Вчера, 27 июля, «Афиша Daily» выпустила материал-дискуссию «Как вернуть мир на Патриаршие пруды: спорят Гафин, Ливси, Асс и другие соседи». В нём известные обитатели Патриарших обсудили конфликт, который развернулся в районе в начале июля. Тогда на Малой Бронной улице появились растяжки с текстом: «Собянин! Жители требуют тишины!» — так местные жители попытались обратить внимание властей на шум, раздающийся из заведений в ночное время. В результате уже несколько недель заведения на Патриарших закрываются раньше, чем прежде, — в 23:00.

Круглый стол, посвящённый поиску разрешения накопившихся проблем, и сам стал поводом для конфликта. Участники разговора прямо возложили вину в сложившейся ситуации на приезжих и назвали их «саранчой» и «шариковыми». Всё это вызвало гнев москвичей в социальных сетях.

Редактор The Village Сергей Бабкин, проживающий в считающемся одним из самых неблагополучных районов Москвы, Гольянове, отвечает на упреки жителей центра.

Сергей Бабкин: Мои бабушка и дед жили в районе Патриарших прудов. В 1960-х у них появилась возможность переехать в квартиру побольше. Между районом Красная Пресня и только что построенным «спальником», который сейчас называют Гольяновым, они выбрали последний: там только что появилось метро «Щёлковская», рядом — лес, а вот на Пресне окна выходили на зоопарк, и крики и запах его обитателей моим предкам не понравились. Они не знали, что скоро в Гольянове построят автовокзал и к рубежу веков район станет считаться одним из самых неблагополучных в Москве. Правда, в начале 1990-х они всё равно уехали в Геленджик. А в их квартире сейчас живу я.

На моей лестничной клетке четыре квартиры. Одну из них снимает семья из Дагестана. Они тихие и вежливые люди. В другой — интеллигентная, но максимально нервозная и проблемная семья. В третьей — учительница немецкого с мужем и дочкой. Они очень приятные. Четырьмя этажами ниже раньше жила бывшая журналистка, которая до смерти курила крепкую «Яву». Она меня очень любила и однажды подарила мне на день рождения двухтомник «Мифы народов мира», в написании которого принимал участие Алексей Лосев. Сейчас эта энциклопедия куда-то потерялась, но я не теряю надежды её найти.

Недалеко от меня живут знакомые художники, кураторы, режиссёры, промоутеры, дизайнер Wonderzine Катя и наверняка ещё много творческих людей. Недалеко от меня живут мигранты из Средней Азии и с Кавказа. Недалеко от меня живут на улицах бомжи, которые стекаются к автовокзалу: среди них — маленькая танцующая женщина и пожилой мужчина, который все фразы произносит на вдохе. Недалеко от меня живут множество людей, которых раньше назвали бы мещанами, а кого-то, должно быть, назвали бы пти-буржуа. Мы все — те самые «шариковы», которые мешают утончённым жителям Патриарших, что навязали нам дихотомию «центр — окраина». И я считаю, что задача каждого москвича — разрушить эту оппозицию.

Около метро — толпы с автовокзала. Картавый человек кричит: «Марля, кому марлю?» Рядом — мужчина, который стоит на коленях и читает Библию нараспев. Утром из окна я вижу поток людей, который направляется из глубины района в сторону метро: «шариковы» едут на работу и на учёбу. В местном книжном самый популярный раздел — канцтовары, но там же можно купить сборник Артюра Рембо или книги издательства Ad Marginem. За более редкими книгами нужно ехать в центр — но там же не только книги, но и соответствующая тусовка. Продавцы какого-нибудь «Циолковского» тоже ездят на работу из Жулебина. Мы все живём в единой городской сети. Все районы (даже те самые «спальники») разные, но всех объединяет то, что везде живут люди.

Я хожу за продуктами в «Пятёрочку», но это не значит, что я не способен оценить «сложную» еду. У меня за окнами громко кричит живая музыка из пивбара «Саяны», но в моём же доме есть вполне себе приличное кафе. Когда я говорю, что я «в городе», — это значит, что я не у себя в квартире. Я вечный кочевник: в метро я провожу по полтора-два часа в день. Там я читаю книги, слушаю новую и старую музыку или просто рассматриваю других людей. Мы все — граждане нашего города.

Я могу занять себя в Гольянове: сходить в национальный парк «Лосиный остров» или позвать друзей к себе домой. Я могу занять себя чуть дальше от него: в 20 минутах ходьбы — памятники архитектуры XVII века и Измайловский парк. Я могу занять себя в немного безумном районе между «Электрозаводской» и «Бауманской»: там есть и современное искусство, и чебуречные, и архитектура, и тихие дворики. Я могу занять себя внутри Садового кольца: всем понятно, чем.

Лучше быть гражданином всего города, чем феодалом в своей крепости. Транспортная система Москвы позволяет нашим телам хаотично передвигаться по всей столице. Это удивительный город с богатыми, бедными и какими-то непонятными районами. Он принадлежит нам, каждая его часть. И мы — это и вы, и я, и все остальные: от Шатуры до Кремля.


Обложка: Михаил Голденков