Как работают подпольные покерные клубы в Москве — рассказ игрока в покер.

      



В первой части статьи «Запретные игры» управляющий подпольных заведений рассказал The Village о том, как работают залы игровых автоматов.

Первого июля прошлого года в Москве, впрочем как и по стране, закрылись все казино и залы игровых автоматов. Больше не манит звоном монет «Золотой арбуз», не развлекают публику в «А-клубе» Дмитрий Дибров и Ксения Собчак, не подмигивают проезжающему мимо кортежу премьер-министра неоновые огни казино «Метелица». То же самое произошло спустя месяц и с покерными клубами, которые были закрыты дополнительным постановлением. Хоть покер и выглядит самым интеллектуальным и одухотворённым вариантом: игроки считают его видом спорта, а не азартной игрой – теперь он вне закона. О том, как овладеть всеми спортивными приёмами, и насколько рискованно открывать собственный подпольный покерный клуб, рассказывает Валет Червей, профессиональный игрок в покер.

Валет Червей: До принятия закона я уже играл где-то года два. Я еду в клуб в 10 часов вечера, возвращаюсь в три часа ночи и сажусь играть дальше часов до восьми утра в интернете с американцами. Очень много людей в Москве так работает. Я знаю человека, который зарабатывает на игре в покер по 5000 $ в месяц, без особых напрягов. Он вообще не играет в интернете, только вживую, хорошо читает людей, знает хорошие места и у него есть договорённости с менеджерами. То есть, когда приходят «сладкие» чувачки, ему звонят, и он приезжает. Мне тоже иногда позванивают, я с удовольствием еду, даже если нет денег. Занимаю, заказываю такси и еду. Даже не знаю, что может быть круче пьяного «сладкого» мужика с тёлкой, потому что они отдают все свои деньги, берут в долг и едут домой на метро.

Сейчас мне в день приходит рассылка от 5–7 клубов. Первый раз меня позвали с собой друзья. Структура игры по сравнению с покером в интернете, конечно, вообще другая. Я боялся сначала этих мужиков: знаешь, сидит такой дядя, часы у него, он там весь, короче, на машине, с телочкой, хуярит вискарь, серьёзный типа. Ну, а потом через некоторое время понимаешь, что уровень у него, как у американской домохозяйки в интернете. Деньги на этих людях зарабатывать абсолютно реально.

В Москве идут и турниры, и игра на кэш. Турнирные игроки всегда слабее, их цель — достичь результата на короткой дистанции. Кэшевые игроки никогда не расценивают короткую дистанцию, как какой-то показатель. Поэтому я играю только на кэш и не участвую в турнирах — мой уровень выше. Ну и сами казино не сильно любят проводить турниры, потому что для них это не выгодно. На кэше они за сутки зарабатывают, скажем, 100 тысяч рублей, а на турнире — 20. При этом сервиса на турнире больше, потому что всех людей надо будет покормить и напоить бесплатно. А кэшевые игроки никогда не жалеют денег. Я, играя на ставках 1–2 $, через час зарабатываю уже 70 $. То есть мне ничего не стоит заказать себе всё, что я захочу. Причём цены там довольно-таки хорошие. Обычно еду они возят из соседних ресторанов, с которыми есть договорённость.

Покерные клубы зарабатывают на проценте с раздачи, от 3 до 7, это называется «рейк». То есть, чем больше человек играет, чем больше денег на столе, чем выше ставки, тем больше они зарабатывают. Ну и после принятия закона люди поняли, что не могу терять такую золотую жилу и ушли в подполье. Насколько я знаю, после запрета покера, клубов стало гораздо больше, чем до запрета. Есть совсем серьёзные заведения, где играют  очень известные в сфере покера люди, их все знают. Я один раз был в таком месте, но не играл, потому что у меня просто нет таких денег. Там уже серьёзно всё происходит, попасть туда просто так — нереально. Даже если ты узнал, что там покер-клуб, позвонил в дверь, тебя никогда в жизни туда не пустят — безопасность очень важна для организаторов. В месте, где играют на ставках 100–200 $, у каждого человека на столе стоит минимум по 200 тысяч долларов, а если пять человек за столом, то это уже миллион. Так что, если что-то произойдёт, не найдётся такого места на планете, где организатор сможет спрятаться. Один миллион долларов — ровно на эту сумму у него и будет проблем.

Если покерный клуб закрывают, то уже нет шансов денег дать — поздняк. Вот если бы я открывал покерный клуб, то, допустим, есть у меня полковник из УБОПа. Ну я с ним встречаюсь, говорю: «Давай, Вась, я сотку буду тебе в месяц платить, а ты не будешь меня закрывать». Он скажет, мол, базара ноль, договорились. А потом вдруг его начальник прознает про всю историю. Ну просто с другой стороны к нему зашла информация. То есть, не его округ приехал, а центральный. И всё, уже ничего не сделаешь. Ну им же иногда нужно что-то закрыть для отчётности, чтобы дать своему начальству знать, мол, мы тут работаем, а не чаи гоняем. Галочки, опять же, поставить. И они закрывают, у организатора уже шансов нет.

Люди, которые присутствуют на игре, проходят просто как свидетели, пишут объяснительную. Всё расписываешь, уходишь домой. И тут не надо думать о том, что ты кого-то там подставляешь, ведь эти люди получают неплохие рейки. То есть, грубо говоря, я-то работаю, я долго учился, платил за свой опыт деньги, а они тупо получают с этого проценты, просто предоставляя помещение. И если они даже не могут позаботиться о безопасности людей и самих себя, то это только их проблема. Надо всегда иметь с собой документы, чтобы потом не мурыжили, а то начнётся «до выяснения обстоятельств», «до выяснения личности», «ой, а сколько у тебя денег», будут ждать, пока ты им взятку предложишь. Вот закрыли недавно один клуб, в котором много народу играло, в том числе я, и вся команда попала под раздачу. Ну, нормально, все написали, закрыли, в результате клуб находится сейчас в другом месте, и ничего страшного не произошло.

     

Материал подготовил Андрей Зайлер