Эпидемия спама на улицах Петербурга началась лет пять назад и шла по нарастающей. Как предположил один из информированных собеседников The Village, раньше услуги проституток предлагали в интернете на сайтах знакомств. Однако те усложнили регистрацию, и стало проще пользоваться магистралями и переулками. Поскольку, как выяснилось, делать это можно безнаказанно, рекламы становилось всё больше. И вот дошло до апогея: интимный спам — везде. Активисты — по сути, простые горожане, не силовые структуры, не чиновники — время от времени пытаются своими силами бороться с рекламным мусором. The Village принял участие в одной из акций. 

1 300 в час 

— Ничего себе, в каждом доме — по борделю, — Красимир Врански, координатор движения «Красивый Петербург», обзвонил с десяток номеров по объявлениям, сорванным на Лиговском проспекте, и в течение часа обнаружил в радиусе нескольких километров семь адресов, по которым торгуют интимом. 2-я Советская, 14; Лиговский пр., 68; Владимирский проспект, 16; 4-я Советская, 3а; дом на углу улицы Константина Заслонова и Лиговского проспекта; Лиговский проспект, 80; улица Маяковского, 18.

Это не акция «Красивого Петербурга», это личная инициатива Красимира. Полутора часами ранее мы встретились с ним и другими активистами, среди которых — главный антитролль страны Людмила Савчук, у метро «Площадь Восстания». Красимир купил две левые SIM-карты («Можно без паспорта?» — «Можно») и отправился срывать объявления, рекламирующие «отдых 24 часа». Несколько квадратных метров, пара столбов и рекламных тумб — и урожай собран: от розовых «Ксюш» и «Даш» до напечатанных на хорошей глянцевой бумаге «Одинокая Маша желает познакомиться». 

— Я недавно была в Архангельске. Город выглядит просто ужасно. Но на улицах ни одной бумажки, — говорит другая участница рейда, Наташа. 

Вообще-то Петербург, как могут, чистят. Красимир рассказывает, что у компании, владеющей рекламной конструкцией, мимо которой мы только что прошли, восемь бригад. Они разъезжают по городу и убирают объявления. С фонарных столбов рекламный мусор счищает ГУП «Ленсвет». С остановок — структуры Комитета по транспорту (хотя бывает и такое). Но централизованно с рекламой интима в Петербурге не борется никто.

И вот теперь Красимир сидит в петербургском офисе The Village на Лиговском проспекте, обзванивая «Ксюш» и «Даш». Отвечают в основном женщины за сорок, по голосу — как «коменданты общежитий», отмечает Красимир. Сразу называют адрес и тариф, последний у всех одинаковый: 1 300 рублей в час за «классику». «А в Приморском районе дороже — 2 тысячи в час», — говорит Наташа. 

— Средний возраст у нас 40 лет, подходите хоть сейчас, — говорят на Маяковского, 18.

— Есть африканочки, азиатки и русские. Про дополнительные услуги договаривайтесь с девочками отдельно, — говорят на 2-й Советской, 14. 

Номера квартир никто не называет: нужно подойти к указанному дому и ещё раз набрать указанный номер. Но у Красимира другая задача. Он снова звонит по номеру из объявления, на этот раз зачитывая собеседнице нормы права, которые, как считает Красимир, нарушены: статья 37.1 закона «Об административных правонарушениях в Санкт-Петербурге» («Размещение объявлений и иных информационных материалов вне специально отведённых для этого мест»); статья 241 Уголовного кодекса РФ («Организация занятия проституцией»).

В Петербурге же никто в Смольном не воспринимает это как проблему, не понимает, что это не просто хулиганство, а организованный бизнес

В трубке — тягостное молчание. Потом внезапно женщина с сильным акцентом называет адрес: «Лиговский, 65, подходите». Красимир в ступоре. Ощутив подвох, женщина идёт на попятную. 

— У нас просто квартира. Никаких Ксюш тут нет.

— А почему объявления с вашим номером по всему Лиговскому висят?

— Меня подставили. Ну ладно, пойду на Лиговский, посмотрю, — говорит собеседница Красимира и бросает трубку. 

В редакцию заходят ещё два активиста «Красивого Петербурга» — Вадим и Владимир, крепкие серьёзные мужчины. Показывают стопку распечатанных фотографий с изображениями местных расклейщиков объявлений. Снимки раздадут полицейским патрулям. 

— Вот этот парень под два метра ростом: он как наклеит, и чёрта с два сорвёшь, высоко, — рассказывает Вадим. — А этого, седого, патрули регулярно останавливают. А он каждый раз возмущается: «Чего работать мешаете?»

Красимир пишет два заявления в полицию: требует проверить его действия на предмет противоправной составляющей (хулиганил, звонил незнакомым людям) и заодно — проверить адреса предполагаемых борделей. Идёт сдаваться в 28-е отделение. Вадим и Владимир постоянно отстают: по пути они срывают листовки, сбивают со столбов плотно прикрученные картонки, закрашивают последние цифры телефонных номеров в трафаретной рекламе на асфальте.

— Сколько стоит баллончик?

— Не знаю, этот я у граффитиста отобрал. 

Проходим мимо одного из адресов, который ранее нам озвучили по телефону. Часть окон на втором этаже скрыта за непроницаемыми жалюзи, но видны края разлапистых старомодных хрустальных люстр и замызганные тюлевые занавески. Участники акции приходят к выводу, что бордель, скорее всего, там. 

В 28-м отделении заявлениям Красимира как будто не удивляются, только просят переписать на официальных бланках и сразу забирают. Акция завершена.

— Как думаешь, что из полиции ответят? — спрашивает у Красимира Наташа, когда мы спускаемся в метро.

— Отписку какую-нибудь пришлют, — предполагаю я.

— Да всё равно. Я сейчас по СМИ адреса борделей разошлю. Пускай полиция работает, — говорит Красимир.

Хихикал в усы

По словам урбаниста и журналиста Александра Минакова, в Москве некоторое время назад нелегальной рекламы было больше, чем в Петербурге. Сейчас ситуация в столице кардинально улучшилась. В Петербурге же она становится всё хуже. Год назад Минаков отправил в приёмную губернатора Полтавченко четыре килограмма объявлений с рекламой проституции, собранных в Адмиралтейском районе. Сегодня, скорее всего, урожай был бы раза в два больше. 

   

Любовь 24 часа: Как Петербург стал столицей интимного спама. Изображение № 1.

Александр Минаков

создатель общественного движения «Питер без рекламы»

В Москве борьбой занималась мэрия, а именно департамент СМИ и рекламы и объединение административно-технических инспекций. В Смольном же никто не воспринимает это как проблему, не понимает, что это не просто хулиганство, а организованный бизнес, и косметическими мерами, увещеваниями и штрафами с этим бороться не получится. Со стороны города должна быть объявлена война. Сейчас ответственность размазана между комитетами по печати, по благоустройству, по градостроительству и архитектуре, жилищным комитетом и ещё рядом структур, которые не могут между собой договориться. Нет силы на городском уровне, которая могла бы эти ведомства объединить.

Подобной рекламой должна заниматься и полиция, но у неё, очевидно, нет такой задачи. Пару месяцев назад один представитель полиции выступал на городском штабе по благоустройству (регулярные совещания, которые проводит Смольный. – Прим. ред.). Его специально позвали, чтобы он от имени полиции высказался на эту тему. Он хихикал в усы и отшучивался про бордели. То есть люди считают, что всё это очень смешно. 

   

Общественные объединения борцов с нелегальной рекламой, в том числе секс-услуг, появляются регулярно. Прошлой осенью мы писали про проект «Дай Любе шанс» (в настоящий момент он заморожен). Сейчас в городе, помимо «Питера без рекламы», действуют «Девочки 24» — инициатива двух обычных горожанок Марии Галенко и Насти Рябцевой; а также движение «Лига инициатив» —впрочем, некоторые из опрошенных активистов считают, что оно имеет отношение к Молодёжной коллегии при губернаторе. Гораздо больше обычных энтузиастов среди горожан, и время от времени им достаётся от «неизвестных граждан».

   

Юлия Моисеева

петербурженка

Дело было 9 июля, часов в 5 вечера. Я подошла к столбу на Энгельса, 136, который был весь покрыт объявлениями, и начала их срывать. Двое мужчин неславянской наружности стояли рядом — возможно, это были расклейщики, но странно видеть от расклейщиков такую реакцию. Они обратились ко мне, зачем я срываю. — «А что, нельзя?» — «Да, нельзя». Дальше я стала говорить про незаконность этих объявлений, а они настоятельно попросили меня следить за законностью «других вещей». Оба довольно крупные, нависали надо мной, разговаривали грубо. Я хотела поскорее закончить разговор, мне было страшно, как бы они меня об этот столб не приложили. Кое-как выщемилась оттуда и ушла. 

   

В этом году депутат Законодательного собрания Петербурга Павел Солтан обращался к главе регионального ГУ МВД Сергею Умнову с просьбой сообщить, что конкретно предпринимает полиция в связи с «массовым размещением объявлений эротического характера». Корреспондент The Village позвонила парламентарию, чтобы уточнить, как полиция отреагировала на запрос. Вот что мы услышали. 

   

Любовь 24 часа: Как Петербург стал столицей интимного спама. Изображение № 2.

Павел Солтан 

депутат ЗакСа Петербурга

Я ответ получил, но мне-то, конечно, важна не информация, мне нужны конкретные шаги. Сейчас мы работаем над тем, чтобы изменить законодательство, чтобы появились более реальные рычаги для противодействия всему тому, что мы видим на улице. Потому что я прекрасно понимаю, что, когда любой, кто живёт в Петербурге, или гость нашего города, видит эту рекламу, никаких хороших ассоциаций не возникает. Поэтому, я считаю, нужна в первую очередь конкретика, чтобы жёстко наказывать тех лиц, кто эту рекламу размещает. И не только рекламу. В принципе, если мы говорим о неких соцуслугах, то, в моём понимании, контролирующие органы могли бы проводить проверки, чтобы принимать необходимые меры, в том числе и уголовного характера.

   

Помощь в подготовке текста: Лера Исаева