Views Comments Comments Previous Next Clock Clock Location Location
Румянец национализма: «Я сфотографировалась в платке и стала символом славянской чистоты»

Румянец национализма: «Я сфотографировалась в платке и стала символом славянской чистоты»

История москвички, обнаружившей свое фото в неожиданном контексте

Гром в раю: Как я пережил ракетную тревогу на Гавайях

Гром в раю: Как я пережил ракетную тревогу на Гавайях

Москвич оказался на острове Мауи во время ошибочного оповещения о баллистической атаке

«Я кормлю бездомных на московских вокзалах»

«Я кормлю бездомных на московских вокзалах»

Московские активистки рассказали о нежелании идти в большие благотворительные фонды и о том, почему бездомные удобны государству

«Спортсмены выглядят лучше, чем сыроеды»

«Спортсмены выглядят лучше, чем сыроеды»

Бывшие сыроеды — о том, почему они вернулись к обычному питанию

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Как встречают Новый год в плацкарте, самолете и на трассе

Истории людей, отмечающих праздник в необычных условиях

«Я шесть лет не покупаю одежду»

«Я шесть лет не покупаю одежду»

«Я шесть лет не покупаю одежду»

«Я шесть лет не покупаю одежду»

Преподавательница и художница Дарья Апахончич о том, почему одежда — «это досадное недоразумение нашей экологической ветви»

«Я живу с деструкцией стекловидного тела»

«Я живу с деструкцией стекловидного тела»

Каково видеть мушки всегда и почему мои глаза стареют быстрее, чем я сам

«Мой босс потребовал от меня скрывать, что я гей»

«Мой босс потребовал от меня скрывать, что я гей»

История Романа Гауза, столкнувшегося с неприкрытой гомофобией в трех рекламных агентствах подряд

«У меня свой катер в Петербурге»

«У меня свой катер в Петербурге»

«У меня свой катер в Петербурге»

«У меня свой катер в Петербурге»

Куратор проекта «Порт Севкабель» Алексей Онацко — о настоящем и будущем частных лодок в городе

«Я уехал жить в Арктику»

«Я уехал жить в Арктику»

«Я уехал жить в Арктику»

«Я уехал жить в Арктику»

Москвич, переехавший в Арктику, рассказал, почему здесь нельзя пить больше двух литров алкоголя за раз и запрещено гулять без оружия

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Alex Terrible: «Я — звезда deathcore, но дома обо мне не знают»

Экстремальный вокалист из уральского поселка — о туре по США, миллионах просмотров на YouTube и искусстве гроулинга

«Мой гендер — это мой крест»

«Мой гендер — это мой крест»

«Мой гендер — это мой крест»

«Мой гендер — это мой крест»

Квир и ЛГБТ-активист — о поисках себя в религии, сектантстве и протесте

Как я наблюдал за референдумом в Каталонии

Как я наблюдал за референдумом в Каталонии

«Это было массовое выражение гласности, нам о таком уровне только мечтать»

«Я провела бактериальный анализ московских икон»

«Я провела бактериальный анализ московских икон»

Студентка «Британки» — о диалоге науки и искусства в России и патогенных микроорганизмах, живущих в церквях

Как редактор The Village стала депутатом

Как редактор The Village стала депутатом

«Видя мужчину в трусах, надо продолжать без стеснения рассказывать, как работает Совет депутатов»

История обманутой дольщицы, которая три года боролась за свой дом

История обманутой дольщицы, которая три года боролась за свой дом

Алла Андреева, лидер обманутых дольщиков в Петербурге — о том, как однокомнатная квартира в новостройке изменила ее судьбу

Рубрики