Государственная Дума РФ на пленарном заседании 13 мая единогласно приняла в первом чтении так называемый «Закон о запрете хостелов» — проект федерального закона «О внесении изменения в статью 17 Жилищного кодекса Российской Федерации» (в части запрета использования жилых помещений в качестве гостиницы, иного средства временного размещения, а также предоставления в них гостиничных услуг).

Как считают инициаторы законопроекта, хостелы и мини-отели нарушают жилищные права жителей смежных помещений, а также наносят урон домам, признанным объектами культурного наследия. В пояснительной записке указывается, что гостиница может находиться в многоквартирном доме только в том случае, если помещение под неё переведено в разряд нежилых.

Закон о запрете хостелов в жилых домах был внесён в парламент ещё в сентябре 2015 года, однако с тех пор его несколько раз отправляли на доработку. Противники закона уверены, что его принятие в нынешнем виде поставит под угрозу большую часть хостельного рынка, который сформировался на базе жилой недвижимости. Только в Петербурге, по официальной статистике, 360 хостелов, и от 80 до 90 % из них находится в жилом фонде.

Хостелы уже поддержало петербургское правительство. Виктор Кононов, председатель комитета по развитию туризма, заявил, что город «является своего рода столицей хостелов и мини-отелей»: «Нельзя это разрушать, так как это опорный сегмент размещения экономкласса в центре Санкт-Петербурга. В настоящее время хостелы и мини-отели составляют 17 % всего номерного фонда города и львиную долю всех мест экономкласса в историческом центре города».

Тем не менее шансы на то, что ко второму чтению поступят радикальные поправки, которые позволят избежать рынку хостелов болезненного удара, уже не очень велики.

The Village поговорил с владельцами трёх симпатичных петербургских хостелов, которые уже давно стали городской достопримечательностью, о том, что их ждёт в будущем.


Сергей Сорокин

владелец хостела Soul Kitchen

Помещение нашего хостела находится в жилом фонде: это второй этаж, с общей лестницей, с соседями — поэтому мы самым непосредственным образом столкнёмся с проблемами, которые последуют в случае окончательного принятия этого законопроекта. Скорее всего, нам придётся закрыться.

Конечно, у нас есть некоторые возможности перевести помещение в нежилой фонд и сделать отдельную лестницу, но это будет стоить бешеных денег (от миллиона рублей) плюс очень долго. Если делать без взяток, это будет длиться годы, кроме того, получится как с экзаменом в ГИБДД: каждый раз нас будут заворачивать.

Вдобавок, по одному из законов, запрещается проживать в нежилом фонде, если он изначально не предназначался для гостиничных целей.

Что касается заявления законодателей о том, что «хостелы и мини-отели нарушают жилищные права жителей смежных помещений, а также наносят урон домам, признанным объектами культурного наследия», — отчасти я согласен. Я могу себе представить ситуацию, при которой человек живёт на одной лестничной клетке не с таким хорошим хостелом, как наш, а с обычным очень бюджетным заведением без фейсконтроля, где странные люди могут останавливаться месяцами. Я бы в таком случае опасался выпустить своего ребёнка на лестницу.

Но мы — ответственный хостел. У нас есть фейсконтроль. Мы сделали ремонт на лестничной клетке за полмиллиона рублей — полы, стены. То есть мы вносим вклад в благоустройство дома. И мы благодарны соседям за то, что они впустили нас к себе.

Возможно, стоит сделать дополнение к законопроекту, согласно которому все соседи должны одобрить размещение хостела. То есть сделать шаг навстречу хостелам, а не грести всех под одну гребёнку. Но, конечно, с точки зрения правительства, делить хостелы на хорошие и плохие сложно — проще сделать один закон для всех. Однако диалог всё же нужно выстраивать. Самая большая проблема — в том, что его не было изначально: не было круглых столов, приглашения отельеров на беседы. Законопроект, как это обычно делается, был спущен сверху.

Мы как хостел, который дважды был признан лучшим в Европе и в мире, прославляем страну своим сервисом. А сейчас примут закон — и лучший хостел в мире закроется.

Если законопроект окончательно примут, от 60 до 80 % хостелов Петербурга закроются. Вне закона будет и Airbnb. Больше всего от ситуации выиграют трёхзвёздочные отели, потому что по бюджетности это следующий сегмент после хостелов.

Возможно, правительство рассчитывает построить огромные хостелы за счёт инвесторов? Не знаю. Знаю только, что это очень сырой законопроект, который, возможно, хотят запустить в предвыборный период, чтобы под шумок набрать себе очков.

Впрочем, это было только первое чтение — будут следующие и, скорее всего, будут поправки. Сейчас все мои коллеги очень суетятся: звонят депутатам, в комитеты — наверное, всё же будет какой-то диалог. Как показывает опыт, иногда наши правители любят принять что-то максимально жёсткое, а потом ослабить. Посмотрим, может быть, тут то же самое.


Сергей Морев

владелец сети отелей и хостелов «Друзья»

Чуть больше трети (по площади) наших объектов находятся в жилом фонде. Если законопроект примут в его нынешнем виде, нам придётся закрыть эти объекты. Естественно, мы не разоримся, но это сделает нас слабее.

Конечно, для начала мы попробуем сделать всё возможное, чтобы перевести объекты в нежилой фонд. Но сделать это, насколько я понимаю, практически невозможно. Из указанной трети объектов лишь одно помещение находится в отдельном флигеле и имеет собственный вход — его можно перевести в нежилой фонд, а остальные объекты — в жилых парадных. Впрочем, если в законе не будет прописан отдельный вход как требование к организации хостела, тогда можно будет перевести практически всё.

Ещё в законопроекте прописано, что объект должен быть над нежилым помещением. В принципе, у нас, кроме пары объектов, все над нежилыми помещениями на нижних этажах.

По поводу того, что хостелы нарушают права жильцов. Мы работаем уже десять лет. Не буду лукавить, периодически случаются недоразумения, но мы всё решаем. Острых противостояний с жильцами у нас нет.

Мне кажется, что если законопроект примут, большинство совсем маленьких хостелов уйдёт в тень. Но абсолютно в тени работать невозможно: успех бизнеса зависит от крупных систем онлайн-бронирования, и большинству заведений в итоге придётся закрыться. Возможно, повысятся цены: последние десять лет они либо стояли, либо — особенно в несезон — уменьшились в полтора раза. Питер стал гораздо доступнее.

Самое непонятное — что делать с посуточной арендой квартир, потому что она тоже подпадает под этот законопроект. Если хостелы — это сотни объектов, то квартиры — тысячи.


Евгений Хитьков

совладелец хостела «Мир»

У нас есть два варианта развития событий: плохой и хороший. При плохом варианте наши депутаты не знают, что такое хостел. Для них это общага для людей без документов, с вечными вечеринками и грязью. Если это так, придётся плохо всем: и владельцам малого бизнеса, и туристам. А ведь Петербург — одно из самых популярных направлений, и в сезон, даже несмотря на огромное количество хостелов и апартаментов, всё заполнено.

При хорошем варианте — они просто хотят почистить рынок. Петербург в этом плане один из самых перенасыщенных городов. Когда мы начинали, было порядка 30 хостелов, сейчас около 300, а с теневыми — и того больше. Очень часто люди просто хотят срубить лёгких денег и не соблюдают никаких минимальных норм безопасности и чистоты. Они воспринимают это так: заработать за сезон. В данном случае город сможет освежить рынок и привести всё в порядок к чемпионату. С сайтов бронирования пропадут хостелы, которые не могут предоставить минимальный уровень комфорта.

Что будет с «Миром» при плохом варианте, понятно. Закрывать будут всех. Это глупо, но может случиться. При хорошем у нас достаточно большой хостел, много душевых и просторные номера, соседи на нас не жалуются, поэтому если какие-то комиссии придут нас проверять, они останутся довольны.


Обложка: Дима Цыренщиков