11 июня Госудаственная дума поддержала во втором чтении законопроект о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди детей. Он предусматривает штраф до 1 миллиона рублей для юридических лиц, а для физических — до 100 тысяч рублей. Против принятия закона выступили международная организация Human Rights Watch, уполномоченный по правам человека Владимир Лукин и активисты ЛГБТ-движения, которые устроили перед зданием Госдумы не согласованную акцию протеста.  The Village пообщался с задержанной активисткой Еленой Костюченко и выяснил у неё, что делали геи у Госдумы и чем их не устраивает принятый закон.

 

  

Комментарий: Елена Костюченко об антигейском законе. Изображение № 1.

Елена Костюченко

Активистка ЛГБТ-движения
и специальный корреспондент «Новой газеты»

Сегодня мы вышли к Госдуме, нас было больше 30 человек. Некоторые пришли с цветами, мы целовались, обнимались, объясняли, почему мы не хотим, чтобы этот закон приняли. Ещё мы принесли фотографии людей, которые тоже против этого закона — их 1 197. А также коробочку с записками гомосексуальных подростков проекта «Дети-404», где они объясняют, почему они против этого закона. Ещё мы принесли к Госдуме шубу депутата Мизулиной, которую она мне дарила, когда мне было 15 лет. Мы тогда не знали друг о друге, что я лесбиянка, а она гомофоб. Мы доработали эту шубу, добавив к ней радужную подкладку.

За несколько дней до этого власти начали набирать гомофобов через группы в социальных сетях. Например, в одной из групп «ВКонтакте», где люди ищут подработку, предлагалось за 300−500 рублей выйти против гомосексуалистов. Набранные гомофобы пытались кидаться в нас яйцами и крапивой, но попадали больше в стражей порядка. Полиция в этот раз вела себя более цивилизованно, чем раньше. Сначала они пытались нас огородить и никому не мешали, однако потом им поступило распоряжение, и нас почти всех, 25 человек, задержали. Мы сейчас находимся в ОВД «Басманный». Говорят, есть ещё второй автозак, но мы не знаем, где он.

Сегодня у Госдумы было очень много людей. И это были спокойные, уверенные в себе люди, которые вышли защитить себя и своих близких — это прекрасно.

 

  

Этот закон запрещает
психологам и учителям
защищать гомосексуальных подростков от травли

  

 

Закон плох с самого начала. Он антинаучен. Он утверждает, что быть геем или лесбиянкой — это ненормально. Он разделяет людей на две группы — первого сорта и второго сорта. Он запрещает распространять представления о равноценности традиционных и нетрадиционных отношений. Этот закон запрещает нам открыто говорить о себе, общаться с журналистами, он запрещает психологам и учителям защищать гомосексуальных подростков от травли и убеждать их, что с ними всё в порядке. Любая информация о том, что гомосексуальность — это нормально, любое освещение информации в ЛГБТ-ключе становятся запрещёнными.

Во втором чтении из закона полностью ушло слово «гомосексуализм», потому что его нет в законодательстве вообще. Его заменил эвфемизм «нетрадиционные отношения». Значительно увеличили штрафы: частное лицо, обсуждающее гомосексуализм в положительном ключе в интернете, может быть оштрафован на 100 тысяч рублей, штрафы для СМИ увеличены до 1 миллиона или до закрытия СМИ на три месяца. И одна статья перешла из административного кодекса в два закона: в закон о защите детей от вредоносной информации и в закон о гарантиях основных прав ребёнка. То есть изменения уже вносят в три закона, а не только в административный кодекс.

Я хочу ещё раз подчеркнуть: этот закон антинаучен и жесток. Антинаучен, потому что мировая наука не считает гомосексуальность болезнью, отклонением или каким-то злом, и сам принцип деления людей на ценных и неценных я искренне не понимаю. Все эти деления всегда плохо заканчивались для человечества. Все люди одинаково ценны, и не Мизулиной решать, кто ценный, а кто нет.

Пока мы сидим в ОВД, у нас есть вода и еда. Сотрудники сказали, что нас будут оформлять по 20.2 (статья 20.2 Кодекса об административных правонарушениях — «Нарушение установленного порядка проведения собрания». — Прим. ред.), хотя никакой акции не было сегодня: люди просто вышли к Госдуме и целовались. Один из сотрудников, такой поджаренький, сказал мне, что надо целоваться дома, потому что это болезнь и извращение. Но это его личное мнение — я его целовать точно не буду.  

  

 

Фотография: Денис Бочкарев