Дерк Сауэр перебрался в Россию в 1989 году и с тех пор запустил больше сорока изданий. Благодаря Сауэру, в стране, ещё недавно закрытой железным занавесом, появилась первая англоязычная газета The Moscow Times. Он же открыл первый глянец европейского характера для женщин Cosmopolitan и бизнес-газету «Ведомости». В 2006 году Дерк продал свою долю в основанном им издательском доме Independent Media финской медиагруппе Sanoma Oyj, но остался во главе бизнеса. В 2012 году по просьбе Михаила Прохорова Сауэр возглавил совет директоров медиахолдинга «РБК».

Редактор The Village сходил на конференцию Dutch Alumni Day, где Сауэр выступал для выпускников голладских вузов, и задал ему несколько вопросов.

 

Об интересе к России

Я наблюдал за реформами Горбачёва, падением Берлинской стены, политикой гласности и чувствовал, что хочу быть частью этого. Хотя ещё не представлял, чем смогу заняться в чужой стране. Я полюбил Россию с первого взгляда, когда прилетел сюда в 1989 году. До сих пор помню этот «советский» запах в Шереметьеве. Мне показалось, что именно здесь Запад и Восток объединяются. Люди выглядят как европейцы — они тоже белые, их лица похожи, но в то же время это не Европа, а Азия. Ощущение, будто находишься на перекрёстке двух культур. Когда я прилетел в Москву, у меня был всего один контакт в записной книжке — журналиста Артемия Троицкого. Я пришёл к нему и сказал: «Меня зовут Дерк, я из Голландии и хочу здесь что-нибудь делать. Давай создадим журнал вместе». Он загорелся идеей, и мы придумали первый глянец в CCCР — Moscow Magazine. Коммерчески он был совершенно провальным, но людям нравился.

 

О карьере в России

Я воспринимал жизнь в России как пазл, который нужно собрать по частям. Каждый день приходил новый вызов: что-то не работало, что-то не складывалось. Я приехал из Голландии, страны с хорошо организованной системой, где всё понятно и навевает скуку. Для людей, которые любят искать решения проблем, Россия — совсем другое дело.

В 1992-м я запустил The Moscow Times — газету для экспатов. Вложил все свои сбережения, но их не хватало. Передо мной встал выбор: вернуться к рутинной работе или продать красивый дом в Голландии и на эти деньги запустить газету. Решение далось мне сложно. Я продал дом, разработал бизнес-план, погрузился в финансовые показатели компании и стал настоящим предпринимателем.

Президент «РБК» Дерк Сауэр — о жизни и работе в России. Изображение № 1.

Вскоре мы запустили Cosmopolitan, который реально изменил наши жизни и стал библией современных русских женщин. В то время, в 1994 году, в стране было два больших журнала для женщин: «Крестьянка» и «Работница». В Cosmopolitan впервые стали открыто писать о сексе и карьере. Женщины присылали нам письма благодарности: «Спасибо, мы оставили своих мужей и зажили счастливо». Я горжусь тем, что удалось повлиять на их сознание. Недавно вышли результаты исследования, согласно которым женщин в России, занимающих посты в менеджменте, больше, чем во многих западных странах.

 

О продаже Independent Media
и приходе в «РБК»

Мне посчастливилось стать частью компании Independent Media, которая превратилась в крупнейший медиахолдинг России. Но семь лет назад я получил отличное предложение о его продаже. Кроме того, я понял, что процесс работы уже не вдохновляет меня, как раньше. Всё-таки после запуска сорока изданий невозможно сохранить те же чувства, что после первого. Это стало рутиной. Большинство людей в жизни выбирают безопасность и стабильность. Это проще, чем всё время бросать себе вызов. Но я хотел заняться чем-то новым, тем, что снова будет меня волновать.

В какой-то момент известный олигарх Прохоров пригласил меня присоединиться к «РБК». В стране тогда становилось всё хуже, свободу слова ущемляли, все телеканалы контролировались Кремлём и так далее. Прохоров сказал: «У меня есть „РБК“, и мне надо что-то с этим сделать. Можешь взять это на себя?» Я сначала возразил, что никогда в своей жизни не работал на олигарха и вообще не люблю олигархов, потому что они часто вмешиваются и используют медиа для личных целей. Я объяснил, что у меня есть свои ценности, от которых я не отойду. Прохоров ответил, что я могу делать всё, что посчитаю нужным.

 

Устойчивое мнение, с которым я борюсь, — это то, что в интернете
всё должно быть быстро. Скорость —
не самое важное. Мы должны быть
не первыми, а лучшими

 

Так я получил совершенно новый опыт. Independent Media я создавал с нуля, это всё-таки была голландская компания. Теперь я занялся русским бизнесом.

Первое, что я заметил, — там работали в основном мужчины. Второе ощущение — компания «РБК» потеряла видение. Никто не мог сказать, почему и зачем она существует. Ценности потерялись, когда деньги стали главным фокусом топ-менеджмента. Вернуть компании видение стало моей главной задачей.

Я понял, что придётся сменить менеджмент. Начал увольнять старых и приводить новых людей. Конечно, я стал приводить больше женщин. Мне правда кажется, что в компании должны быть не только мужчины. Я пригласил одного из лучших редакторов на рынке, Лизу Осетинскую. Тогда многие были фрустрированы тем, что произошло в «Коммерсанте», «РИА Новостях», «Афише-Рамблере», везде были проблемы. Люди почувствовали, что мы создаём новую Голландскую республику в «РБК», и стали к нам тянуться.

 

О журналистике в России

Все мы понимаем, какая сейчас обстановка в мире. В России повторяют клише об Америке, в Европе много клише о России. Мы живём в параллельных вселенных. Когда я приезжаю в Голландию, защищаю Россию, меня там называют путинистом. В России же считают, что я агент Запада, потому что стараюсь внедрить западные ценности. На самом деле я просто нахожусь в середине и пытаюсь держать разум открытым. Это то, о чём я говорю журналистам и людям, с которыми работаю. Важно быть независимым и не попадать в ловушку, где ты прорусский или проевропейский. Преподносить факты такими, какие они есть. Если русские солдаты на Украине, нужно сказать, что они на Украине. Дальше человек сам решит, плохо это или хорошо.

Президент «РБК» Дерк Сауэр — о жизни и работе в России. Изображение № 3.

Сейчас в России мы, пожалуй, единственное место, куда люди могут прийти и работать по таким принципам. Мы очень трепетно относимся к проверке фактов. Устойчивое мнение, с которым я борюсь, — это то, что в интернете всё должно быть быстро. Скорость — не самое важное. Мы должны быть не первыми, а лучшими. Работать так, чтобы люди знали, что на нас можно положиться.

Русская журналистика в целом оставляет желать лучшего. Мне нравилась Lenta.ru в прошлом составе, но, если посмотреть на факты, у них было очень много ошибок. Любая проверка фактов в большинстве российских изданий показывает, что они публикуют просто слухи. Это большая трагедия для журналистики.

 

О деньгах

Недавно я читал лекцию студентам журфака и спросил, кто из них хочет работать журналистом. Руку подняли только 20 %. А когда спросил, кто хочет стать госслужащим, поднял практически каждый. Они воспринимают это как хороший способ делать деньги. Но я думаю, что деньги не могут быть целью. Мне повезло хорошо заработать, но я никогда не стремился к богатству. Я хотел создавать интересные вещи. И жизнь показывает: если ты делаешь интересные вещи, то становишься успешным.

 

То, что я сделал в России, я бы никогда не сделал в Голландии. Там люди стоят на вершине горы, смотрят вниз
и каждый раз боятся оступиться

 

Вот пример. Я и моя жена занимаемся йогой уже около двадцати лет. Мы начинали, когда это ещё не было модным. Мы запустили журнал Yoga, чтобы поддерживать сообщество таких же увлечённых. Но мы не рассматривали его как бизнес. Сейчас людей, которые любят йогу, стало много, так что наш журнал стал успешным. Мы проводим конференции и мастер-классы, на которых теперь зарабатываем. Но изначально мы просто создавали журнал, потому что верили в то, что это полезно. Когда веришь во что-то, однажды становишься успешным и получаешь честные деньги.

 

Об ошибках

Конечно, мне не всё удавалось. Я много раз ошибался, это неизбежно. Только на ошибках можно научиться чему-то важному. Когда я приглашаю людей на работу, я так и говорю им: «Добро пожаловать в нашу компанию. Надеюсь, вы будете делать ошибки». Когда человек ошибается, это означает, что он готов взять за что-то ответственность и принять решение. Мне нравятся инициативные люди, которые не ждут, пока им скажут, что делать.

 

О семье

Работа занимает важное место в моей жизни, но семья всё-таки первое. Я стараюсь учить своих детей базовым ценностям: оставаться скромными, даже если ты большой босс, быть откровенными и честными. Я, например, не беспокоюсь, что кто-то вскроет мою почту, потому что мне нечего скрывать. Я говорю всем одни и те же вещи. Мои дети выросли в России и хотят оставаться здесь, хотя имеют все возможности уехать в Амстердам. Cтарший 27-летний сын развивает здесь бизнес. Говорит, ему Москва нравится больше.

 

О русских и голландцах

То, что я сделал в России, я бы никогда не сделал в Голландии. Там люди стоят на вершине горы, смотрят вниз и каждый раз боятся оступиться. Даже если шаг совсем маленький. Заголовок в газете кричит: «Экономика в кризисе», а потом читаешь текст — «рынок упал на 1 %». Вся страна в трауре. Люди боятся любых рисков и движения, поэтому, несмотря на высокий уровень жизни, голландцы часто несчастливы.

В России нефть упала на 30 %, а мы всё ещё живы. Здесь люди карабкаются в гору. Мы забираемся и падаем, забираемся и падаем, но всегда смотрим вверх, и это делает жизнь приятнее.

 Фотографии: РИА Новостиimedia.ru