. Никогда не вдавался в подробности, кто есть кто, я не фанатик. В церковь хожу редко. К казачеству отношусь спокойно: до конца не разобрался, что там к чему. Формально было предложение вступить, но сам я никакой не казак, конечно. Я не военный человек, а более творческий. На собеседовании у меня спросили, православный ли я, ношу ли крестик. Но на этом тему закрыли.

С журналистами пришлось пообщаться, это да. Вообще я не боюсь камеры — в последние годы даже эпизодически снимаюсь в кино. Но когда мне задают вопросы, а я не понимаю, о чём идёт речь, это нелегко. А когда в первый раз взял «Комсомолку» и прочитал там про себя, стало неприятно. Даже мама спросила: «Там действительно всё так?» Я и половины вещей не говорил, как там было расписано. Приписали мне в качестве псевдонима ник из «ВКонтакте» — Мустангер, придумали, что у меня ножницы вместо чего-то там. В общем, весело.

Был и другой вариант — молодой человек садится в кресло, просит его подстричь, а в процессе какие-то непонятные вопросы задаёт, каверзные. Какую я музыку слушаю, например. Я, само собой, понимаю, что это неспроста. Хотя я сам в прошлом музыкант, и сейчас на гитаре играю. Самый странный вопрос журналистов: «Креститесь ли вы перед тем, как начать стричь?»

   

 

Фотографии: Яся Фогельгардт