Каждый день мы едим, говорим о еде, ругаемся из-за неё, поём о едепишем о ней, снимаем фото и видео. Вкусная еда доставляет нам удовольствие, ей хочется делиться, она объединяет друзей и семью за одним столом и нередко бывает поводом для создания новых связей. В новой рубрике мы хотели бы обратить внимание на один из перечисленных пунктов — еду, запечатлённую на видео, но не в рекламных роликах, а в большом кино.

По просьбе The Village журналист Алиса Таёжная каждые две недели будет рассказывать о фильмах, где еда и кухня занимают если не главное, то очень важное место. Это будут и редкие старые картины, и новые. Сегодня — фильм 1976 года «Крылышко или ножка» Клода Зиди. В ролях Луи де Фюнес и Колюш. 

 

«Крылышко или ножка»

L'aile ou la Cuisse, 1976

РЕЖИССЁР: Клод Зиди

В РОЛЯХ: Луи де Фюнес, Колюш, Анн Захариас,
Жюльен Гиомар, Клод Женсак, Жорж Шамара, Жан Мартен

«Крылышко или ножка»: Победа ресторанного критика над бесами капитализма в лице полуфабрикатов. Изображение № 1.

 

О чём этот фильм:

Известнейший критик и автор легендарного кулинарного справочника господин Дюшмен в очередной раз сталкивается с рутиной: ему нужно обойти сотни парижских и провинциальных ресторанов и дать им объективную оценку. Как любой опытный профессионал, Дюшмен знает, что личное знакомство мешает объективности и главное для критика — быть заурядным и неузнанным посетителем, который получит привычную дозу пренебрежения и плевков в супе от халтурного персонала.

«Крылышко или ножка»: Победа ресторанного критика над бесами капитализма в лице полуфабрикатов. Изображение № 2.

Чтобы всё прошло гладко, Дюшмен (в блистательном исполнении Луи де Фюнеса) переодевается в скромных старушек, случайно зашедших интуристов и водителей при богатом клиенте. В его компании — сын-кидалт, который вот-вот должен стать его преемником, но вместо этого больше всего любит наряжаться в слона в странствующем цирке и делать клоунские номера.

Черновик путеводителя Дюшмена похищает король полуфабрикатов и придорожных дайнеров Трикотель, чтобы наладить в эти рестораны поставки своей посредственной еды. В самый неподходящий момент критик лишается способности различать вкусы еды (в результате отмщения владельца ресторана, который ранее лишился из-за него звёзд) и вынужден положиться на сына во всём, что касается вкусовых качеств блюд. Сын, не умеющий делать ничего, кроме фокусов, должен безошибочно разобраться, крылышко у него в тарелке или ножка и хорошо ли они приготовлены. Задача Дюшмена — разоблачить фабриканта перед всеми и не допустить появления его продуктов ни в одном месте из своего ресторанного гида.

 

Что мы узнаём о еде и о нас:

К французской комедии 1976 года подойдут все слова, которые запрещено писать и говорить приличным людям: коктейль, попурри, бурлеск и кэмп. Действительно, в то время как в Америке снимают кровавые неонуары, а в той же Франции Годар начинает прощаться с языком, Клод Зиди (который ещё осчастливит мир «Астериксом и Обеликсом») снимает фабричную и незамысловатую поделку об антиглобализме, зыбких традициях французской гастрономии и скрытой угрозе сетевых заведений.

«Крылышко или ножка»: Победа ресторанного критика над бесами капитализма в лице полуфабрикатов. Изображение № 4.

Трудности перевода

Год назад шеф-повар ДМИТРИЙ ЗОТОВ открыл в Москве собственный небольшой паб на проспекте Мира под названием «Крылышко или ножка». Место неплохое и всё бы ничего, но редакцию The Village до сих пор мучает один вопрос: почему
на английском название места звучит как Wing or Leg? Другого объяснения, кроме как халатное отношение к языку, мы найти
не можем, ведь название фильма на английском правильно
звучит The Wing or the Thigh, и кафе стоило назвать именно так. Лингвистически и анатомически корректно.

Ещё до того как фастфуд раскритиковали за использование субпродуктов вместо мяса и обвинили в ожирении целых поколений, под музыку самого легкомысленного композитора Владимира Косма Луи Де Фюнес и Колюш рассекают Францию со своей невидимой сверхмиссией — отобрать звёздочки у тех, кто позорит французскую кухню, и предостеречь потребителя от отвратительной еды. Все совпадения неслучайны, и дюшменовский путеводитель прямолинейно указывает на мишленовский.

Пусть это вас не смущает, в «Крылышке или ножке» много коньячного патриотизма и традиционной снисходительной ухмылки, с какой французские обыватели относятся ко всему американскому, особенно кухне. Чудес ждать не приходится: плавильный котёл на плите со списком дешёвых ингредиентов из заморозки — это не французский выбор середины 70-х (хотя сейчас, например, поесть во Франции хорошей французской кухни, зайдя с улицы, практически невозможно).

Забавно, но сама эта комедия осталась домашним продуктом на внутреннем рынке: популярнее, чем во Франции, она стала только в России, которая прохладно относится к штатам не только из-за бургеров. Блистательному де Фюнесу по привычке достался едва ли не лучший дубляж — именно благодаря ему в кинотеатрах десятилетиями с оглушительным успехом шёл «Фантомас» и полдюжины «Жандармов». То, что актёры Александр Клюквин и Владимир Кёнигсон делают с героем де Фюнеса и его интонациями, — чуть ли не самый жирный аргумент в пользу того, что дубляжи бывают удачнее оригинала. И пусть зрителям молодой России вряд ли были понятны манипуляции японского повара со слегка поджаренным тофу, барбекю и составом фруктовой тарелки, «Крылышко или ножка» стал вечной телеклассикой и триумфатором в стране, где многие не ели курицу вплоть до появления ножек Буша.

Меню

из японского ресторана в фильме «Крылышко или ножка», повар готовит на гриль-столе теппан

поджаренный
тофу

   

креветки
с устричным
соусом

   

говядина
с кабачками
и шампиньонами

Де Фюнесу в фильме уже 61 год, он играет свою последнюю суперпопулярную роль, а через семь лет его уже не будет на свете. Он выдаёт в фильме свои лучшие кривляния и повороты из slapstick comedy, переодевается в косуху, белую футболку, 501-е «ливайсы» и ковбойские сапоги, и от него действительно нельзя оторвать глаз.

Случайно или нарочно, потеря одного из пяти чувств была потом остроумно реализована в истории ещё одного великого комика Вуди Аллена — в «Голливудском финале»: там когда-то известный, но не самый великий ныне режиссёр слепнет и снимает кино, полагаясь только на переводчика с английского на китайский. Лиричная сюжетная линия про сына, который может перенять ремесло и сравниться с родителем (сына играет не самый известный французский комик Колюш), выглядит сентиментальной и обманчивой: очевидно, что и по сюжету сын-Дюшмен ни разу не отец, хоть и хороший малый, да и Франция 70-х гордо и с иронией, но ломается под американским гнётом во всём — от гастрономии до поп-культуры.

«Крылышко или ножка»: Победа ресторанного критика над бесами капитализма в лице полуфабрикатов. Изображение № 5.

Противостояние тонкого ценителя еды и фабричного гиганта полуфабрикатов, который через подмену еды отнимает у французов и их идентичность, — хоть и довольно прямолинейная ксенофобия, но не лишённая оснований. Компания «Трикотель» в фильме была списана с бизнеса создателя придорожных дайнеров на трассах Бенилюкса, в которых вместо жаркого в горшочках по матушкиному рецепту стали продавать неизбежные french fries, которые как известно, ни разу не френч.

По сюжету Дюшмен и его сын пробираются в секретный цех «Трикотеля», чтобы собрать образцы его чудовищных продуктов. Производство сильно спародировано, но при этом напоминает все кошмары о пищевом производстве (отнюдь не беспочвенные, скажу я вам как человек, проработавший одно лето на территории колбасного завода).

Изнутри бизнес могущественной фабрики выглядит так: листья салата печатают чуть ли не на 3D-принтере на такой крепкой синтетике, что их невозможно разорвать. Курица и рыба — это безликая масса из пресса, которая наваливается из одного котла на пластиковые куриные и рыбные косточки, а потом покрывается приятными красителями. Про пироги и консервы и рассказывать не буду: если они будут сделаны из человеческих трупов, никто не будет возражать.

Единственное, что происходит в фильме, чего действительно, к сожалению, пока не было в реальности: скромный критик побеждает бесов капитализма, поедая пирог с начинкой ножом и вилкой в парадном зале, а создателя марки «Трикотель» под гулкие аплодисменты в прямом эфире потчуют продуктами его же производства.