С середины октября москвичи жалуются на запах гари, дыма и сероводорода в воздухе, а на прошлой неделе и вовсе появились данные о разливе ртути в Москве. При этом официальные оценки происходящего идут вразрез с экспертными. Например, появление запаха гари чиновники объясняют сжиганием порубочных остатков и борьбой с жуком-короедом, а экологи утверждают, что «судя по направлению ветра, сжигание порубочных остатков не может быть основной причиной задымлённости».

Аналогичным образом обстоят дела и с расследованием обстоятельств появления запаха сероводорода. Власти кивают на Московский нефтеперерабатывающий завод в Капотне, в то время как в «Газпромнефти», которой принадлежит предприятие, по-прежнему отрицают, что НПЗ причастно к порче городского воздуха.

Чтобы хоть немного прояснить ситуацию, корреспондент The Village Виталий Михайлюк опросил городских активистов и экспертов о том, какие предприятия города больше всего отравляют им жизнь.

Мусоросжигательный завод № 4

Косино-Ухтомский район, ВАО

Этот завод на востоке Москвы, сжигающий до 250 тысяч тонн в год, начали строить ещё в 1996 году, а запустили в 2004-м. Сейчас, как рассказал The Village Алексей Тиханович, активист движения «Зеленое Кожухово», жители близлежащих районов жалуются на тошнотворный запах гари, приносимый с завода. Концентрация выбрасываемых в атмосферу веществ, по его словам, так высока, что если, уходя из квартиры, люди оставляют окна открытыми, то потом одежда в шкафах плохо пахнет. По словам жильцов, пик выбросов приходится на ночь, когда большая часть людей уже спит. Они утверждают, что видят, как из труб валит дым, чего по нормам не должно быть. 

Совсем рядом с основным МСЗ находился завод «Эколог», где утилизировали отходы биологического происхождения, в том числе инфицированные материалы и ткани. Согласно данным станции «Мосэкомониторинга», в соседнем Кожухове основные превышения загрязнения воздуха — по формальдегидам и диоксиду азота. «В прошлом году к нам в руки попал доклад департамента природопользования за 2012 год. Там было написано, что у нас в районе в течение 183 дней в году зафиксированы превышения среднесуточных концентраций» — утверждает Алексей Тиханович.

Как страшно жить: пять предприятий, которые отравляют жизнь москвичам. Изображение № 1.

Начиная с 2006 года кожуховцы начали выступать за чистоту воздуха в своём районе. Когда письма в различные инстанции, начиная от управы и префектуры и заканчивая Администрацией Президента и природоохранными организациями, не принесли нужного результата, неравнодушные жители провели серию митингов. Их активность стала одной из причин, по которой осенью «Эколог» был закрыт. «Однако никаких документов нам не предоставили. Я не могу утверждать, но, скорее всего, его перевели на территорию МСЗ № 4. Тем более это всегда было одно предприятие, расположенное в разных зданиях», — полагает Сергей Жуков, координатор проекта «Экополис».

По словам Жукова, москвичи, живущие рядом с МСЗ, жалуются на дискомфорт, сухость в дыхательных путях. Однако выбросы, производимые подобными предприятиями, порой имеют и более серьёзный эффект. «На основании зарубежных исследований можно говорить, что вещества, выделяемые мусоросжигательными заводами, вызывают, в частности, онкологические заболевания», — говорит Иван Блоков, директор по программам Greenpeace в России.

С другой стороны, заведующий лабораторией прогнозирования качества окружающей среды и здоровья населения Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Борис Ревич считает, что мусоросжигательные заводы Москвы не являются угрозой: «У меня есть данные исследований, которым я не склонен не доверять. Я считаю, что московские МСЗ не влияют на здоровье жителей. По тем концентрациям, которые там есть, ситуация достаточно благополучная, если рассматривать её с позиции рисков».

 

Полигон твёрдых бытовых отходов «Кучино»

Городской округ Балашиха, Московская область

Это предприятие находится за чертой Москвы, однако, расположенное у самой границы ВАО, оно давно стало объектом ненависти жителей Кожухова, Новокосина и Некрасовки. Эта свалка была образована ещё в 1970-х годах и, по словам местных жителей, строилась тогда без каких-либо современных нормативов. Координатор «Экополиса» Сергей Жуков в интервью The Village утверждает, что из-за отсутствия гидроизоляции загрязняются грунтовые воды, а следовательно, и реки в округе. Опасность полигона ТБО заключается в том, что на нём происходят возгорания из-за химических процессов, идущих в самом теле свалки. Местные активисты делали замеры по уровню радиации, однако ничего не нашли.

«Какие-то исследования провести там очень трудно. Мы что-то пытались сделать, но на нас напали охранники. Мы общались с людьми, которые живут в непосредственной близости. Они сказали, что рядом с полигоном одно время стояла по периметру вооружённая охрана. Бизнес это прибыльный, так что закрыть её, я думаю, практически невозможно», — рассказывает активист из Новокосина.

Заведующий лабораторией прогнозирования качества окружающей среды и здоровья населения Борис Ревич называет полигоны «абсолютно старой технологией». «Безусловно, как можно больше отходов должно или сжигаться, или перерабатываться, но городить вот эти „Монбланы“ вокруг Москвы — это вещь никуда не годная, самый лучший способ — это переработка, но для этого надо налаживать логистику для разных видов отходов, что в Москве вообще не делается», — сказал учёный в интервью The Village.

 

Курьяновские очистные сооружения

Район Печатники, ЮВАО

Опрошенные жители юго-востока столицы ещё одной своей бедой называют поля аэрации в микрорайоне Курьяново, на которых очищают городские сточные воды. Сейчас они являются одним из крупнейших подобных предприятий в Европе и обслуживают 60 % территории Москвы. Строить их здесь начали ещё в 1939 году, а запустили уже в 1950-м. Тогда это была окраина Москвы, а плотно населённые сейчас районы Печатники и Марьино были лишь посёлками по соседству. С тех пор Курьяновские очистные сооружения являются бедой этих районов, усугубляя и так неблагоприятную обстановку ЮВАО.

Как страшно жить: пять предприятий, которые отравляют жизнь москвичам. Изображение № 2.

Инициативная группа экологов округа на протяжении шести лет добивалась установки АСКЗА в Печатниках — автоматической станции контроля загрязнения атмосферы. В конце концов станцию поставили, но в том месте, куда выбросы не всегда доходят. «Сначала она у них постоянно ломалась и давала неправильные данные, которые объясняли тем, что АСКЗА перегрелась. В этом году мы фиксировали превышения в 30 ПДК (предельная допустимая концентрация) по сероводороду. Я уже молчу, что выбросы в 10 ПДК случаются практически каждый день», — рассказал The Village депутат от района Печатники Максим Мотин. По его словам, всё это приводит к тому, что жители соседних районов чаще других болеют астматическими и раковыми заболеваниями.

Запах сероводорода, который чувствовался в большинстве районов Москвы 10 ноября, — привычное дело для Печатников в летнее время. Как считает директор по программам Greenpeace, тот выброс, о котором все говорят, теоретически мог произойти и в Курьянове.

Местные жители неоднократно жаловались в различные инстанции. Первое время власти не признавали, что от полей аэрации вообще есть какой-то вред. Сейчас же жителей успокаивают, что к 2018 году один из блоков очистных сооружений реконструируют, накрыв специальными перекрытиями.

 

Московский нефтеперерабатывающий завод

Район Капотня, ЮВАО

Нефтеперерабатывающий завод в Капотне одним из первых попал под подозрение, когда сероводородом запахло по всей Москве. Однако местные жители, который создали специальную группу в Facebook "МНПЗ", чтобы делиться новостями о заводе, утверждают, что с подобным сталкиваются гораздо чаще.

«Группа независимых экологов мониторит станции замеров загрязнения атмосферы. Как только начинаются превышения, там либо отключается электричество, либо интернет. Мы фиксировали 22−24 ПДК по сероводороду. Обычно это происходит в выходные и глубокой ночью. Так как в основном у нас дуют северо-западные ветра, страдаем только мы.

Как страшно жить: пять предприятий, которые отравляют жизнь москвичам. Изображение № 3.

Когда же подул юго-восточный ветер, вся Москва поняла, что происходит», — объясняет Алексей Мазур, житель соседнего Люблина, который в 2011 году с несколькими сторонниками провёл пикет у здания завода.

Сейчас, по официальным данным, на МНПЗ проходит модернизация, которая должна завершиться к 2020 году и снизить количество вредных веществ, попадающих в атмосферу. Алексей Мазур относится к этому скептически: «Окна моей квартиры выходят на МНПЗ, и всё, что происходит на заводе, мне видно из окна. Особенно забавно слышать, когда рассказывают, что происходит реконструкция. Если бы она происходила, я бы видел её из окна, но ничего вообще не происходит».

 

Мусоросжигательный завод № 2

Район Отрадное, СВАО

 

МСЗ № 2 в Отрадном обладает меньшей мощностью, чем два других мусоросжигательных московских завода, однако вызывает не меньшее недовольство горожан, проживающих поблизости. Опрошенные местные жители утверждают, что вопреки нормам СанПиН, устанавливающим санитарно-защитную норму радиусом в один километр, ближайшие дома находятся в 180 метрах от завода, а в эту самую минимальную зону попадают 24 учреждения для детей.

По словам участников сообщества «ВКонтакте» "Закроем мусоросжигательный завод в СВАО/Отрадное", они задыхаются от ночного запаха гари и смога, наполняющего их квартиры по ночью и портящего им здоровье. Живущие рядом москвичи обращались в прокуратуру, Роспотребнадзор, департамент здравоохранения, префектуру и управу, но получили ответ, что завод пользуется высокоэкологичным немецким оборудованием.

Как страшно жить: пять предприятий, которые отравляют жизнь москвичам. Изображение № 4.

«Мы проводим открытые сборы подписей за закрытие МСЗ, но только около 30 % жителей близлежащих кварталов знают о нём, — рассказывает The Village местный житель Дмитрий, проживающий в Отрадном и просивший не называть его фамилии. — Многие связывают запах гари по ночам с торфяными пожарами. Даже в морозные январские ночи, как ни странно».

В конце лета 2013 года Отрадное задыхалось от гари, Дмитрий обратился в «Мосэкомониторинг», и по его просьбе назначили проверки на ночь 28 августа. «До 25 августа завод вовсю дымил, а за два дня до начала проверки просто встал: оказывается, закон обязывает контролирующую структуру оповещать завод за несколько дней. Мы стали снова дышать свежим воздухом. Естественно, результаты этой проверки показали, что всё в порядке. Если проверка вообще была», — говорит он.

 

Фотографии: 2 — Сергей Михеев/«Коммерсантъ», 3 — Роман Галкин/«РИА Новости», 4 — TASS

 Текст: Виталий Михайлюк