Международная правозащитная группа «Агора» оценила отношения российских властей и интернета и написала об этом доклад «Свобода интернета — 2017: ползучая криминализация». Руководитель «Агоры» Павел Чиков и аналитик организации Дамир Гайнутдинов утверждают, что в прошлом году давление на журналистов и интернет-активистов продолжилось, а количество законодательных инициатив, предусматривающих ограничение свободы интернета, увеличилось до рекордного значения. The Village привел основные тезисы из доклада и поговорил с его авторами.

Рост блокировок

115 706 фактов ограничения свободы Рунета выявили в 2017 году

110 тысяч из них связаны с блокировкой сайтов

88 тысяч сайтов в 2017 году внесли в официальные черные списки Роскомнадзора

Из-за чего блокируют сайты

 Информация о способах дачи взятки.

 Сайты интернет-магазинов алкоголя и продуктов, попавших под эмбарго.

 Сайты, где продаются неодимовые магниты, поддельные документы, редкие и охраняемые животные, рыболовные снасти, лекарственные средства, товары с символикой чемпионата мира по футболу.

 Сайты с предложениями услуг наемных убийц.

 Сообщества зацеперов и руферов.

При этом власти считают блокировки неэффективными: две трети заблокированных сайтов продолжают работать, число несовершеннолетних потребителей наркотиков с 2012 года увеличилось на 60 %, количество детской порнографии в интернете выросло на 63 %, а число самоубийств — на 57 %. Поэтому российские власти начали делать ставку на преследование тех, кто пользуется и создает нелегальный контент.

Нападения на журналистов и блогеров

В 2017 году на журналистов, блогеров и сетевых активистов напали 67 раз, что на 18 больше, чем в 2016 году. Кроме того, авторы доклада «вынуждены констатировать, что нападения прошлых лет остаются безнаказанными».

Насилию подвергались блогеры и журналисты, освещавшие протестные акции. Например, в августе в Санкт-Петербурге напали на участников ЛГБТ-акции, пострадали журналисты «Настоящего времени», «Фонтанки» и «Медиазоны».

Авторы доклада отмечают, что в 29 случаях нападавшими оказывались сотрудники полиции или представители администрации. В 24 случаях нападавшие остались неизвестными.

В 2017 году продолжилась практика зеленочных нападений. Так, блогера Илью Варламова во время поездки в Ставрополь дважды облили зеленкой и йодом, а в Йошкар-Оле банку с зеленкой кинули в спину руководителя «Школы журналистских расследований» Галины Сидоровой.

В этом году произошло одно убийство журналиста. В апреле после жестокого избиения в Санкт-Петербурге скончался соучредитель издания «Новый Петербург» Николай Андрущенко; коллеги журналиста считают, что нападение на него связано с профессиональной деятельностью.

Уголовное преследование

Увеличение количества дел против пользователей интернета

За год с 298 до 411 выросло число случаев привлечения к уголовной ответственности или реальной угрозы привлечения за действия в Рунете, 43 человека (против 32 в 2016-м) приговорили к реальному лишению свободы.

В частности, резко выросло количество приговоров по делам о пропаганде и призывах к терроризму в интернете. Пять человек поместили в психиатрические стационары для применения принудительных мер медицинского характера, «что также является формой лишения свободы».

В докладе упоминаются дела против блогера Руслана Соколовского и координатора «Открытой России» Вадима Ананьина, который опубликовал на своей странице во «ВКонтакте» картинки с надписью «Крым — это Украина». «Риск привлечения к уголовной ответственности за онлайн-активность по-прежнему остается высоким», — отмечают авторы доклада. Речь идет об обысках, допросах и практике применения антиэкстремистских статей за «неправильные» посты.

Рост количества дел о терроризме и экстремизме

С 2013 года в 20 раз увеличилась доля и число подследственных ФСБ дел об оправдании терроризма и призывах к террористической деятельности, в два раза — дел о призывах к экстремистской деятельности, следствие по которым также ведет Федеральная служба безопасности.

Кампания против «групп смерти» — атака на обычных пользователей

Продолжившуюся в 2017 году кампанию против «групп смерти» в «Агоре» называют «первой массовой кампанией уголовно-правового характера, прямо направленной против интернета». Ее итогом стал приговор Филиппу Будейкину, которого посадили на три года и четыре месяца, и дополнение уголовного кодекса новыми составами преступлений.

Власти против анонимности

В течение 2017 года в реестр организаторов распространения информации включили 98 сервисов, в том числе Snapchat, Opera, Threema, MediaGet, Badoo и Telegram. Первое требование о предоставлении ключей шифрования ФСБ предъявила Telegram. За отказ компанию Павла Дурова оштрафовали на 800 тысяч рублей, после чего у российских властей появилась формальная возможность заблокировать доступ к сервису на территории России. «Однако до настоящего времени этого не произошло, очевидно, власти еще не приняли политического решения о блокировке», — говорится в докладе.

За отказ зарегистрироваться в реестре Роскомнадзор ограничил доступ к сервисам Blackberry Messenger, Imo, Line, Zello и WeChat, а из-за отказа локализовать данные пользователей в России заблокирована соцсеть LinkedIn. «Одновременно с ростом давления на сервисы увеличивается и запрос со стороны российских пользователей на безопасные коммуникации», — говорят авторы доклада.

В 2017 году Telegram в России скачали 12,5 миллиона раз, что больше, чем в любой другой стране мира. В минувшем году Россия опять обогнала США, заняв второе место в рейтинге стран с наибольшим числом пользователей Tor.

Дешифрование переписки и идентификация пользователей становятся ключевыми аспектами обеспечения национальной безопасности, поэтому возрастает роль ФСБ, «которая фактически становится главным контролером Рунета как в сфере технологии, так и в качестве основного репрессивного органа». Интернет начинает быть сферой компетенции правоохранительных органов, а все его пользователи — их потенциальными клиентами.

Ознакомиться с полной версией доклада можно здесь.


Насколько опасно пользоваться интернетом в России?

Дамир Гайнутдинов

аналитик правозащитной группы «Агора

За последние десять лет пользоваться интернетом в России стало гораздо опаснее. Речь идет о росте количества уголовных дел и ужесточении приговоров по ним. В качестве примера можно вспомнить дело об интернет-активности Бориса Стомахина, который получил в общей сложности 12 лет. Но еще большие опасения вызывает то, что в прошлом году наметилась тенденция перехода от блокировок и контент-фильтрации к охоте на конкретных пользователей. Представители властей неоднократно признавали, что блокировки неэффективны. Анонимайзеры, VPN и прочие крупные сервисы отказываются блокировать и удалять информацию по запросу российских властей. Поэтому им остается запугивать тех, кто распространяет контент. В 2017 году мы начали отмечать истории, когда представители правоохранительных органов допрашивали пользователей, которые подписаны на каналы в соцсетях, например подписчиков «Артподготовки» и каналов Мальцева. Задержанных активистов спрашивали о том, на что они подписаны, что читают, какие телеграм-каналы смотрят. Криминализируется уже не просто получение, а поиск контента. Это самые тревожные тенденции.

Как обстоит ситуация со свободой интернета в мире?

Интернет во всем мире становится менее свободным, даже в странах с развитой демократией. Еврокомиссия в конце прошлого года разрабатывала правила, которые обязывают интернет-сервисы удалять террористический контент в течение нескольких часов по запросу властей. Существует два ключевых основания для интернет-цензуры во всем мире: борьба с терроризмом, под которую легко подвести все что угодно, и защита копирайта. Этим оправдывают все.

Чем меры по ограничению свободы в интернете в России отличаются от тех, которые принимают в остальном мире?

Во всем остальном мире, если мы не говорим о явно тоталитарных режимах, основной механизм — блокировка пользователей, борьба с детской порнографией, например, или террористическим контентом. Наше ноу-хау — преследование тех, кто читает и распространяет контент. Ситуацию усугубляет то, что российские суды трудно назвать судами. Они штампуют приговоры, переписывают обвинительные заключения к приговорам, удовлетворяют 98 % ходатайств о прослушке телефонов, даже не вникая и не оценивая аргументов. Российские суды являются технической канцелярией ФСБ.

Что произойдет с рунетом в 2018 году?

На прошлой неделе в Госдуме предложили принять закон об ответственности за распространение незаконного контента в целом. Есть список из 20 категорий, раньше по ним сайты просто блокировались, за них не наказывали, кроме детского порно. Сейчас обсуждаются законы о наказании пользователей за такой контент. В течение 2018 года они явно напринимают законов о наказании. Атака на анонимность — второй важнейший тренд в русском интернете. С 1 января вступил в силу закон об анонимайзерах. Сейчас правительству предстоит создать подзаконные акты, которые будут регламентировать взаимоотношения с ними.

Как обезопасить себя от преследований в интернете?

Не пользоваться русскими сервисами. Они тотально небезопасны.



Обложка: Сергей Потеряев