За последнюю неделю в сети активно обсуждался репортаж «Радио Свобода», в котором жители деревни Пыхтино, относящейся к территории Новой Москвы, заявили, что хотят отделиться от столицы и вернуться в Московскую область. Пыхтинцы не могут добиться от городских властей установки водопровода и считают, что областное правительство с этим справится лучше. Корреспондент The Village посетил Пыхтино, чтобы узнать, чем область оказалась лучше столицы, как деревенские жители обходятся без водопровода и сколько стоит вырыть персональную скважину на участке.

Фотографии

Сергей Иванютин

Далекая Москва

Пыхтино перешло в состав Новой Москвы в 2012 году, став частью Троицкого административного округа. Деревня находится в девяти километрах от МКАД. Добираться до нее удобнее всего со станции метро «Саларьево», территория вокруг которого представляет собой абсолютно белый заснеженный пустырь: кроме выхода из метро, там нет ни одной постройки. От метро до Пыхтина довольно часто ходят комфортные автобусы, путь до деревни занимает примерно 20 минут.

Миновав череду шоссейных развилок и красивое пригородное кладбище, автобус подъезжает к массивному микрорайону «Солнцево-парк», который состоит из типовых аккуратных новостроек, совершенно неотличимых друг от друга. «Солнцево-парк» выглядит герметичным и замкнутым, вся необходимая инфраструктура для жизни есть внутри, но создается впечатление, будто сбежать отсюда невозможно: район окружают лишь широкие линии ровных дорог, где не предусмотрены места для пешеходов — поразительное ощущение изоляции от мегаполиса внутри лабиринта из светлых 16-этажек.

Тем неожиданнее в этом храме достижений и казусов постсоветской жилой архитектуры выглядит деревня Пыхтино. Расположенная буквально за стенкой от выхоленного микрорайона для молодых семей, с первого взгляда она напоминает скорее подчеркнуто благополучный дачный поселок со скромными, но симпатичными домиками из кирпича и черепичными крышами. Но на самом деле большинство жителей деревни — пенсионеры, и внутри бурлит протестная активность из-за того, что пыхтинцам несколько лет назад пообещали провести канализацию, но ограничились лишь обещаниями.

Сепаратизм

Из ворот деревни выезжает черный Land Cruiser Prado, а вслед за ним на почтенном расстоянии друг от друга выходят двое аккуратно одетых пенсионеров. Они охотно вызываются помочь найти местных активистов. Ехать в Пыхтино пришлось наудачу, потому что новомосковские сепаратисты не успели или не захотели обзавестись группой ни во «ВКонтакте», ни в Facebook. Но пожилая Наталья рекомендует обратиться к старосте деревни Людмиле и сразу разрушает все иллюзии по поводу грандиозных планов местных жителей. «Да никто не собирается отделяться от Москвы — глупости какие. Просто мы живем без воды с 2005 года, и это всю деревню достало», — объясняет женщина.

С Пыхтина открывается вид на заметенный снегом пустырь, в низине которого располагается новенькая детская площадка, а вдалеке виднеются небольшие храмы-новостройки. На проселочной дороге стоит типичный сельский обелиск памяти жертвам Второй мировой с венками, которые принесли совсем недавно. Рядом мерзнет супружеская пара образцово московского вида, Елена и Дмитрий. Они караулят журналистов телеканала «Мир», которые обещали приехать со съемочной группой, и, конечно, в курсе проблем с водообеспечением. «Ходят слухи, что скоро наша деревня пойдет под снос, а на ее месте построят большой торговый центр для жителей „Солнцево-парка“. Выживают!», — говорит Дмитрий и предлагает подождать старосту вместе.

К обелиску подходит молодой парень Илья. Он ответственен за контакты пыхтинцев с прессой. Илья говорит, что занимается почтовой рассылкой по СМИ, но, видимо, The Village не вошел в его список. «В Деревне нет канализации, нас лохотронят и лохотронят, каждый раз говоря, что через полгода все сделают. Здесь закопали уже 240 миллионов и планируют закопать еще 160. Сами подумайте, какая безумная ситуация складывается! В двух шагах от нас „Солнцево-парк“, где работают абсолютно все коммуникации, а мы как в каменном веке вынуждены таскать воду из колодца». Илья сходу подтверждает информацию о том, что отделение от Москвы — лишь разговоры и последний способ привлечь внимание к проблемам пыхтинцев. Никакой референдум или даже официальный сбор подписей местные проводить не собираются.

Между областью и столицей

Наконец из одного из домов выходит староста Людмила, у нее в руках пачка газет и документов, связанных с борьбой местных за канализацию. Ее немедленно окружают единомышленники, сетуя, что женщина не надела шапку, и предлагают принести то трость, то стул. Удивительно, но пыхтинцы не стремятся приглашать в свои дома, так что остается мерзнуть посреди проселочной дороги.

Людмила рассказывает, что в 2005 году Москва и Московская область заключили двустороннее соглашение, согласно которому в четырех деревнях Внуковского района (в том числе и Пыхтино) должны были провести канализацию. Через год начались работы, из-за которых пришлось вскрывать асфальт, и жители деревни долго ходили по колено в грязи. Однако после того как трубы проложили, процесс застопорился. «Сказали, что не могут дать воду без канализационно-насосной станции (КНС). Пришлось обращаться к областным властям, и, несмотря на сложности с финансированием, КНС наконец построили. В целом все технические недочеты устранили к 2014 году», — объясняет Людмила, параллельно показывая то одну, то другую официальную бумагу, чтобы подтвердить свои слова документально.

Но к этому времени возникли новые проблемы. Из-за того, что в 2012 году деревню Пыхтино включили в состав Новой Москвы, все окончательно запуталось. Мосводоканал отказался обслуживать Пыхтино из-за несоответствия техническим требованиям. «У нас есть акт по обследованию сети за 2015 год, и тогда обнаружили совсем незначительные недостатки — что-то не так с люками и лестницами», — говорит Людмила. Сейчас люди из Мосводоканала вновь обследуют пыхтинские колодцы, но, по мнению местных, лишь создают видимость бурной деятельности.

Новой проблемой для пыхтинцев стала неразбериха в инстанциях, ответственных за канализацию в деревне. «Это какой-то замкнутый круг. Обращаемся к Собянину, а он перенаправляет к Бирюкову (вице-мэру Москвы по вопросам ЖКХ), а тот отправляет в руководство ТиНАО, которое в свою очередь все скидывает на местную администрацию», — объясняет староста. Активисты полагают, что если бы Пыхтино принадлежало Московской области, то жители давно добились бы своего. Например, в близлежащей деревне Шельбутово успели благополучно оформить все документы до 2012 года и уже обзавелись центральным водопроводом.

Еще один активист Сергей (местные называют его своим Жириновским) уверен, что в Московской области попросту меньше коррупции. Дополнительные 160 миллионов из бюджета за подключение деревни к канализации кажутся ему попыткой отмыть деньги. К тому же на этапе разработки плана водопровода государство заключило контракт с «Трансстроем» на 6 миллионов рублей, но деньги были потрачены впустую. Компания разорилась, и жителям пришлось обращаться в прокуратуру. Сейчас чиновники ищут нового подрядчика.

Скважины за полмиллиона и ветераны с ведрами

В борьбе за водопровод пыхтинцы потратили не только нервы, но и вполне реальные деньги. Администрация взялась провести лишь центральную магистраль, а канализационные отводы к домам жители согласились сделать за свой счет. «Отводы обошлись нам минимум по 30 тысяч рублей, а некоторым пришлось и все 150 тысяч выложить: оборудование привозили сами, нанимали рабочих. Выходит так, что шланги для воды ко всем домам уже протянуты, а трубы как гнили в земле, так и гниют», — говорит Людмила. А в 2015 году Мосводоканал и вовсе признал канализационные отводы в Пыхтине незаконными. По мнению местных, это лишь очередная попытка найти оправдание своему бездействию.

Однако без воды в Пыхтине живут не все. Примерно за полмиллиона рублей можно вырыть 60-метровую скважину прямо у себя на участке. Но вот с колодцем уже будет сложнее, в деревне их всего два. Это настоящие места притяжения, куда пыхтинцы ежедневно стекаются с тележками и канистрами. «Особенно тяжело пенсионерам. В деревне живут пять ветеранов трудового фронта, и им приходится ходить за водой с саночками, словно в блокадном Ленинграде, — говорит Сергей, — а в туалет они ходят в ведро и потом выливают все на улицу, потому что зимой выходить на улицу слишком холодно».

Но и с колодезной водой все не так гладко. Илья, ответственный за связи с общественностью, рассказывает, что в ней обнаружили повышенное количество нитратов, а при кипячении всегда остается налет. Пыхтинцы обращались на этот счет и в Росприроднадзор, и в Роспотребнадзор, но так ничего и не добились.

За эти годы жители деревни вдоволь наобщались с чиновниками, но особенно их задел визит зампрефекта ТиНАО Ильи Исаева. «Значит, встретились мы, и тут он издевательски спрашивает: „Сколько вашей деревне лет?“ Мы ответили, что все 400. Тогда он спросил, почему 395 лет нас все устраивало, а потом перестало. Видимо, имел в виду, что если мы прожили 400 лет без воды, значит, еще столько же проживем», — возмущается Сергей.