Редакция The Village заметила, что наших читателей интересует не только городская жизнь, мода, еда или планы на выходные. Нередко в нашем комьюнити обсуждают и сложные этические проблемы. Мы не оставили это без внимания и решили запустить новую рубрику — с этой недели The Village будет отвечать на противоречивые вопросы с помощью экспертов. Для первого выпуска тему мы выбрали сами, но в комментариях к материалу будем рады видеть волнующие вас вопросы.

На этой неделе в интернете активно обсуждают часы пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова. Оппозиционер Алексей Навальный заметил их на фото со свадьбы чиновника и выяснил, что стоимость аксессуара — 37 миллионов рублей. Однако согласно официальной декларации, Песков заработал за 2014 год чуть более 9 миллионов рублей. Сам чиновник утверждает, что часы — подарок его новой супруги Татьяны Навки. Она же, в свою очередь, говорит, что аксессуар стоит существенно дешевле. The Village спросил у экспертов в области этики, борьбы с коррупцией и социологии, этично ли представителю власти в России демонстрировать своё выдающееся благосостояние. 

   

 Этично ли чиновнику демонстрировать своё выдающееся благосостояние?. Изображение № 1.

Антон Поминов

генеральный директор «Трансперенси Интернешнл Россия»

В этом вопросе есть два подхода: западный и восточный. Западный заключается в том, что все государственные деятели — наши слуги, мы их нанимаем, чтобы они на нас работали, такова теория общественного договора. Восточный подход предполагает, что представитель властной элиты демонстрирует своим подданным, кто здесь царь горы и что он может. Если сотрудники управления внутренней политики катаются на чёрных джипах, начальник должен ездить на двух чёрных джипах, а самый большой начальник — носить часы за 600 тысяч евро.

У меня есть ощущение, что российская элита выбирает восточный подход: нужно показывать свою состоятельность. На мнение дорогих россиян им наплевать, дорогие россияне — это, как известно, не они сами, не их жены и дети. При этом чиновникам важно, что думают такие же, как они. И, на мой взгляд, представители российской элиты всё больше отрываются от реальности. Забавный факт: несколько лет назад на конференции в Высшей школе экономики один из выступающих доказал, что чем губернатор беднее, тем выше процент «Единой России» на выборах в его регионе. Объяснил он это так: показать свою бедность в декларациях — это особый шик. Это могут позволить себе только самые приближённые, например Рамзан Кадыров. Он на бумаге беден как церковная мышь. Тем самым чиновник демонстрирует истеблишменту, что его не тронут: я особо крутой, я скажу, что у меня ничего нет, и попробуйте что-нибудь мне сделайте.

Не знаю, изменится ли что-то после скандала с Песковым. Может, им запретят носить дорогие часы и они начнут покупать картины. Это будет хотя бы непубличная демонстрация благосостояния. Весной я был в Эрмитаже на выставке парадных нарядов придворных российских царей. Наряды были сопоставимы с часами Пескова. Чем закончилась история царской России, всем известно.  

   

 Этично ли чиновнику демонстрировать своё выдающееся благосостояние?. Изображение № 2.

Наталья Зоркая

ведущий научный сотрудник «Левада-Центра»

По данным «Левада-Центра», 70 % россиян считают, что в России нельзя честно зарабатывать миллионы рублей, и лишь 20 % думают, что это возможно. 47 % отрицательно относятся к тому, что в стране появились люди, легально получающие миллионы, и не верят, что такие средства можно заработать честно. 30 % относятся к этому явлению положительно, если средства получены честно, но 8 % опрошенных против таких денег, даже если они заработаны без нарушения закона. 60 % опрошенных россиян называют допустимым неравенство доходов, если разрыв между бедными и богатыми не слишком велик.

Россияне в принципе относятся к богатству негативно, и эта позиция не меняется последние 15 лет. В постсоветское время так и не сформировалось новое, положительное понимание успеха. Благосостояние вызывает зависть, ведь большая часть населения зависит от государства, занята в госсекторе, а доля тех, кто зарабатывает самостоятельно, не так велика. Эти люди раздражают — большинство считает, что они обеспечили себя нечестным путём. Но эта позиция лукавая: россияне понимают, что сфера бизнеса так зарегулирована, что почти все её активные участники вынуждены нарушать правила игры, тем более что само государство играет не по правилам. При этом большая часть населения не готова рисковать и как-либо менять своё положение. Она придерживается планки, которая позволяет выживать и скромно обустраивать свой быт, а всё, что выше, вызывает раздражение. Человек говорит себе: любой успех связан с нарушением закона, а я в этом участвовать не хочу. Так он оправдывает собственное бездействие.

 

Озлобленность на чиновников очень высокая, но неготовность сопротивляться и протестовать против их действий тоже высока 

 

На чиновников такое раздражение распространяется особенно, потому что россияне чувствуют свою зависимость от них. В общественном сознании есть устойчивое мнение, что высшее руководство России и бюрократия коррумпированы вплоть до высшего лица. О нём сейчас стали отвечать осторожнее, но значительная часть — порядка 30 % — считает, что так или иначе в стране всё происходит либо при попустительстве, либо при участии высшего правителя. Поэтому любая демонстрация благосостояния, недостижимого для большинства, со стороны представителей власти вызывает негативную реакцию.

При этом люди не готовы предпринимать что-либо против этого. Озлобленность на чиновников очень высокая, но неготовность сопротивляться и протестовать против их действий тоже высока. Это хорошо проявилось на примере Украины: изначально большинство понимало, что жители соседней страны протестуют против коррумпированного режима, но страх потерять то небольшое, что есть, и страх изменений под давлением пропаганды блокировали солидарность с Украиной. Очень быстро люди приняли другую, примитивную конструкцию объяснения происходящего: во всём виноват Запад. Так что в последнее время под давлением воинствующей агрессивной риторики недовольство своим материальным статусом немного притупилось, но никуда не делось и обязательно вылезет снова.  

   

 Этично ли чиновнику демонстрировать своё выдающееся благосостояние?. Изображение № 3.

Алексей Скворцов

доцент кафедры этики философского факультета МГУ имени Ломоносова

Деятельность чиновников регулируют в России особые законы, но они практически не касаются морального облика представителя власти. Во многих странах публичное поведение регламентируют этические кодексы. С недавнего времени такие документы появляются и у нас. Так, в конце 2010 года был принят «Типовой кодекс этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих». Слово «типовой» означает, что на основании этого документа федеральные и региональные органы власти могут принимать свои кодексы, с поправкой на специфику их деятельности. Но, во-первых, этот кодекс касается не всех представителей власти (например, он не затрагивает деятельность депутатов всех уровней), а во-вторых, в нём ничего не говорится о мере скромности в публичном поведении. Указывается только, что служащий должен иметь «безупречную репутацию», а внешний вид — «соответствовать общепринятому деловому стилю». Если бы мы хотели иметь чёткое этическое регулирование в этом вопросе, следовало бы принять особый регламент, в котором было бы записано, что чиновник такого-то уровня не должен, например, давать интервью в костюме дороже такой-то суммы, передвигаться на автомобиле дороже такой-то суммы, выходить из дома со смартфоном дороже такой-то суммы — и так далее. Но такого регламента нет, а значит, и нет соответствующих обязанностей. 

 

Государственная служба в России — одна из самых престижных и прибыльных сфер деятельности 

 

Если говорить о содержательно-нравственной стороне вопроса, важно вспомнить об обществах, которые особо культивируют трудовую мораль, предполагающую скромность в поведении и осуждающую демонстрацию роскоши. Классические примеры таких обществ — это Германия и Китай. Такой же была общественная мораль в Советском Союзе. Но в современном российском обществе закрепился не культ труда, а, скорее, наоборот — культ потребления и беззаботной жизни, выражением которой является роскошь. В этом плане поведение некоторых представителей власти соответствует типовому образу преуспевающего человека и, более того, соответствует ожиданию обычного телезрителя: «если власть, значит, богатство». Государственная служба в России — одна из самых престижных и прибыльных сфер деятельности. Официально, без всяких намёков на коррупцию, доходы чиновников в среднем значительно превышают доходы тех слоёв населения, которые принято называть «бюджетниками». Кроме того, они не меньше доходов работников малого и среднего бизнеса. Поэтому естественно, что человек, имеющий высокую зарплату, может позволить себе дорогие вещи, недоступные большинству населения. Ничего прямо морально предосудительного в этом нет. Кстати, упомянутый в этическом кодексе «деловой стиль» также стоит достаточно дорого.

Другое дело, если мы ставим вопрос: этично ли демонстрировать выдающееся благосостояние? Здесь, конечно, появляются серьёзные моральные риски. Особенно если учитывать, что в сознании абсолютного большинства граждан нашей страны сложился имидж власти как закрытой касты, которая живёт своей жизнью и руководствуется своими интересами. В этом контексте демонстрация роскоши только усиливает негативный образ власти и окончательно подрывает к ней доверие. Скорее, должен всячески подчёркиваться иной имидж деятельности представителя власти как тяжёлого, самоотверженного труда, который требует от многого отказываться. А высокие доходы чиновника — это благодарность за его каторжную, но продуктивную работу во благо общества.

Мне кажется, российская власть поступила бы правильно, если бы запретила чиновникам демонстрировать в СМИ и социальных сетях видео- и фотоматериалы, касающиеся их частной жизни. Особенно это важно в условиях кризиса, который грозит новой волной социального расслоения. Так что я бы не хотел называть демонстрацию благосостояния со стороны чиновников чем-то неэтичным и аморальным. Правильнее было бы сказать, что это крайне морально сомнительно и опасно.  

   

ИЛЛЮСТРАЦИя: Оля Волк