Вчера детский омбудсмен Анна Кузнецова выступила за полный запрет абортов в России, сославшись на опыт «всего цивилизованного мира». По ее мнению, властям стоит делать упор на защиту традиционных ценностей и «поддержку материнства и семей с детьми». Ранее патриарх Кирилл подписал обращение Общероссийского общественного движения «За жизнь» и движения «Православные добровольцы» в поддержку запрета прерывания беременности на всей территории России. Патриарх предложил вывести аборты из системы ОМС, то есть в его версии запрета россиянки все еще смогут сделать процедуру на платной основе. The Village выяснил, кто может пострадать в случае принятия подобного закона.

Кто и зачем  хочет запретить аборты в России?

Дискуссия о запрете абортов идет в России уже достаточно долгое время. Позиция РПЦ на этот счет не меняется, что неудивительно, но особую популярность эти разговоры приобрели в 2015 году, после того как абортами занялась сенатор и бывший депутат Госдумы Елена Мизулина. Она не только предложила вывести искусственное прерывание беременности из ОМС, но и запретить аборты в частных клиниках, введя крупные штрафы за проведение такой операции. Мизулина называла аборты «угрозой национальной безопасности России», негативно сказывающейся на демографии и женском здоровье. Госдума отклонила этот законопроект, а глава Совета Федерации Валентина Матвиенко назвала инициативу «экстремистской».

Однако борьба с абортами приобрела новый виток осенью 2016 года, когда на место детского омбудсмена Павла Астахова пришла Анна Кузнецова, известная защитница традиционных ценностей, верящая в телегонию. Она заявила о том, что в 2015 году врачам удалось отговорить от аборта 67 тысяч женщин и эта цифра должна расти.

Противники абортов, как правило, ссылаются на так называемые традиционные ценности и низкие демографические показатели, а также заявляют, что российские женщины недостаточно информированы о помощи, которую могут получить от государства на содержание ребенка, и поэтому принимают решение прервать беременность. Инициаторы подобных запретов часто ссылаются на опыт зарубежных стран, где аборты запрещены уже долгое время, — в частности, приводя в пример Польшу или некоторые американские штаты.

В каких странах аборты запрещены?

Вопреки распространенному мнению, аборты запрещены не только в некоторых восточных и африканских странах, но и в Европе и некоторых регионах США. Например, в Польше аборт является уголовным преступлением и разрешен только в случае, если беременность несет прямую угрозу жизни женщины. В Северной Ирландии лишь недавно разрешили проводить аборты жертвам насилия и инцеста, а также женщинам, у чьего плода наблюдаются серьезные отклонения в развитии. Раньше врач, проводивший аборт в Северной Ирландии вопреки закону, получал пожизненное заключение. В американском штате Техас на данный момент действует самый суровый по правилам прерывания беременности закон на территории страны. Аборт считается легальным, однако право проводить его имеют лишь семь клиник во всем штате. Именно поэтому жительницы Техаса зачастую отправляются в Мексику, чтобы прервать беременность. Такая практика называется «абортивным туризмом».

Какова статистика по абортам в России сейчас?

Вице-премьер Ольга Голодец недавно заявила, что за последний год количество абортов в России снизилось на 100 тысяч, а соотношение родов и искусственного прерывания беременности в России составляет 1,9 миллиона к 700 тысячам по состоянию на 2015 год. Помимо этого, согласно опросу «Левада-центра», 66 % россиян считают, что аборт является личным делом женщины, и только 20 % полагают, что государство должно вмешиваться в этот вопрос. 

Юлия Кубицкая

акушер-гинеколог Центра акушерства, гинекологии и перинатологии им. Кулакова


К чему приводит запрет абортов?

Последствия вывода абортов из программы ОМС всем известны — рост криминального и подпольного прерывания беременности. Всегда найдутся недобросовестные доктора, которые за деньги сделают аборт в самых жутких условиях. Криминализация легального прерывания беременности совершенно неприемлема.

Что касается запрета экстренной контрацепции вроде «Постинора», перед приемом таких таблеток женщине стоит в срочном порядке обратиться к врачу.
У этих средств есть определенные противопоказания, о которых женщина может просто не знать. А на консультации вместе с врачом можно выбрать наиболее безболезненный метод. Это очень серьезная фармацевтическая группа, из-за таких таблеток могут возникнуть проблемы со свертываемостью крови, к примеру. 

Как можно сократить количество абортов?

Начинать бороться с абортами нужно с источника проблемы, проводя просветительские беседы в школах, рассказывая о контрацепции. Как раз на этапе подросткового возраста.

В целом я против абортов, но их запрет не решит демографические проблемы. У меня нет конкретных статистических данных, но из своего опыта могу точно сказать, что в России абортов становится все меньше и меньше в связи с растущей образованностью женщин, а также повышением качества оральных контрацептивов, которые с каждым годом имеют все меньше побочных эффектов. К тому же у российских женщин сейчас есть большое стремление рожать детей осознанно.

Я не думаю, что врач должен отговаривать женщину делать аборт. Однако было бы хорошо, если бы она могла обратиться к психологу перед этой процедурой: обсудить, почему это произошло и что стоит делать дальше. Такой откровенный разговор может помочь женщине принять правильное решение, и появится небольшой шанс, что она сохранит эту беременность. Но отговаривать от аборта не стоит в любом случае, это же личный выбор.

В некоторых странах практикуют неделю тишины, когда женщина записывается на аборт и ждет какое-то время перед его проведением. На мой взгляд, это лишние нервы, потому что женщина, которая пришла на аборт, уже все для себя решила. Максимум, что доктор может сделать, — рассказать о возможных последствиях аборта для репродуктивной функции. В идеале хорошо бы приводить молоденьких девочек в стационар, где женщины бальзаковского возраста уже готовы все отдать, лишь бы забеременеть. Но вот женщины постарше, которые приходят на аборт, уже прекрасно знают, что делают.