Перемены на Даниловском рынке начались в 2011 году. На должность директора рынка назначили Максима Попова, в то время работавшего в Ginza Project. Рынок не закрывали, но перестраивали ночью и днём. За несколько месяцев он изменился в лучшую сторону, на его территории заработали кафе. Ресторанный холдинг Ginza Project стал управляющей компанией Даниловского в марте 2015 года, а в начале июня стало официально известно, что Ginza переделает Даниловский рынок совместно с командой фестивалей уличной еды и проекта секретных ужинов Stay Hungry.

Перспектива создания настоящего современного рынка в Москве, безусловно, впечатляет, но The Village считает, что самое важное в этой истории — сотрудничество именно этих двух компаний. Впервые в Москве так близко столкнулись два параллельных мира: большой игрок рынка, способный поглотить всё и вся, и гастрономические энтузиасты, представители молодого поколения рестораторов, принципиально независимых. Чтобы поговорить именно об этом прецеденте, редактор раздела «Еда» Анна Масловская собрала за одним столом Алёну Ермакову и Анну Бичевскую из Stay Hungry и Дмитрия Сергеева и Максима Попова из Ginza Project.

 

Планы на Даниловский рынок команды Stay Hungry и Ginza: 

  ещё больше фермерских продуктов; 

  ещё больше кафе с едой;

  сам рынок реконструируют, не закрывая его, сейчас проходит закрытый архитектурный конкурс;

  на рынке будут проводить мероприятия для детей;

  рынок планирует формировать у своих посетителей культуру потребления, в том числе проводя регулярные мастер-классы;

  рынок станет площадкой для мероприятий благотворительных организаций;

  к участию в мероприятиях рынка будут привлекать горожан, в том числе для этого здесь откроют летнюю зону с террасой, где можно будет, например, устроить пикник.

Дмитрий Сергеев

совладелец и основатель Ginza Project

   

Stay Hungry и Ginza Project: «Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами». Изображение № 1. 

Максим Попов

директор Даниловского рынка, в прошлом сотрудник Ginza Project

   

 Stay Hungry и Ginza Project: «Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами». Изображение № 2.

Алёна Ермакова

сооснователь секретных ужинов Stay Hungry и уличной вечеринки Stay Hungry Backyard,

пиар-консультант гастрономических проектов, 
в прошлом пиар-директор Iconfood 

   

Stay Hungry и Ginza Project: «Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами». Изображение № 3.

Анна Бичевская

сооснователь секретных ужинов Stay Hungry и уличной вечеринки Stay Hungry Backyard, шеф-редактор и сооснователь Iknow.travel. Одна из первых в Москве начала организовывать фуд-корты на городских уличных фестивалях и ярмарках, отвечала за еду на фестивале Seasons, «Ламбада-маркете» и Пикнике «Афиши»

 Анна Масловская: Если бы я узнала о вашем сотрудничестве только вчера, пришла бы сегодня на встречу с торчащими вверх волосами. Сейчас факт осознан, но вопрос остался — как это возможно? Мне, как человеку, пять лет очень пристально наблюдающему за ресторанной индустрией в Москве, было видно: вот есть Новиков со своей империей, Деллос — со своей, «Гинза» — со своей, есть разные феномены более мелкого порядка и целая отдельная группировка молодых талантливых ребят с горящими глазами, которые начали открывать кафе на свои, в которых работают они сами, независимые, помогающие друг другу ради общего развития, устраивающие дворовые вечеринки и так далее. Таких уже много, не все они дружат между собой, но на фоне гигантов с деньгами и большой структурой воспринимаются как дружная оппозиция. Так вот то, что Stay Hungry теперь работает вместе с «Гинзой», — это начало новой истории. Теперь все решат, что можно, и произойдёт поглощение. Или нет. Почему вы вместе? Кто из вас предложил сотрудничество, чем заинтересовал? Были ли другие претенденты?

Анна Бичевская: Я тут из-за Макса (Максима Попова. — Прим. ред.). 

(Все смеются.)

БИЧЕВСКАЯ: По ходу, шутками тут не отделаешься. 

Знакомство

Дмитрий Сергеев: Мы с Аней давно познакомились, задолго до Даниловского рынка. В парке Горького. 

МАСЛОВСКАЯ: Точно! Аня там работала над новой концепцией, а вы заняли все лучшие места под свои рестораны. 

Сергеев: Зря вы так, совсем наоборот. Мы взяли большую нагрузку на себя, нужно было открыть в короткие сроки стабильно работающие рестораны, дать толчок развитию парка. Мы поставили свои точки, чтобы было чем кормить людей там, мы работали в минус. 

Бичевская: Прокомментирую со своей стороны: в «Гинзу» пошли в самый последний момент, потому что не хотели отдавать всё одной компании, у парка стояла задача сделать несколько разных концепций. Но в тот момент приходили к той же самой «Солянке», никто не был готов работать в тех условиях, в которых парк запускался. Единственной компанией, которая эту историю смогла потянуть, оказалась «Гинза». 

Сергеев: Это почти так. Не могу выдавать всех секретов, потому что они не мои, но мы были подключены к созданию парка на самых ранних этапах. Рассказали своё видение того, как парк должен развиваться. Нас не звали только для того, чтобы заняться общепитом. Без деталей скажу так: я находился в парке каждый день с того момента, как Капков там появился (Сергей Капков — бывший руководитель департамента культуры Москвы и бывший директор Центрального парка культуры и отдыха имени Горького. — Прим. ред.). Мы прорабатывали все вопросы и понимали, что в парке должны быть рестораны. Но никогда мы не ставили вопрос о том, что это должны быть только рестораны «Гинзы». Наоборот. Сами подумайте, почему, когда парк Горького открывался, никто не знал о том, что мы там? Узнали-то чуть позже. Мы хотели привлечь как можно больше хороших проектов, но Аня права, ни у кого сил не было.

Stay Hungry и Ginza Project: «Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами». Изображение № 4.

Вы удивитесь, но я скажу: за две-три недели мы должны были организовать 18 точек питания. Представляете себе? Понятно, что мы были в убытке, но это была помощь парку. Мы собрали с наших действующих ресторанов оборудование, мебель, разобрали полупустые пространства, с террас, с залов, собирали с миру по нитке. Потому что невозможно за такой короткий период всё это заказать и привезти. Поначалу всё это, конечно, выглядело не так красиво. Но, по крайней мере, это было лучше прошлых парковых шашлычных или совсем ничего. Другое качество. На базе этого мы с Аней и познакомились. 

Бичевская: Слава Сергею Капкову. 

Попов: Но выбор в итоге Аня сделала правильный. На рынок-то ходит мы же знаем из-за кого. Шутка. (Смех.

Бичевская: На удивление, я за этим столом самый старый посетитель рынка, даже старше Максима. В своё время я жила недалеко от Даниловского и на рынок хожу лет восемь. Я готовлю, и для меня рынок — это абсолютно нормальная субстанция с точки зрения повседневной жизни. 

Масловская: Это твой любимый рынок в Москве?

Бичевская: Так получилось, что сначала мне было близко. Привела меня туда подружка и сказала: «Вот здесь нужно брать сыр, здесь ягоду» и так далее. Я вообще не понимаю, как можно покупать овощи, зелень, специи, орехи в магазине. На первой «Ламбаде», например, плов готовили люди, которые продают на Даниловском рынке специи и казаны. Позже я пробовала ездить на Дорогомиловский, но, так как там меня никто не знает, продавцы сразу облепляли меня как мухи. Дискомфортно ходить и говорить по десять раз: «Спасибо, мне это не нужно». На Даниловском такого сильно меньше. Я не могу сравнивать их с точки зрения предложения и цен, только исходя из личного ощущения комфорта.

Попов: С точки зрения цен могу сказать я. Дорогомиловский рынок покупает у нас и перепродаёт некоторые сезонные продукты: жимолость, землянику. У них стоит всё это процентов на 50 дороже.  

Рынок

МАСЛОВСКАЯ: Так почему вы позвали девочек? Почему именно рынок? Вы же до сих пор открываете рестораны. Почему именно сейчас? Вы могли начать сотрудничать раньше?

Сергеев: Рынок — это сама по себе очень интересная и перспективная история. Если говорить о ресторанах, то это прямая связь — качество продуктов. Мы планируем сделать на Даниловском в том числе мелкооптовый рынок для ресторанов. Открытый рынок, а не только для нас, «Гинзы». 

Если помните, мы что-то делали в универмаге «Цветной». Но там мы были сильно зажаты в технических условиях. Что-то там нам, конечно, удалось, но в совершенно других масштабах. Честно говоря, у меня давно была мечта сделать настоящий рынок хороших качественных и правильно представленных продуктов. Чтобы это был не просто рынок, а место обязательного посещения в городе. Приезжает кто-то в Москву, идёт на Красную площадь, а потом на рынок. Ну как мы приезжаем в Испанию и идём на «Бокерию» (один из самых знаменитых рынков в мире, находится в Барселоне, рядом с бульваром Рамбла. — Прим. ред.), ещё куда-то.

Честно говоря, у меня давно была мечта сделать настоящий рынок хороших качественных и правильно представленных продуктов

Уже много лет, когда я приезжаю в новую страну, я иду на рынок, мне это интересно. Мне кажется, через рынок можно быстрее увидеть настоящую культуру. У каждого ресторана и магазина есть своя специфика, а вот заехать на ранок или в деревню — это возможность увидеть то, чем на самом деле дышит страна. Удивительно, но рынки в Баку и Тбилиси меня, например, разочаровали. А в Самарканде, наоборот, рынок интересный. Понятно, что он неухожен, но он огромный, столько выбора хороших продуктов.

Если говорить о Москве, подобного рынка, который мне хотелось бы показать путешествующим современным людям, здесь нет. «Бокерия», хотя и очень коммерческая и туристическая, но туда тянет. В Испании мы общались с представителями разных рынков, перенимали их опыт. 

МАСЛОВСКАЯ: Но Stay Hungry ведь не специалисты в этом, они рынков не открывали. 

Сергеев: А что такое рынок? Это разнообразие. Мы хотим, чтобы кроме продуктов на рынке была и готовая еда. Маленькие вкусные концепции, когда люди сами делают, производят. Это же здорово! Человек сам создал продукт своими руками и сам продал. И фермер, и повар. Мы хотим, чтобы кто-то мясо жарил, кто-то рыбу, готовили сэндвичи, бургеры и так далее. 

МАСЛОВСКАЯ: То есть Stay Hungry отвечают в первую очередь за готовую еду и наполнение рынка кафе? Они не будут заниматься подбором новых фермеров.

Сергеев: Подход такой — мы пригласили девушек в команду. И поэтому всё это в обсуждении. То есть мы разрабатываем концепцию совместно. Это синергия. Они сильны в определённых вещах, мы понимаем, что это у них получается лучше, чем у нас, доверяем. Но это не значит, что Аня и Алёна ограничиваются только этим направлением. Мы всё обсуждаем, совещаемся, мы команда. Мы всегда ищем настоящих хороших фермеров, если нам в этом поможет кто угодно, мы будем не против. Вы, например.  

Бичевская: Более того, мы не ограничиваемся собранной сейчас командой. Мы хотим сделать общественный совет и позвать в него людей, которые, на наш взгляд, смогут внести свою важную лепту. Чтобы разные профессионалы высказывались и советовали, чтобы не было перекоса в одну из сторон. 

Сергеев: Наша задача — сделать рынок удобным. Чтобы люди приезжали не только за продуктами, чтобы могли там остаться, попить кофе с булочкой, пообедать. 

Ермакова: Да, мы хотим ввести такую услугу — люди всё покупают и оформляют доставку на дом на определённое время, а сами, допустим, идут с ребёнком в кино, продолжают свой день. 

Бичевская: Я, как посетитель Даниловского рынка, сильно порадовалась, когда рынок начал работать до девяти вечера. На Дорогомиловском после шести вечера выбора уже почти нет, ты приходишь на остатки, продавцы начинают разбирать лотки. А для современного человека в городе что такое семь часов вечера? В это время с работы только уходишь, и то не факт. 

Попов: А уличный рынок сейчас работает до 11 вечера. Там продают овощи и фрукты. 

Бичевская: Это опять же к общественному совету. Мы хотим в открытой дискуссии осмыслить, что есть рынок в данный момент, какие функции он должен выполнять. 

Ермакова: Мы собираем экспертов в разных областях. В общественных пространствах и урбанистике, в краеведении, социологии и так далее. Из каждой части сейчас мы стараемся взять по одному человеку, который может принести этому совету максимальную пользу. Каждый вопрос мы будем разбирать со всех точек зрения. Максимально разумная точка зрения будет побеждать. 

Stay Hungry и Ginza Project: «Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами». Изображение № 10.

Бичевская: У нас нет задачи сделать хипстерский проект или типичный гинзовский ресторан. Поэтому мы и пошли на сложную коммуникацию с соседями и экспертами. Можно ведь было бы просто навязать приятную нам концепцию, и всё. 

Ермакова: Мы были на разных рынках, но сейчас мы в Москве. Здесь другая традиция рынков, другая городская жизнь, это не похоже на Лондон и Барселону. Мы хотим сделать то, что действительно нужно горожанам, а не то, что нужно конкретно нам. 

Бичевская: Нам важно продумать всё на шаг вперёд. Как бы это пафосно сейчас ни звучало, сделать рынок современный и сделать рынок будущего. Хочется сделать Даниловский местом силы, местом про еду. Собрать лучшие концепции, лучшие технологии. Создать место, в которое люди могут приходить и пробовать свои идеи в действии, тестировать. Хочется стать неким собирательным образом Джейми Оливера для Британии, начать продвигать культуру потребления. 

Ермакова: Например, мы можем в формате мастер-класса рассказать людям, как выбирать арбузы. Будем знакомить людей с продуктами, рассказывать, как их выбирать, где они произведены, как и что из них готовить.

Сергеев: У нас и сейчас уже есть гастрономические гиды, которые постоянно находятся на рынке. Если вам не нужно, вы, конечно, легко отмахнётесь, к вам не будут приставать, но, если интересно, такой человек расскажет про продукты, про то, кто и как их производит. Мы хотим прививать людям любовь к продуктам. 

Положа руку на сердце, большую часть кафе на рынке мы могли бы сделать сами. У нас есть ресурсы. Но мы решили позвать молодых ребят, чтобы они попробовали свои силы. Мы даём хорошие условия, мы не конкуренты, не дающие другим зайти на нашу территорию. Единственное требование — качество и соответствие концепции уличной еды. Если La Marée представит подходящую концепцию и сделает лучший рыбный развал — мы с удовольствием. Мы всем говорим: «Гинза» в последнюю очередь. Вы можете поговорить с теми, кто уже работает на рынке. Мы готовы помогать всем. К своим арендаторам я сам лично подхожу и спрашиваю, всё ли в порядке. Не стесняйтесь, говорите, что нужно помочь, мы поможем. В данном случае мы не конкуренты. 

Бичевская: С другим подходом такой большой проект и не потянуть. То же самое я могу сказать про наши вечеринки Stay Hungry. Мы могли бы наставить своих проектов, всё придумать сами, нанять людей. Но за счёт привлечения классных проектов ты повышаешь свою собственную классность и конкурентоспособность. С рынком такая же задача. 

Сергеев: Что такое рынок? Рынок — это прежде всего большой выбор, это разнообразие. Иначе это не рынок.  

Ермакова: Сначала мы составили список концепций, которые хотели бы видеть на рынке, а потом начали подбирать под них существующие проекты. Кто-то может потянуть сам, у кого-то есть проблемы, и им нужно помочь. Мы готовы. 

МАСЛОВСКАЯ: Дмитрий, у вас в следующем месяце открываются рестораны?

Сергеев: Да. 

МАСЛОВСКАЯ: Сколько?

Сергеев: Четыре-пять. 

МАСЛОВСКАЯ: Вы на стройках всех из них бываете? Контролируете всё, что открывает холдинг? Есть ли любимчики среди проектов?

Сергеев: Контролирую всё, помощников нет, но вот вопрос распределения внимания — он существует. Там, где система отлажена, в сетевых ресторанах например, моего внимания меньше. Больше внимания я уделяю новым концепциям. Сейчас я полностью в рынке, хотя не бросаю остальные направления. Но рынок — я боюсь, что остальные обидятся, — на сегодняшний день для меня приоритет. 

МАСЛОВСКАЯ: Даниловский рынок — сложный с точки зрения денег проект. Холдинг должен зарабатывать. Что для вас рынок? Какой процент здесь бизнеса, а какой меценатства? 

Сергеев: Наверное, 50 на 50. В тех рамках, которые мы для себя заложили, мы точно уверены. С экономикой всё будет правильно. Понятно, что мы не можем быть в убытке, ведь есть предел интереса. По рынку мы не ставим себе таких задач, как по ресторанам. За какой срок он должен окупиться, вернуть инвестиции и приносить операционную прибыль. Этот проект более масштабный, более интересный, он имеет большие перспективы. Если нам удастся всё правильно сделать — а мы в этом уверены, — то рентабельность будет более интересной, чем даже сейчас заложено в бизнес-модель. А если это так, то мы сможем развивать проект дальше. Условно говоря, мы сделаем этот рынок, он станет классным, успешным и за нами начнут двигаться остальные.

Главное, чтобы экономика страны тоже была в порядке, тогда мы всё сможем

Я знаю, бытует мнение, что мы хотим захватить долю рынка, всех захватить. На самом деле нет. Мы за то, чтобы в принципе индустрия развивалась, нам это интересно, мы считаем это правильным. Мы не хотим доминировать и монополизировать. Развитие — это для всех хорошо. Для нас рынок — серьёзный пилотный проект. Дальше, может быть, мы пойдём в другие города или ещё в Москве что-то сделаем. Главное — чтобы экономика страны тоже была в порядке, тогда мы всё сможем. У нас есть срок в два года, за который мы должны показать городу, что этот рынок развился. У меня вообще такой подход — считаю правильным сделать пилот качественно, интересно, а потом уже двигаться дальше.  

МАСЛОВСКАЯ: Максим, мы с вами год или около того назад встречались на Даниловском рынке. Скажи, ты тогда ожидал, что в будущем будет происходить подобное? Что ты думаешь обо всём этом? Ты видел рынок таким, каким он был, ты сам переделал в нём многое. Не жалко снова всё менять? Будет ведь новая архитектурная концепция. 

Попов: Я совсем не ожидал всего этого (Говорит, смотря на Алёну с Аней, и смеётся.). Я знал Димины пожелания, знал, как он это видит, но в какой-то момент я уже не думал, что территория перейдёт в частную собственность. Но всё случилось. Поэтому будем двигаться дальше. Тренд был задан три года назад. Мы работали с людьми, мы лично со всеми общались, начали менять представление о рынке. Я процентов 30 покупателей знаю лично. Я думаю, вряд ли на каком-то другом рынке в Москве может сейчас произойти то, что происходит у нас. 

Сергеев: Что касается архитектурной концепции, это скорее улучшения. Кардинально ничего не будет меняться. Мы с самого начала хотели сохранить его архитектуру. Другое дело, что мы с технической точки зрения приведём рынок в порядок. Сделаем более удобные прилавки, оборудование и так далее. У нас сейчас инженерия 80-х. Крышу реконструируем, склады приведём в порядок, отремонтируем гостиницу для фермеров.

Попов: Самое главное — рынок не будет закрываться на время ремонта. Всё будем делать постепенно, без вреда для его работы. 

Сотрудничество

Бичевская: Так как предложение подключиться к Даниловскому рынку поступило мне, я какое-то время думала, рассказывать ли Алёне вообще об этом. 

Ермакова: «Гинза? Что?!» Мы с Аней знакомы достаточно долго. Она знает, что у меня был период, когда я принципиально не ходила в рестораны «Гинзы». Когда я работала с Айзеком (Айзек Корреа — шеф-повар и ресторатор из Нью-Йорка, 18 лет проживший в Москве и за это время открывший здесь сеть кафе Correa’s, кондитерскую UDC, бургерную Corner Burger, ресторан Black Market и пиццерию Montalto. Сейчас живёт и работает во Флориде. — Прим. ред.), он мне постоянно говорил: «Алёна, Дима Сергеев — классный мужик, ты не понимаешь». Я говорила: «Гинза, фу-у-у-у». 

Бичевская: Если бы кто угодно из «Гинзы», но не Дима, предложил бы мне сотрудничество, я бы, скорее всего, сказала нет. Но история вышла за рамки названий наших проектов, мы были хорошо знакомы и видели друг друга в работе.

Я очень часто с Алёной бьюсь по поводу её снобского отношения к тому или другому. Мне не нравится делить территорию и делить людей на своих и чужих. Возникновение подобных противостояний, на мой взгляд, вообще свойственно российскому или московскому бизнесу. Люди не очень любят объединяться. У меня, наоборот, было желание дать возможности, которыми обладает серьёзный бизнес, тем маленьким проектам, которые уже есть.

Stay Hungry и Ginza Project: «Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами». Изображение № 16.

Открывать по четыре-пять ресторанов в месяц — не сложно перестать замечать тонкие детали. Ты становишься заложником и своего имиджа, и построенной тобой до этого инфраструктуры. Я на самом деле была в шоке от того, когда мне после начала сотрудничества начали приходить СМС: «Не посоветуешь кого-то на пиар того-то, управляющего туда-то». Я поняла масштаб бедствия. Ты реально должен быть такой кузницей кадров, которая постоянно поставляет в огромном количестве качественный персонал. Что затекает в эту воронку, то и становится твоей командой. И некоторые миры не пересекаются. Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами и попробовать быть медиатором. И возможно, дать кому-то, кто в жизни никогда бы и не запустил что-то, возможность это сделать. Те же самые The Burger Brothers, не появись бы «Продукты» (The Burger Brothers начинали на городских маркетах, но вскоре заработали в формате киоска в окне бара «Продукты» на «Красном Октябре». Туда их пригласил учредитель «Продуктов» Аркадий Зельцер. Сейчас, также по приглашению Зельцера, большое кафе «ББ» открылось на всей площади его прошлого кафе. — Прим. ред.). Не факт, что история бы взлетела. И может, всё бы осталось на уровне маркетов, а может быть, они бы наигрались и ушли с этого поля. Но появился нужный человек.

По сути дела, деньги — это всего лишь кровь проекта. Главное — куда ты их направишь. Поэтому есть желание попробовать, понять на собственном опыте, как это работает. Весь мир построен на пиаре. Есть либо общественное мнение, либо твоё собственное мнение. Вот мои переговоры с «Гинзой» не показали мне каких-то монстров, у которых изо рта торчат кровавые младенцы. Мне показалось, что это милые люди. Захотелось влезть в эту историю и попробовать, насколько нам будет комфортно, насколько чётко мы можем донести свою мысль. Любую нашу мысль можно перебить 15-летним опытом. И это был самый первый страх, что мы будем выдвигать идеи, а нам будут говорить: «Нет, наш опыт говорит, что это не сработает». Но этого не случилось. Большому серьёзному бизнесу нужно нам довериться, им тоже страшно. 

Сергеев: Что сказать? У нас плохой пиар. Мы плохо себя представляем и продаём. Но если называть вещи своими именами, мы действительно открыты. Просто мы не говорим об этом много, мы вообще мало говорим. Но если просто проанализировать, вы увидите, что мы одна из немногих команд, которая сотрудничает с другими игроками. У нас есть партнёрство по некоторым проектам с Деллосом, Новиковым, с теми, кто неизвестен настолько. Мы хотим, мы готовы открыто работать с людьми, которые любят своё дело. Кроме это, понятное дело, есть человеческий фактор. Я знал Аню, и я очень, очень уважительно отношусь к тому, что она делает. Мне нравится она по-человечески, у неё правильные цели, стремления, правильное отношение к жизни. Это очень важно. 

Stay Hungry и Ginza Project: «Очень хочется построить мостик между нашими двумя мирами». Изображение № 20.

Попов: Я вообще считаю, что у Димы уникальное чутьё на людей. Он умеет найти.

Ермакова: Максим, лучшего комплимента самому себе я ещё не слышала, браво!

(Все смеются.)

Сергеев: Если я вижу, что кто-то обладает хорошими способностями и, что для меня самое главное, порядочностью (понятно, что это определяется временем, но я чувствую интуитивно энергетику человека) и хорошими человеческими качествами, сто процентов я готов сотрудничать. 

А про опыт Stay Hungry, если говорить о Даниловском рынке, — это синергия. Я понимаю их опасения. Это правильные опасения, что большой партнёр может задавить опытом. Но на самом деле это вопрос и положительного, и отрицательного опыта. Не наступайте на те грабли, на которые мы наступили! Вот приходит к нам человек и говорит: «У меня нет возможностей, ресурсов, опыта, знаний, но есть хорошая идея, и я уверен, что я смогу это сделать». Супер! После этого мне важно понять, порядочный ли это человек, если да, то мы, конечно, поможем. Он не станет винтиком в каком-то механизме, нет. Делай сам, развивайся и, когда тебе нужна помощь, скажи, в чём она тебе нужна, и мы поможем. Вот такой подход.

Ермакова: За то время, пока мы сотрудничаем, я узнала, что Ginza приложила руку к такому количеству ресторанов в Москве, о которых я бы никогда не подумала! Тогда появилась шутка о том, что однажды я приду домой и Саша Залесский (совладелец The Burger Brothers. — Прим. ред.) скажет мне: «Алёна, я давно хотел сказать тебе, но всё стеснялся. The Burger Brothers — тоже Ginza». Я всё жду этого момента! (Смеётся.)

Сергеев: Если уже эту тему затрагивать, то...

Бичевская: Да, так и есть!

(Все смеются.) 

Ермакова: Дима, пожалуйста, не нужно разбивать мне сердце. 

Сергеев: Мы с девчонками как-то общались на эту тему — какие цели ты преследуешь, какие задачи. Если человек или команда приходит со своей идеей и желанием что-то делать и его хотят использовать, то его вклинят в существующий механизм и скажут: «Давай, вперёд за Родину! Выполняй роль, которую умеешь». Мы так не делаем, я так не делаю. Вот вы не знаете, Алёна уже знает какую-то часть, но есть много проектов, небольших, интересных, которые наверняка вам нравятся, к которым мы приложили руку и не афишируем этого. Вопрос в задачах и целях. Я хочу помочь, когда вижу энтузиаста с горящими глазами, любящего своё дело. В этом есть и бизнес, разумеется. Так зачем мне вешать на него свой флажок? Я помогу, но пусть он сам развивается, пусть делает. В этом моя цель и задача. Если я буду говорить об этих проектах, это будет значить, что я хочу показать, какой я классный, я, я, я. Или мы, Ginza. Но у меня нет такой задачи. Что-то делаем мы сами, где-то кому-то помогаем, мы за общее развитие. 

Бичевская: Мы периодически шутим с Алёной: «Где подвох? Где тут подвох?» (Все снова смеются.)

   

фотографии: Михаил Лоскутов