Сегодня суд выбирает меру пресечения для владельца аэропорта Домодедово Дмитрия Каменщика. Его задержали вчера по делу о теракте в зоне прилёта, который произошёл в 2011 году. Уже тогда следователи активно интересовались тем, кто является конечным бенефициаром авиаузла. О том, что аэропортом владеет Каменщик, было известно лишь неофициально. 9 февраля следствие арестовало нескольких менеджеров аэропорта, ответственных за безопасность, в рамках повторного расследования дела о теракте. По версии следствия, они изменили регламент безопасности аэропорта, чтобы избежать очередей у рамок металлоискателей. В эту среду Каменщик собрал пресс-конференцию, где заявил о невиновности менеджеров. По его данным, новый регламент безопасности фактически не отличался от старого.

Эта история парадоксально совпала с большими изменениями на рынке аэропортов Москвы. В понедельник стало известно о том, что в компанию «Аэропорт Шереметьево» консолидированы активы государства и ООО «Шереметьево Холдинг» (его контролируют партнёры по компании TPS Avia — Аркадий Ротенберг, Александр Пономаренко и Александр Скоробогатько). В итоге доля государства в компании составит 31,6 %, а частного акционера — 68,4 %. The Village поговорил с экспертами о том, какая судьба ждёт Дмитрия Каменщика и московские аэропорты.

   

Александр Ермоленко

партнёр «ФБК Право»

Эту историю можно рассматривать с двух точек зрения: формально-юридической и политической. В первом случае могло так совпасть, что следствие решило арестовать Каменщика именно сейчас. Во втором — никто ничего точно не знает.

С точки зрения закона безопасностью аэропорта занимается ответственный сотрудник, контролирует обычно директор, а не собственник и не члены совета директоров. Для понимания: в каждой организации висит табличка «Ответственный за пожарную безопасность такой-то», вот в уголовном деле разбирательство идёт именно на таком уровне, не «вообще контролирует», а всё очень детально. В случае нарушений правил безопасности ответственность обычно возлагается на менеджеров, не на собственника здания, компании или бенефициара всего бизнеса.

Проблемы у Каменщика были давно, в 2008–2009 годах закончилась серия разбирательств по поводу реприватизации Домодедова. Тогда Высший арбитражный суд встал на сторону компании и сохранил за ней право собственности. Теракт 2011 года как-то совпал с идеей создания Московского авиаузла. Тогда была идея объединить все три аэропорта, но Домодедово был частным. Во время расследования теракта в прессе появлялись новости о том, что следователи ищут конечного бенефициара компании. Глава Следственного комитета Бастрыкин на встрече с журналистами недоумевал, почему неизвестен хозяин Домодедова. Потом Каменщик официально признал себя конечным собственником аэропорта, и теперь у него начались проблемы.

Можно лишь предположить, произошло ли это случайно или нет. На этой неделе объявили о том, что аэропорт Шереметьево будет передан в частные руки. Может быть, к идее объединения аэропортов вскоре вернутся. О том, насколько связаны два этих события, можно лишь догадываться. Эта ситуация сильно напоминает историю с Владимиром Евтушенковым, которого заключили под домашний арест и отпустили после того, как он отказался бороться за «Башнефть». Возможно, Каменщика ждёт такой же сценарий. А в случае отказа — доведение уголовного дела до логического завершения.