Передача Исаакиевского собора РПЦ взволновала Петербург: петиция за сохранение статус-кво уже собрала почти 190 тысяч подписей, в пятницу вечером сотни человек пришли в знак протеста на Исаакиевскую площадь, а 28 января на Марсовом поле состоится городской митинг.

Передача собора церковной организации — жест на первый взгляд настолько естественный, что отторжение, вызванное им у общественности, может напоминать антиклерикальные настроения советских 1920-х. Главный аргумент протестующих, впрочем, имеет характер прагматический: сейчас Исаакиевский содержит музей, а в случае передачи РПЦ неизбежно придется тратить деньги из городского бюджета. Кроме того, сейчас вход внутрь хоть и платный, но общедоступный, а церковники могут ввести массу ограничений, так что человек, пришедший не ради службы, а чтобы посмотреть на памятник архитектуры, может почувствовать себя неуютно, а то и вовсе не попасть в собор.

Архитектурный критик Мария Элькина вспоминает характерные мировые примеры: кто, как и на какие деньги содержит соборы и церкви.

Чем особенна ситуация с Исаакиевским собором

В России ситуацию с соборами, которые не принадлежат Церкви, по историческим причинам воспринимают несколько однобоко. Мы оглядываемся назад на советскую историю и видим, как несправедливо обошлись в свое время с храмами: их разрушали, превращали в лучшем случае в музеи или дома культуры, в худшем — в склады. В это время мы совершенно забываем тот факт, что и без эпизодов насильственного выселения церкви за последний век с небольшим перестали быть такой уж необходимой частью жизни, количество прихожан заметно уменьшилось практически во всем мире, так что не только в России здания бывших церквей используются под секулярные нужды. Церкви превращаются в клубы или даже в жилые дома не из кощунственных соображений, а потому что часто это бывает единственный способ сохранить памятник архитектуры. Кроме того, иногда принимается решение превратить храм в музей из соображений сохранности. Случай Исаакиевского собора не уникальный не только для России, но и для мира.

Ситуация с протестами против его передачи обратно Церкви является показателем не антиклерикальных настроений горожан, а того, что Церковь не вполне справляется со своей социальной ролью. В кажущиеся нам сейчас темным временем Средние века практически все жители городов Европы платили десятину — налог в пользу церкви, — и это не было в чистом виде обдирательством на идеологической основе, как нам часто преподносили ситуацию в школе на уроках истории. Церковь была центром сообщества, она одновременно играла роль, если угодно, районного центра, где жители встречались друг с другом, где происходили важные события, где могли ставить спектакли, куда можно было обратиться за советом. Редуцирование роли Церкви в городе произошло не в последнюю очередь потому, что ее общественная функция диверсифицировалась, произошла демонополизация.

Совершенно естественно, что, когда петербуржцам говорят, что Исаакиевский передадут РПЦ, они не радуются: сейчас это общая территория, а станет она принадлежать той узкой прослойке — в два процента или меньше — постоянных посетителей богослужений.

Собор Святого Петра, Рим

Римские папы не так богаты, как были когда-то, когда заказывали росписи Сикстинской капеллы Микеланджело, но и не бедны. Ватикан сегодня с его населением в 800 человек является рекордсменом по ВВП на душу населения — что-то около 365 тысяч евро. Основным источником дохода Ватикана являются частные пожертвования.  

Ватикану принадлежит не только собор Святого Петра, но и целый музейный комплекс. Вход в него стоит 15 евро, и количество посетителей при папе Франциске увеличилось почти вдвое, до 12 миллионов человек, так что выручаемых денег вполне достаточно для содержания памятников архитектуры.

Вход в собор Святого Петра, внутри которого помимо множества реликвий и произведений искусства находится «Пьета» Микеланджело и балдахин Бернини, — бесплатный, но одеться лучше в меру скромно, с уважением к святости места. Деньги придется платить только в том случае, если вы хотите подняться на купол: 5 евро за то, чтобы сделать это пешком, или 8 евро, если вы хотите частично преодолеть путь на лифте.

Пантеон, Рим

Одно из величайших произведений архитектуры всех времен имеет непростую судьбу. Построенный при императоре Адриане, Пантеон был действующим храмом только до его смерти, а после оставался заброшенным вплоть до V века, пока его не превратили в христианскую церковь Святой Марии и Мучеников. Пантеон знаменит в первую очередь не как святое место, а как, вероятно, одно из самых интересных произведений архитектуры за всю историю. Он до сих пор является самым большим в мире неукрепленным бетонным куполом.

Вход в Пантеон с прилегающей пьяцца совершенно свободный, так что можно незамеченным зайти и выйти несколько раз. В последнее время, правда, в Италии обсуждают возможность введения платы за посещение: все же очевидно, что абсолютное большинство посетителей — туристы. Вместе с тем необходимость покупать билет не только ударит по карману любителей архитектуры, но и лишит Пантеон особого шарма. Возникнут очереди — и ощущение слитого с городом открытого пространства пропадет.

Санта-Мария Глориоза деи Фрари, Венеция

Для того чтобы туристу попасть в эту роскошную венецианскую готическую церковь и увидеть «Успение» Тициана, придется заплатить несколько евро. Впрочем, это не нововведение нашего меркантильного века, а традиция, которой не меньше ста лет точно. Большинство церквей в Италии все же оставляют вход бесплатным, евро или два берут только за то, чтобы подсветить мозаику, роспись или картину, или за прослушивание информации в аудиогиде. 

Сан-Витале, Равенна

Вполне однозначно вопрос о том, быть церкви церковью или музеем, решен в Равенне. Базилика Сан-Витале — один из самых ранних и наиболее хорошо сохранившихся образчиков восточно-христианской архитектуры — уже довольно давно является частью исторического музея. Чтобы попасть сюда и в стоящий рядом мавзолей Галлы Плацидии, надо купить билет. В 30 метрах от входа находится пиццерия «Мозаика», ясно дающая понять, что наследие в Равенне — для того, чтобы зарабатывать на нем. Откровенно говоря, и сам Сан-Витале не выигрывает от того, что пребывает в несколько искусственном состоянии. Кажется, что место выиграло бы, если бы в нем происходили службы, да и за вход платить не хочется. С другой стороны, Равенна сегодня — единственное место, где смальтовые мозаики и архитектура этого периода сохранились так хорошо. Возможно, именно благодаря музеефикации.

Собор Святого Павла, Лондон

Про Великобританию и говорить нечего: здесь не то что церкви, а и сами музеи существуют на пожертвования. Перед входом в Национальную галерею стоит ящик, в который вам рекомендуется бросить два фунта, но если вы не станете этого делать, никто об этом не узнает и тем более не объявит вам выговор. В соборе Святого Павла, увенчанном вторым в мире по известности большим городским куполом после купола Микеланджело над собором Святого Петра, все устроено точно так же, только еще менее навязчиво. Кажется, сюда можно зайти хоть с чемоданом. На выходе висит табличка: «Надеемся, что посещение собора было вдохновляющим».  

Айя-София, Стамбул

Видится даже некоторая закономерность в том, что именно главный православный храм в итоге превращен в музей. Судьба великолепной Айя-Софии не была простой: до этого она еще несколько веков успела побывать мечетью, так что отсутствие религиозной функции и плата за вход, возможно, были единственным хорошим компромиссом. К слову, в Софии сохранили и следы исламской святыни, по всем правилам уважительного отношения к истории. В качестве побочного эффекта — практически круглогодичная очередь на вход.

Ливерпульский собор, Ливерпуль

Англиканский Ливерпульский собор так велик, что в послевоенные годы местные мальчишки играли в нем в футбол. Не нужно обманываться его готическим видом: Джайлс Гилберт Скотт спроектировал его в начале прошлого века, а окончено строительство было только в 1970-е годы. Вход бесплатный, но, как и в приличном британском музее, внутри вы обнаружите магазин вполне себе светских сувениров и кафе, где можно перекусить.

Церковь Святого Иакова, Утрехт

Церковь перестала действовать в 1991 году, а около десяти лет назад она была перестроена в жилое помещение. Это не уникальный случай обживания бывшего прихода: больше всего таких проектов было реализовано в Нидерландах и Великобритании, славящихся своим прагматизмом. Однако и в католических странах секулярное назначение часто бывает единственной возможностью сохранить здание. В Испании есть церковь, превращенная в площадку для скейтеров, а в Дублине в одном из бывших приходов открыли бар с рестораном.