Основатель электронного проекта Moonbeam Павел Хвалеев уже несколько лет как переквалифицировался в режиссера: его последний фильм «Три» был отмечен на многих международных кинофестивалях, а недавно Хвалеев закончил съемки новой картины-антиутопии «Инволюция», в которой человечество подвергается обратной эволюции — и люди живут в хаосе агрессии, ведомые лишь животными инстинктами. Для того чтобы снять «Инволюцию», Хвалеев вместе со своей командой организовал краудфандинговую кампанию, которая стала не просто успешной, а поставила абсолютный рекорд «Планеты.ру» по скорости сбора средств в сфере кино, собрав необходимую сумму меньше чем за две недели. The Village пообщался с режиссером о том, как проходил процесс съемок и можно ли будет увидеть фильм в Нижнем Новгороде.

Съемки и фестивали

— Насколько известно, на сегодняшний день съемки фильма «Инволюция» уже завершены. Расскажите, как долго они проходили и почему в качестве страны съемок была выбрана именно Германия.

— Картину снимали 23 съемочных дня, растянувшихся на целых полгода: с декабря 2016-го по май 2017-го. Примерно равное количество времени мы находились в Берлине и Москве. Что касается выбора страны, мой близкий друг и по совместительству продюсер «Инволюции» Франк Эльрих — немец, поэтому мы, можно сказать, не выбирали, все так само сложилось. И плюс — Германия разнообразна. Например, Берлин мы выбрали из-за гранжевых лофтов и постапокалиптических строений, а во Франкфурте-на-Майне запечатлели, наоборот, очень футуристичные объекты. Нас так или иначе что-то всегда связывало именно с Германией, начиная со съемок фильма «Три».

— Вы собрали средства для съемки на краудфандинговой платформе за рекордное количество времени. Как вы думаете, почему так произошло? Людям близка идея фильма?

— На мой взгляд, их доверие в первую очередь вызвало качество увиденного трейлера, наша абсолютная прозрачность в финансовом вопросе и до мелочей продуманная экономика всего процесса. Каждый член команды работал за двоих-троих, отсюда и небольшие бюджеты — об этом мы говорили в нашей краудфандинговой кампании. Да и сама идея фильма нетривиальна. Тем более что такой вариант будущего совсем не исключен, по мнению одного из героев нашего фильма — реального историка и палеоантрополога Александра Ивановича Белова. Огромным плюсом также было приглашение актеров зарубежной школы, которые всегда авансом вызывают больше доверия в профессиональном плане.

— Почему вы выбрали именно жанр фильма-катастрофы? И как вы сами определяете главную идею фильма?

— «Инволюцию» нельзя назвать фильмом-катастрофой: слишком уж маленьким бюджетом мы располагали, скорее у нас получилась локальная история любви на фоне изменяющегося, деградирующего мира. Мы старались выдержать картину в арт-хаусной манере, не уходя в подражание мейнстримному Голливуду, тем более что изначально мы болели идеей отправить наш фильм на фестивали авторского кино, например «Санденс» или SXSW, а у них особенная специфика конкурсного отбора.

— Когда будет известно, отобрали ли фильм на «Санденс», и какие у вас дальнейшие планы относительно фестивальной судьбы картины?

— Несмотря на то что за 36 лет существования кинофестиваля «Санденс» в нем участвовал всего один фильм из России («Русалка» Анны Меликян) и наши шансы чрезвычайно малы, мы приняли решение отправить «Инволюцию» практически в последний день приема заявок, и ответ мы должны получить до 5 декабря. Что касается остальных, так как каждый крупный кинофестиваль борется за статус «мировой премьеры», мы выбрали десятку самых важных и наиболее подходящих по жанровым критериям фестивалей.

— Где и когда можно будет увидеть фильм в прокате? И главное, можно ли будет его увидеть в Нижнем Новгороде?

— Следуя правилам продвижения независимого кино, весь следующий год фильм будет путешествовать сначала по кинофестивалям и параллельно представляться на нескольких кинорынках. И уже от результатов, отзывов, рецензий и интереса со стороны международных дистрибьюторов будет зависеть, в каких странах фильм выйдет в прокате или же на цифровых платформах. В Нижнем Новгороде, возможно, мы сделаем закрытый предпоказ.

Сложности и будущее

— Что было самым сложным в работе над фильмом, а что — самым приятным?

— Сложным в итоге оказался постпродакшн, ведь сами съемки — довольно-таки веселый и приятный процесс, если не брать погодные испытания, которые мы преодолели. Наверное, память уже затерла какие-то стрессовые воспоминания, и сейчас остались только ностальгические. А вот постпродакшн — это отдельная процедура ежедневной изнурительной работы на протяжении полутора месяцев, без единого выходного, так как по традиции я самостоятельно работаю над графикой, цветокоррекцией и музыкой. Вместе с супругой Сашей Хвалеевой, которая занималась саунд-дизайном фильма, мы в рекордные сроки собрали самый сложный паззл в нашей жизни.

— Какие у вас идеи будущих фильмов?

— Идей накопилось много, но выбор одной из них всегда зависит от финансовых возможностей. У нас есть истории для малобюджетных авторских картин и даже для многосерийного фильма, но в ближайшем будущем приступим к написанию немного абстрактного сценария в стиле работ Терри Гиллиама, так как Саша его большая поклонница.

— Вы закрыли проект Moonbeam, но продолжаете заниматься музыкой, как вы всё успеваете?

— С закрытия Moonbeam ничего не изменилось, во времена существования группы я снимал фильмы «Рандом», «Три» и успевал писать музыку. Поэтому, как только закончу технические доработки «Инволюции», сразу же сяду за написание новой музыки для нескольких своих музыкальных проектов. Вообще, когда надолго отлучаешься от музыки, то, садясь, понимаешь, сколько же идей и вдохновения ждали творческого выплеска.


Фотографии: Обложка, 1-2, 5-6 – Мария Пушкова, 3-4 – Любовь Игнатушко