26 сентября компания SocialDataHub запустила сервис «Родительский контроль», который позволяет родителям следить за активностью своих детей в интернете. За 150 рублей в месяц сервис будет анализировать публикации, лайки, подписки и комментарии ребенка во всех социальных сетях. Если ребенок интересуется оружием, наркотиками, самоубийствами или пишет комментарии экстремистской и фашистской направленности, а также если у ребенка в друзьях появились «сомнительные взрослые люди», то родителям придет соответствующее уведомление.

Владелец сервиса Артур Хачуян в разговоре с The Village подчеркнул, что программа анализирует исключительно открытую информацию и не нарушает российское законодательство. Она не имеет доступа к личной переписке и геоперемещению. В качестве примеров, когда родителям придут уведомления, Хачуян приводит лайк ребенка к посту Тесака, комментарий в группе националистов, добавление в друзья к девочке взрослого мужчины, который «лайкает детское порно». Если у ребенка изменилась модель поведения и он начал чаще смотреть фотографии детей противоположного пола, то сервис сообщит родителю, что с ребенком нужно поговорить про секс.

За день на сайте сервиса зарегистрировались 2,5 тысячи человек. Все прошли проверку и подтвердили, что они подлинные родители. У родителей проверили дату регистрации в соцсети, «не чистил ли аккаунт, не удалял ли, не менял ли он свою модель поведения». Также изучили фотографии и публикации родителей, после чего потенциальных клиентов пробили по базе судопроизводства.

Несмотря на законность, сервис вызывает вопросы, в первую очередь этические. The Village пообщался с экспертами и узнал, правильно ли, по их мнению, тайно контролировать своих детей в интернете и не подрывает ли это доверия между родителями и детьми.


Артур Хачуян

генеральный директор компании SocialDataHub, преподаватель ВШЭ

Мы не агитируем родителей следить за детьми, мы предоставляем им инструмент. И тем более не агитируем что-то запрещать. Решение всегда принимает родитель.

Я выступаю за диалог и считаю, что нужно говорить и быть крайне осторожным с запретом чего-либо ребенку. Если бы мне в детстве что-то запретили, я бы специально это делал. Но сейчас я придерживаюсь принципа «доверяй, но проверяй». Если я, например, узнаю, что мой ребенок пишет в интернете про превосходство белой расы, я ему, конечно, не скажу прямо, что слежу за его аккаунтом. Я аккуратно спрошу, как он, например, относится к ку-клукс-клану.

Если мамашка не спалится, то ребенок никак не узнает, что за ним следят. Родитель не должен говорить ребенку: «Даня, ты сегодня сделал три публикации в инстаграме — ты почему в них матом ругаешься?» Речь о другом. Например, родители будут получать от сервиса такие СМС: «Валентина Сергеевна, а вы в курсе, что ваш сын — правый националист и завтра собирается на рейд выкапывать могилы, трахать трупы и так далее?» Я искренне считаю, что в таких случаях нужно предупредить мамку с папкой.


Александр Покрышкин

детский психолог

Эта программа — мечта многих поколений родителей, ведь плохие компании, с которыми общаются дети и которые смущают родителей, были всегда. Сервис позволяет уберечь ребенка от опасности, и это здорово.

Другое дело, что мы все-таки следим за ребенком, и это не может не влиять на наши отношения. Мы серьезно вторгаемся во внутренний мир ребенка, и это не очень этично. Стремление родителей уберечь своих детей может привести к тому, что их отношения усложнятся. Одно дело, если ребенок сам расскажет о том, что вступил в националистическую группу. Это отчасти означает, что он готов услышать нас и ему важно наше мнение. А если мы вторгаемся без его ведома, то ребенок в очередной раз убедится, что взрослым нельзя доверять. К тому же повлиять мы в этом случае ни на что не можем: если у ребенка есть интерес к определенным группам, он все равно обойдет программу: например, возьмет телефон у одноклассника.


Мария Шаталина

редактор разделов «Дети» и «Дом» на The Village

В семьях, где родители решаются на подобную слежку, речь о доверии не идет. А как можно подорвать то, чего нет? Я не контролирую активность детей (моему сыну 16 лет, а дочери 12) в соцсетях. Мне достаточно того, что мы друг у друга в друзьях — я вижу их статусы, новые фотографии и комментарии их друзей. Да, пару раз я попадала на контент, не предназначенный для родительских глаз, но не реагировала бурно, хотя и не скрывала, что увидела. На вопрос, как дети отнесутся к тому, что мы с мужем будем использовать подобный сервис, старший ответил, что перестал бы нам доверять, а младшая — что каждый человек имеет право на личную жизнь.

Интернет опасен — это факт, и The Village писал об этом отдельный большой материал. Меры могут быть только превентивными: установленный «родительский контроль» и простые правила общения с незнакомыми в интернете, которым необходимо научить детей. А дальше — постоянный диалог, общение на равных, уважение личных границ каждого — только так вы будете знать первым, что и как происходит с вашим сыном или дочерью.


Юлия Казачкова

педагог-психолог Ломоносовской школы

Сейчас информационное поле очень разнообразно и местами зловредно, поэтому хорошо, когда есть возможность уберечь свое чадо. Если вы получаете информацию о том, что происходит в Сети, это не означает, что вы нарушаете личное пространство ребенка.

Программа — благо, и навредить она не может. Навредить может только реакция родителей на какую-либо информацию. Из-за слежки может возникнуть кризис в отношениях, но здесь дело не в сервисе. Если родитель в принципе склонен контролировать своего ребенка и вторгаться в его личное пространство, то программа ему мало поможет, потому что родитель наверняка уже нашел другие способы контроля.

В годы моей молодости не было интернета, и родитель мог следить за своим ребенком из окна, а сейчас надо узнавать, что происходит с детьми, другими способами.