В прошлую пятницу, 16 сентября, в Москве был открыт новый участок Люблинско-Дмитровской линии метро, состоящий из трех станций: «Бутырской», «Фонвизинской» и «Петровско-Разумовской». По словам мэра Москвы Сергея Собянина, благодаря этому открытию «240 тысяч москвичей получили шаговую доступность до метрополитена». Правда, рассказывая об успехах метростроителей, мэр лукавит. Редактор The Village Юля Ельцова живет в десяти минутах пешком от новой станции «Фонвизинская», но пользоваться ею каждый день не может, потому что прямой путь к метро опасен для жизни.

Текст

Юля Ельцова


 От оптимистичных расчетов нашего мэра можно смело отнять примерно 33 тысячи москвичей — это те, кто, как и я, живут в Марфино — районе в СВАО, рядом с телецентром «Останкино» и Останкинской телебашней. Открытия станции «Фонвизинская» мы очень ждали еще с 2011 года. Тогда обещали, что станцию откроют всего через два года, но постепенно сроки передвигались, а строительство затягивалось. 

У нашего района есть большое преимущество: в пяти минутах от дома — вход в Ботанический сад и Останкинский парк. Но чтобы добраться до центра города или метро, нужно пользоваться наземным транспортом или машиной. Ближайшее метро — «Владыкино», до него примерно 35 минут бежать через парк или ехать около 10–15 минут на автобусе, но его еще придется дождаться.
В результате на каждую марфинскую семью приходится примерно по два автомобиля. Кто-то едет до метро и бросает машину там, кто-то сразу отправляется в центр и портит своим автомобилем вид свежеблагоустроенных улиц. А вечером во дворах начинается война за парковочные места.

Скажу за себя: я думала, что с радостью откажусь от машины вовсе, как только откроют метро, и, полагаю, на это же рассчитывали большинство моих соседей. Но 16 сентября вместо радости мы испытали разочарование — ожидание светлого будущего продолжается. 

Марфино отрезано от новой станции полотном Октябрьской железной дороги. Если вы хоть раз ездили в Петербург, то как раз проезжали по ней мимо моего района. Цивилизованный переход через рельсы есть в районе железнодорожной станции «Останкино» (плюс 15 минут пути до нового метро) и в районе улицы Академика Комарова (плюс те же 15 минут). В итоге люди, которые выбирают провести лишние 15 минут в кровати, а не топать до неудобного перехода, пользуются так называемой народной тропой через рельсы. 

Железная дорога, конечно, ограждена забором. Но с этим забором годами происходили чудеса: как только в нем заваривали очередной лаз, не проходило и часа, как в ней появлялась новая дыра. Конечно, бежать перед мчащимся на полном ходу «Сапсаном» — удовольствие крайне сомнительное. Я, когда очень надо на ту сторону (там, кстати, расположен большой супермаркет, а на нашей стороне таких нет), скачками преодолеваю рельсы и страшно боюсь поскользнуться и случайно повторить судьбу Анны Карениной. Местные жители кому только не писали писем, умоляли сделать в этом месте хоть что-то похожее на переход, поставить светофор, постелить резиновое покрытие, но все без результата. 

Накануне открытия метро, предполагая наплыв желающих перебраться на ту сторону, проход снова заделали. Надо ли говорить, что его вырвали с корнем спустя 40 минут после того, как рабочие отправились по домам? Метро открыли в пятницу, а утром в воскресенье мы пошли сфотографировать «народную тропу». Людей, перебегающих рельсы, значительно прибавилось: все хотят покататься на новом метро. Горожане идут с детьми, велосипедами и чемоданами. Их не останавливает необходимость перебираться через насыпь и скакать сайгаком через рельсы. 

Я стала искать ответ на вопрос, что же стало с первоначальным проектом, в котором переход из Марфино к станции метро был, причем предполагался он именно в том месте, где все перебегают дорогу, рискуя жизнью. Нашла два интервью. В одном главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов обещает, что переход появится к 2019 году, в рамках строительства большого транспортно-пересадочного узла. А вот в другом интервью пресс-секретарь префектуры СВАО Андрей Иванов объясняет, что помешало построить переход к открытию метро. Дело в том, что земля, где проходит полотно, федеральная, а вокруг него — городская. По словам Иванова, из-за этого возникла необходимость в дополнительном согласовании. Но по факту это означает, что непонятно, кто будет нести расходы, — федеральное правительство или мэрия. И неизвестно, как и когда они договорятся между собой, и договорятся ли вовсе. В общем, свет в конце тоннеля имеется, но едва ли переход появится в ближайшем будущем. 

Сегодня утром мне тоже очень захотелось покататься на новом метро, и я пошла через рельсы. Всего 30 секунд полосы препятствий, и ровно через десять минут я уже ехала вниз на сверкающем новеньком эскалаторе. Благодаря новому метро мой путь до работы стал примерно на 25 минут короче — и примерно в десять раз опаснее, поэтому завтра я не рискну его повторить. 

Кроме того, отсутствие этого злополучного перехода через Октябрьскую дорогу делает существование станции «Фонвизинская» почти бессмысленным. Жители улицы Милашенкова получили от ее строительства больше хлопот, чем пользы: у них в шаговой доступности и так было метро «Тимирязевская», а терпеть затянувшуюся на несколько лет стройку под окнами им едва ли понравилось.

Так что спасибо, конечно, за метро, но построили его, похоже, только для того, чтобы запустить прямо накануне выборов. Кстати, в пятницу у «Фонвизинской» работы шли до последнего момента: за полчаса до прибытия Собянина еще спешно раскатывали рулонный газон и докладывали плитку. Красиво получилось.


Фотографии: Ринат Эрхард