В моей стране ввели административную ответственность за безработицу, назвав всех, кто обязан платить государству за временное или хроническое безделье, словом «тунеядец».

Этот термин остался нам от СССР, как и сталинская архитектура Минска, монумент на Площади Победы, упаковка конфет фабрики «Коммунарка» и другие вещи, за которые Беларусь так любят туристы. Многие молодые минчане, противящиеся жизни в заповеднике социализма и собирающиеся в партизанских проевропейских избушках вроде «Галереи Ў», скоро попадут под удар. В ближайшее время им из налоговой придёт извещение с примерным текстом: «Поздравляем! Вы тунеядец. У вас есть тридцать дней, чтобы доказать обратное».

Александр Лукашенко оценил количество тунеядцев в стране в полмиллиона человек, а это население всего города Бреста и Брестской области. Больше всего налог на тунеядство ударит по живущим с урожая дачникам, студентам-заочникам и домохозяйкам с детьми старше семи лет. Быть тунеядцем стоит 250 долларов в год в пересчёте на белорусские рубли (средняя месячная зарплата – 400 долларов. – Прим. ред.). Наказанием для нонконформистов, не имеющих денег на уплату налога, будут общественно-полезные работы. Если такая перспектива тебя не устраивает, можно доказать, что ты не тунеядец, а инвалид, ремесленник или колхозник. Рассмотрим эти перспективы подробнее.

 Не тунеядец, а ремесленник

Если ты, например, делаешь браслеты из кожи и продаёшь их через Facebook, выбор очевиден: можно зарегистрироваться в налоговой как ремесленник и платить государству подоходный налог. Фрилансер, заработавший в год больше 840 долларов и заплативший с них налоги, не считается тунеядцем.

Однако есть тонкая грань между понятиями «ремесленник» и «художник». Проблема в том, что Беларусь за двадцать лет стабильности могла родить собственного Бродского, который вряд ли пойдёт в налоговую и будет ненавидеть родину до конца дней за унижение зваться тунеядцем. Если будущий гений числится в белорусском Союзе писателей, он, конечно, освобождён от оброка. Но андеграундные поэты, художники и писатели на дух не переносят официальные творческие организации.

 Не тунеядец, а колхозник

Для нонконформистов государство оставило ещё одну лазейку: уйти в монастырь или уехать в деревню. Правда, в последнем случае всё же предполагается небольшое унижение личности: нужно взять в сельсовете справку о том, что работаешь на земле.

Зимой белорусский сайт «Навины» выпустил показательный материал о том, что быть тунеядцем почти в три раза дешевле, чем официально работать и ежемесячно платить налоги. Философия «тунеядец — это звучит гордо» отлично характеризует белоруса, который любую ерунду от правительства переворачивает в свою пользу, чтобы не терять ни капли самоуважения.

Белорусское государство неизбежно, как природное явление. В Японии есть цунами, а в Беларуси — самодуры-чиновники. Накрыть волной может каждого, а потому легче строить свою жизнь так, чтобы рассчитывать только на себя. Очевидно, власти обидно, что рядовой белорус живет по принципу «моя хата с краю», не посещает праздник урожая «Дожинки», не отдыхает в санатории и получает зарплату в конверте.

Пожалуй, одно из самых необычных мнений я прочла в Facebook: региональный бизнес рассчитывал на введение налога, потому что он позволил бы хоть кого-нибудь нанять на работу. В приграничных регионах официальная работа никому не нужна — даже за зарплату выше средней. Например, в Гродненской области среди безработных в трудоспособном возрасте практически нет бедных, потому что они возят в Польшу спирт и сигареты. Для таких людей налог на тунеядцев — даже не цунами, а так, ноги промочить.

 Не тунеядец, а инвалид

Согласно новому закону о тунеядцах, люди, которые отказались от работы, чтобы заняться собственным здоровьем — или здоровьем своих родственников, — тоже считаются тунеядцами. Для них есть один выход — получить официальную справку об инвалидности.

Власти Беларуси любят говорить о бесплатной медицине и образовании: считается, что трудоспособные люди, которые нигде не работают, живут за счёт государства. Действительно, если ты попал в реанимацию, тебе вырежут несовместимые с жизнью органы бесплатно, но дальше начнётся жизнь, разбираться с которой придётся самостоятельно. И на пособие от государства ты не выживешь: минимальная сумма составляет примерно 11 долларов.

«Комсомольская правда» в Беларуси рассказала историю банковского работника, которая, получив диагноз «рассеянный склероз», бросила работу, чтобы не доводить себя до инвалидности. По её словам, самое обидное в законе — это унижение, которое чувствует человек, которого государство называет тунеядцем. И тут можно вспомнить о том, что в советские времена был ещё более унизительный налог на бездетность, который платили холостяки и замужние дамы до момента беременности. Те, кто не мог родить детей, платили его всю жизнь. Но СССР похоронили в Беловежской Пуще в 1991 году — а теперь нужно снова доказывать, что ты не осёл.

***

Унижает ли меня лично налог на тунеядство? Меня унижает социальная реклама на минских улицах. Мне стыдно за выражение лица продавца кофе и бутербродов на вокзале. Отголосков СССР вокруг так много, что ты не знаешь, с чем бороться: взгляд разбегается. А на налог мне плевать. Но лучше бы, правда, побор назвали проще: налог на свободу. Его и платить было бы приятней.