Недавно в центре Петербурга появились деревянные мемориальные таблички с упоминанием обычных горожан: «В этом доме в 2004 году Иван Семёнов пришёл в гости к Ольге Чикиневой и нечаянно сломал ей раковину в ванной». Авторы проекта — уличные художники Gandhi, а сама акция называется «В этом доме свет не гаснет». The Village поговорил с ними о порче стен, тренировке толерантности и пиджаке Хармса.

 

   

Gandhi

Группа с меняющимся составом, названая в честь Махатмы Ганди.
На каждом проекте разное количество участников

   

Группа была создана в Омске, потом её основатели разъехались: кто на запад, в Петербург, кто на восток, в Красноярск

 

   

Мы уехали из Омска в Петербург, потому что там было слишком легко: можно было не заметить и прожить всю жизнь очень расслабленно, в комфортной аполитичной атмосфере. Но сравнивать Омск с Петербургом в критериях «лучше/хуже» было бы нечестно по отношению ко всем провинциальным городам, ведь они не виноваты в том, что в России все ресурсы как магнитом тянет к центру. 

Состав группы часто меняется: в разные периоды в Gandhi работали от двух до восьми человек. Большая часть группы - девушки (это можно понять по нашим работам). Возраст: от 24 до 35 лет. Не у всех из нас есть художественное образование, но ведь люди могут рисовать и без него. Или не рисовать, а наполнять проект концептуальным содержанием. Или просто помогать технически. Любое движение, любая творческая работа в коллективе начинается с внутреннего родства некоторой группы людей. Мы действуем анонимно, ведь формально наша деятельность — порча стен и рекламных щитов — не укладывается в рамки законодательства. 

Cтрит-арт-художники Gandhi о мемориальных досках для простых горожан. Изображение № 1.

 

«В этом доме свет не гаснет»

На каждом доме в центре города висит мемориальная табличка, посвящённая человеку, с которым на самом деле почти никто не был знаком. Мы подумали, что такая иерархия — те, кто написал книгу, открыл какой-то закон или полетел в космос — не оставляет современному горожанину места для подвига: кажется, что самое лучшее уже сделал кто-то другой и никуда стремиться не надо — только восхищайся. В этом есть что-то от рекламной индустрии.

Проект родился в весёлой дружеской переписке с нашей подругой, красноярским сценаристом Аней Назаровой. Она хотела, чтобы люди подняли глаза от гаджетов и занялись своей жизнью. Таблички — наша первая и пока единственная совместная работа. Она не входит в группу «Ганди», но мы наверняка будем делать что-нибудь ещё вместе. Аня не хочет скрывать свою личность, поэтому в «титрах» мы написали её имя отдельно. 

Cтрит-арт-художники Gandhi о мемориальных досках для простых горожан. Изображение № 2.

Сначала мы шутили и фантазировали, играли с вариантами текста, примеряли на себя «пиджак Хармса» и всё такое. Осознание, зачем нужен проект, пришло потом, когда мы решили подать заявку на фестиваль «Современное искусство в традиционном музее» и стали писать концепцию. Нас не взяли на этот фестиваль, и прошло больше года, прежде чем мы воплотили проект в жизнь своими силами.

Мы хотели сделать таблички максимально похожими на настоящие, посчитали примерную стоимость, и оказалось, что заказать гранит или даже пластиковую имитацию гранита очень дорого, мы бы не осилили. В итоге сделали таблички из толстой фанеры. Для трафаретов с текстами заказали резку на плоттере, для фона и букв — обычную краску для граффити, а сажали всё это на клей для уличного монтажа.

 

Представьте, что ответит человек
с улицы, если спросить у него:
«А можно мы повесим на ваш дом табличку, описывающую какой-нибудь случай из вашей жизни?»

 

Все имена на табличках, кроме одного, вымышленные, но некоторые истории имеют отношение к жизни. Реальное имя — Ольга Чикинева. Это одноклассница Ани Назаровой, которой та таким образом решила передать привет. Но история с разбитой раковиной на этой табличке вымышленная. В принципе, любая из историй могла случиться с кем угодно. Сейчас, когда люди узнали о проекте, нам пишут: «Вот бы повесили мою историю». Но это было бы печальное кино: сами представьте, что ответит знакомый или любой человек с улицы, если спросить у него: «А можно мы повесим на ваш дом табличку, описывающую какой-нибудь случай из вашей жизни?». Скорее всего, нас послали бы подальше. Из скромности.

Делать ежедневный обход всех двенадцати табличек нет ни возможности, ни желания: зачем расстраивать себя, узнав, что работы уже нет? На следующий день после акции, 24 мая, пришлось объехать часть досок, чтобы сфотографировать их, так как ночные снимки (акция была ночью) получились нечёткими. Оказалось, что уже нет таблички на Рубинштейна, рассказывающей историю музыкантов, поссорившихся с хозяйкой квартиры. Кто снял, неизвестно. Скорее всего, кто-то, ответственный за чистоту этих стен.

В соцсетях многие комментировали нашу акцию. Например, один художник написал, что акция уныла и вторична и такое уже было где-то в Европе. Где именно и кем было сделано, не сообщил. Но и за эту критику спасибо. По бурной позитивной реакции можно судить, что работа легка для понимания. Для стрит-арта это однозначно плюс, хотя для галерейного искусства было бы минусом.

 

 Гусь-буддист, мигранты
и обнажённые женщины

Мы — группа, поэтому большинство наших работ возникает в дискуссии. Обсуждаем всё, что попадает в поле зрения: собственные проблемы, политические события, историю и религию, социальные явления. В разговорах возникают образы, которые могут какое-то время лежать в запасе, прежде чем «выйти в город». Места для работ тоже выбираем по-разному: некоторые запоминаем заранее, некоторые ищем специально под готовую работу.

Контекст «холста» — той поверхности, на которой появится изображение или объект, — иногда имеет значение, иногда нет. На памятниках архитектуры, например, мы ничего не делаем. При выборе места руководствуемся эстетическими критериями: чтобы работа и место как-то интересно взаимодействовали, чтобы здание не мешало взаимодействию зрителя с работой (или, наоборот, мешало — в зависимости от идеи). Важен не столько исторический бэкграунд, сколько то, что происходит сейчас, — окружение и атмосфера.

Cтрит-арт-художники Gandhi о мемориальных досках для простых горожан. Изображение № 7.

Например, место, где был расположен трафарет с обнажённой женщиной «Меня скоро сотрут... а тебя?» — на Левашовском проспекте неподалёку от метро «Петроградская» — мы заметили давно. Оно одновременно открытое — большая просторная стена, и закрытое — два дома стоят углами друг к другу. Можно там встать и наблюдать за прохожими, никто тебя не заметит, но рисунок на стене будет заметен тем, кто идёт от метро по проспекту.

Гусь-буддист «Путин это иллюзия» был придуман в Омске и там же четыре раза разными цветами нанесён в разных местах в центре города. В этой работе важны скорее большой охват аудитории и заметность, потому что это был май 2012 года, хотелось всеми силами способствовать изменениям в обществе. Сейчас желание осталось, но пришло понимание, что это более сложный и длительный процесс. В Питере мы гуся на улицах уже не делали, но он принимал участие в выставке содержательного стрит-арта «Голос улиц» в Калининграде, Москве и Омске.

 

В нашей стране, к сожалению, нелегальные картинки на улицах прочно ассоциируются с вандализмом
и криминальными районами

 

В последний год нам уже стало не так важно, какая проходимость у выбранного места и заметна ли на нём работа издалека. В местах с большой проходимостью работы вообще долго не живут, их закрашивают. Часто выбираем по композиции, цвету и фактуре стены. 

Трафареты с изображениями мигрантов были сделаны после поездок по Средней Азии — мы часто ездили из Омска к друзьям в Казахстан. Затем путешествовали в Киргизию и Таджикистан как туристы. Тогда мы ещё не знали, как много людей едет оттуда на заработки в Россию, об этом рассказали местные жители в Душанбе. Жители стран Азии невероятно гостеприимны, готовы угостить последним куском хлеба, но всё время внимательно наблюдают за новыми людьми и предпочитают больше расспрашивать гостей, чем рассказывать о себе, особенно о своих проблемах. Чтобы узнать, как они живут, нужно завести дружбу, а не просто ходить по городу как туристы. Эти работы, трафареты — наше восхищение трудолюбием и терпением этих людей, особенно женщин. В Москве и Питере на них выливают тонны негатива и обвиняют во всех несчастьях, хотя в такое полулегальное положение их часто ставят наниматели, чиновники и сотрудники полиции. Нам всем нужно учиться толерантности и терпимости, чтобы разобраться в ситуации, ориентируясь не на цвет кожи и разрез глаз, а на поступки людей и их мотивацию.

 

Улица vs. музей

Городской музей стрит-арта пригласил нас участвовать в новой выставке Casus Pacis («Повод к миру»). Она заявлена в параллельной программе «Манифесты», в ней участвуют российские и украинские уличные художники. Выставка откроется 28 июня. Возможно, сделаем ещё одну серию табличек для Кронштадта, уже в формате выставки. 

Улица — гигантский антимузей, в котором исчезает всё, что ты в него помещаешь, и в этом её ценность. Она не позволяет расслабляться. В нашей стране, к сожалению, нелегальные картинки на улицах ассоциируются с вандализмом и криминальными районами. Мы сотрудничаем с музеями и участвуем в выставках для того, чтобы хотя бы пять человек освободить от этих ассоциаций и, может быть, взяли баллон с краской и нарисовали что-нибудь у себя во дворе. Приоритетом для нас остаётся улица, и мы надеемся, что от популяризации стрит-арта она только выиграет. А коммунальные службы — самые терпеливые зрители, спасибо им за это и привет. 

Cтрит-арт-художники Gandhi о мемориальных досках для простых горожан. Изображение № 10.

Где именно можно сейчас посмотреть наши работы в городе, сложно сказать, ведь мы не возвращаемся к ним специально. Недавно на прогулке по 14-й линии Васильевского острова (неподалёку от детской поликлиники) увидели нашего «российского подкидыша». Он был сделан больше года назад и до сих пор жив. Возможно, жив такой же «украинский подкидыш» во дворе на Гончарной, 19. Друзья передавали, что в Омске некоторые работы до сих пор не закрасили, они даже осыпаются и начинают знакомиться со старостью, хотя обычно работы живут от нескольких дней до нескольких месяцев. Как повезёт. Иногда хочется пофантазировать: вот бы у любого нового граффити во дворе местные жители устраивали голосование, закрасить его или оставить. 

   

 

фотографии: Gandhi