Модерновые доходные дома, сталинские высотки и многоэтажки 1970-х годов — не просто жилые здания, а настоящие городские символы. В рубрике «Где ты живешь» The Village рассказывает о самых известных и необычных домах двух столиц и их обитателях. В новом выпуске мы узнали, как устроена жизнь в доме-трилистнике в Сивцевом Вражке в Москве — необычном доме в форме буквы «Ж». Дом интересен не только необычной планировкой, но и расположением: он находится между Арбатом и Остоженкой, что не могло не сказаться на жизни жителей трилистника.

Архитекторы

Николай Ладовский

Адрес

Сивцев Вражек, 15/25

Постройка

1932 год

Жилье

168 квартир

Высота

8 этажей

Павел Гнилорыбов

историк, москвовед, руководитель проекта «Моспешком»

Мода на дома с необычной конфигурацией подъездов началась в конце 20-х годов, когда строительный комплекс в СССР заработал на полную мощность. В 1920−1925 годах конструктивисты и их идейные противники скорее осмысляли и теоретизировали, а потом выплеснули свои идеи на улицы Москвы.

Трилистник — один из немногих воплощенных в жизнь проектов архитектора Николая Ладовского: он работал преимущественно на бумаге. Жалко, что сейчас дом, как и прочие здания района, выделяют остекление вразнобой и разноголосица балконов. Это унижает первоначальные идеи архитектора. Намек на будущий сталинский ампир в архитектуре этого дома я бы не стал рассматривать всерьез, потому что стиль невозможно предугадать. Он — гармоничное сплетение эпохи, строительных технологий и идеологии.

В 1934−1936 годах всем архитекторам пришлось срочно перестраиваться: для них освоение классического наследия стало громом среди ясного неба. В форме дома стоит искать отсылки к другим собратьям — зданиям в форме самолета, трактора и гаечного ключа, которые пользовались популярностью у архитекторов той поры.

В 1930-е годы жители трилистника обрели собственную жилплощадь, когда вся страна ютилась в коммуналках, но при этом независимость от государства им никак не гарантировалась. Даже если первые жильцы и успевали обживать новые квартиры, то радоваться им пришлось недолго: дом № 15 — первый по числу расстрелов в Сивцевом Вражке, отсюда увезли как минимум 17 человек. Большинство из них — люди титулованные: начальники трестов, управлений, институтов, работники НКВД и Госплана. Сейчас на доме установлены две таблички «Последнего адреса».

Из-за революции у нас крайне мало чего-то похожего на приличное ар-деко, но в Сивцевом Вражке конструктивистские дома хотя бы высотностью не давят на представителей прошлого поколения — доходные здания.

Вообще, Сивцев Вражек, как ни странно, не ассоциируется у меня с советским наследием. Конечно, тут находятся и кремлевская больница, и дома партийных работников, но хочется все-таки погрузиться в роман Михаила Осоргина «Сивцев Вражек» и гулять среди доходных домов.

Сергей Агрба

29 лет, музыкант-органист, культуролог и владелец частного музея

Я жил вместе со своей большой семьей в квартире неподалеку, и три года назад мне захотелось съехать. Я стал искать жилье в центре. Об этой квартире я узнал случайно, и в ней меня устроило абсолютно все. Главный ее плюс — это расположение: отсюда я за семь минут могу дойти до Арбатской и за пять — до Кропоткинской. Многие люди говорят, что в центре жить невозможно, потому что тут шумно и людно, но около моего дома после 23:00 всегда спокойно и тихо.

О культурной значимости дома

Изначально квартиры в нашем доме выдавались партийным работниками и ученым. Также известно, что в соседнем доме с 1911-го по 1912 год жила Марина Цветаева. Здесь, кстати, было написано ее стихотворение «Домики старой Москвы». Слова «уроды, — грузные, в шесть этажей» написаны про дома, которые стоят в нашем переулке. А на месте моего корпуса раньше находился небольшой домик, в котором, по преданию, жил композитор Рахманинов. Также достоверно известно, что в доме проживал экономист Евгений Варга, а по соседству — советский режиссер Александр Кайдановский.

В окрестностях дома снималось и снимается довольно много фильмов: я часто вижу, как проходят съемки, но никогда не интересуюсь названием картины. Знаю, что в нашем доме снимали фильм «Три тополя на Плющихе» и «Дети Арбата». Кстати, именно в нашем доме была написана легендарная песня «Подмосковные вечера».

Об особенностях квартиры

После покупки квартиры я провел небольшой косметический ремонт, но важные исторические вещи старался не менять. Например, я сохранил оригинальные двери начала 30-х годов, а также старые чугунные батареи того же времени. Конечно, батареи выглядят непрезентабельно, но греют хорошо. Еще в квартире лежал интересный узорчатый паркет, но он был в плохом состоянии, поэтому я закрыл его ламинатом и решил, что сделаю полноценный ремонт позже.

В квартире установлены большие широкие подоконники, на которых можно даже спать. Я люблю сидеть на них с пледом и читать, либо пить кофе, либо просто смотреть в окно. Особенно приятно это делать в плохую погоду, когда на улице идет дождь или снег.

Особенно мне нравится, что кухня и санузел полностью отделены от жилой части. В обычных панельных домах дверь в туалет находится в общем коридоре — меня такая планировка не устраивает. Также в моей ванной комнате есть полноценное окно, которое создает дополнительный шарм и позволяет немного экономить на электричестве.

Конечно, у планировки в моей квартире есть и минусы. Например, отопительные трубы располагаются прямо в коридоре, на самом видном месте. Это существенный недостаток, но я не трогаю трубы, чтобы не нарушать целостность коммуникаций и не создавать лишние проблемы всему дому. Некоторые жильцы уже пытались эти трубы вырезать или закапывать в стену, но ничем хорошим это не закончилось.

Об устройстве дома и архитектуре

Три корпуса моего дома составляют единый ансамбль. Наш дом выполнен в форме звезды или буквы «Ж», он также содержит нестандартные ломаные формы.

Его можно назвать ранней сталинкой: он строился в 1932 году. У меня есть ощущение, что на нем отрабатывали многие приемы будущих сталинских высоток. Здесь высокие потолки и толстые стены, которые создают сильную звукоизоляцию. Я прямо в квартире играю на настоящем небольшом органе и при этом не мешаю соседям. Могу играть даже ночью.

О самоуправлении и соседях

Нашим домом управляет товарищество собственников жилья (ТСЖ). Другими словами, у нас действует общественный совет самоуправления, который похож на небольшой автономный ЖЭК — свой электрик, сантехник и инженер. Все они живут в нашем доме, поэтому коммунальные проблемы можно решить даже ночью. Мне нравится, что мы сами решаем вопросы по его обслуживанию и не зависим от города.

Наш район называется «Золотая миля», потому что для инвесторов он — лакомый кусок. Возможно, московские власти мечтают его снести и построить на этом месте какой-нибудь торговый центр, но здесь живет много медийных людей, что придает дому статусность, и, думаю, именно из-за авторитета жильцов на дом никто не покушается и не пытается признать его аварийным.

Важная особенность этого здания в том, что здесь соседствуют коммуналки и огромные апартаменты, при этом все живут мирно. Никаких маргиналов и люмпенов в нашем доме я не встречал. В вечернее время по всем переулкам и улицам регулярно ездит полицейский патруль. Я с ним уже знаком, потому что один из полицейских интересуется велосипедной тематикой — он оценил мой винтажный велосипед.

О безопасности

Наш двор охраняет консьерж, поэтому можно совершенно спокойно оставлять машину во дворе. Только для этого нужно найти свободное место, которых здесь практически не бывает. А если у твоего дома нет внутреннего двора, то машину ты просто не поставишь. Мой друг живет в Мансуровском переулке — ставит свой Porsche в моем дворе и постоянно бегает сюда за машиной.

Одно из окон моей квартиры выходит во внутренний двор и на посольство Канады. Мало кто знает, что такое жить рядом с посольством. Когда они передают какую-то информацию или посол разговаривает по телефону, во всем доме почти перестает ловить сигнал мобильной связи. Вот сейчас у меня ловит всего две палочки сети. Хотя в этом есть свои плюсы: благодаря посольству двор моего дома нашпигован камерами, записями с которых в случае чего можно будет воспользоваться.

О шаговой доступности и жизни
в центре

Многие мои друзья думают, что в центре жить невозможно, потому что здесь все очень дорого и не предназначено для жизни. Это не так. С магазинами, например, проблем нет, можно найти на любой вкус. Полтора года назад на Гоголевском бульваре открылся магазин «Магнолия», также в пяти минутах ходьбы работает гастроном «Смоленский» и «Седьмой континент». Хотя обычно я сажусь на автобус и еду в «Елисеевский» на Тверской: он устраивает меня по качеству товаров и расположению.

Также поблизости много мест, где можно выпить кофе или перекусить. Я обычно хожу в грузинские рестораны на Остоженке: «Генацвале» и «Тифлисский дворик». Также мне нравится ресторан «Ваниль» в начале улицы. А вот на Старый Арбат я стараюсь не высовываться: там много туристов и мало свободных мест в кафе.

У меня не хватает времени ходить в музеи и театры, но я стараюсь иногда выбираться. Тем более что Пушкинский музей совсем близко. Время от времени я хожу в театры Вахтангова и Маяковского, если друзья-актеры приглашают.

Для меня время в Москве измеряется минутами, поэтому мне не нужна машина. Все, что мне нужно, находится в шаговой доступности. Если я тороплюсь, то спускаюсь в лучшее в мире метро. В хорошую погоду я могу до любой точки доехать на велосипеде.

У меня старый советский велосипед с завода имени Сталина в идеальном состоянии. Мне нравится кататься на нем по центру — по бульварам и по набережной. В парк Горького я стараюсь не ездить, с ним там делать нечего: много людей, и все в основном гоняют на горных и скоростных велосипедах.

К тому же машина в центре — это проблема. Для друзей, которые едут ко мне в гости из спальных районов, поездка всегда превращается в кошмар. Днем машину поставить негде, цены на парковку совершенно безумные.

Материал подготовлен при поддержке: