Вечером в пятницу, 8 сентября, возле посольства Мьянмы на Большой Никитской улице планировалось организовать акцию в поддержку притесняемого в этой стране народа рохинджа, но ее не согласовали столичные власти. Они сослались на отсутствие подходящей площадки для сбора 200 человек.

После этого подававший заявку Арслан Хасавов решил провести одиночный пикет и возложить цветы к посольству, но правоохранительные органы полностью перекрыли улицу.

Своими впечатлениями от происходящего активист поделился с The Village.


Арслан Хасавов

заявитель пикета в защиту мусульман у посольства Мьянмы в Москве

Попытка отобрать право на жизнь у целого народа — это событие, отбрасывающее нас на 50, а то и более лет назад. На мой взгляд, задача помочь народу рохинджа должна отзываться в сердцах не только мусульман, но и всего цивилизованного человечества, вне зависимости от религии или национальности.

Я намеренно не участвовал в несанкционированных акциях протеста и, уважая право людей на выражение своего мнения, считаю, что стоит придерживаться установленной законом процедуры. Другое дело, что мой опыт с попыткой организации легального митинга показал, что столичные власти и правоохранительные органы приветствуют несанкционированные митинги с перекрытием улиц, но не готовы к конструктивному диалогу в рамках действующего законодательства. Выходит, что, проявив малодушие на стихийном митинге 3 сентября, они проявили еще большую трусость на всех этапах подготовки легальной акции.

Вечером в пятницу уже на подступах к посольству Мьянмы я увидел скопление значительного числа — счет шел на тысячи — сотрудников ОМОН, Росгвардии, полиции и других компетентных органов. Они выстраивались в шеренги, разминались у многочисленных автобусов-автозаков, подходили, похоже, за полевой кухней — палаточный штаб был разбит в одном из переулков. Честно признаюсь, сложно было поверить, что столько военной силы стянули в центр города из-за планов провести одиночный пикет.

Сама Большая Никитская была перекрыта — по тротуару вдоль посольства Мьянмы не пропускали даже жителей близлежащих домов, чей покой и комфорт, к слову, хотели сохранить, отказав в согласовании более массовой акции. Меня не пустили ко входу в посольство, мотивировав свое решение тем, что это «не Могила Неизвестного Солдата, к которой стоит возлагать цветы». Сотрудники, стоявшие у ограждения, вызывали тех, кто мог принимать какие-то решения, но те, обещая, что сейчас подойдут, всякий раз предпочитали трусливо избегать диалога.

Кроме того, сотрудники полиции в присутствии журналистов и других свидетелей заявили, что любая попытка выразить свой протест, включая и одиночный пикет за ограждением, приведет к немедленному задержанию. Соответствующий приказ, судя по всему, был дан всем присутствовавшим заблаговременно.

В сложившихся обстоятельствах я решил возложить цветы к ограждению, дальше которого меня, как и других горожан, не пропустили.



Думаю, что необходимости подавать заявки на проведение новых акций сейчас нет. Гуманитарная помощь угнетаемому народу рохинджа стала поступать, международное давление на власти страны усилилось. Уверен, что и посол Мьянмы в России, к которому я ранее обратился напрямую, также передал своему вышестоящему руководству позицию российских граждан по этому вопросу.

Забавно, но свою обеспокоенность ситуацией в Мьянме выразил и президент России — выходит, что сотрудники правопорядка сегодня действовали в пику верховному главнокомандующему.

Мой опыт показал, что не стоит садиться за стол с шулерами: там, где следует проявить характер, они спрячут голову в песок, а там, где нужно пойти на уступки или хотя бы переговоры, попытаются представить себя героями.