Материал предназначен для лиц старше 18 лет


Ему 25 лет, он никогда не был женщиной и всегда пытался это доказать формально. Одни люди привыкли к гендерным стереотипам, другие выступают за стирание границ, а третьим приходится бороться со своей исключительностью и стремиться к недостижимой норме. Вписаться в общество сложно, но можно, несмотря на отсутствие законодательной процедуры. Интернет формирует ложное впечатление, что трансгендеры — извращенцы, порноактеры, позеры и вообще много себе позволяют, но это не всегда так: просто встроившихся мы не видим.

Российское законодательство практически ничего не говорит о смене пола, но предлагает делать это так: сначала делать операцию, потом менять документы. С одной стороны, это верно: сначала меняется реальное положение дел, потом формальное. Чтобы не было мошенников, передумавших идти к хирургу с новым паспортом, нужно обязать людей сменить пол хирургическим путем, если они так уверены в своем желании. С другой стороны, смена паспорта только после операции вынуждает человека ложиться под нож и оперировать хрупкие органы. Не смена документов следует за сменой пола, а смена пола вынуждена подчиняться потребности в смене документов. Человек выглядит как мужчина и является мужчиной, но имеет женский паспорт. Чтобы уладить противоречие, ему недостаточно просто сменить документ — нужно обязательно вырезать себе половые органы.

Никита, как и многие другие трансгендеры, не хочет делать нижнюю операцию. Он не нашел в России подобной законодательной практики и создал свой прецедент.

The Village поговорил с ним о том, что определяет человека как мужчину.

Об осознании себя

Меня с детства раздражало обращение ко мне в женском роде. Бесила вся филология: глаголы, местоимения, притяжательные, прилагательные. Даже в бессознательном возрасте я наотрез отказывался носить платья. Наверное, это выглядело нормально: есть девочки, которые любят штаны и машинки, потом они вырастают в женщин, которые предпочитают спорт, а не салоны красоты. Мне было интересно с мальчиками, и я хотел быть равным им. То есть я и был равным: мы прыгали по гаражам, я даже был лидером в наших играх. Но с самого начала что-то было не так: я не воспринимал себя девочкой.

Все хотели видеть меня в юбочке, и я попробовал соответствовать этому. Стал носить платья одноклассницам на радость, они твердили, что мне идет. Как-то раз я устроил серьезный опыт принятия себя. У меня почти не было женской одежды, все больше рубашки и штаны. Я что-то взял у мамы, оделся по-женски и пошел гулять. Лето, на мне топ с вульгарным декольте и легкомысленная юбочка, еще не прошла сильная ангина и нет голоса. Иду я по Московскому вокзалу, навстречу — мужик бомжеватого вида. И в его глазах четко видно: «Хочу!» Я от него — он ко мне, я шаг в сторону — он туда же. И тут я своим осипшим голосом говорю ему: “Мужик, отвали”. Мне было забавно, что у меня женская внешность, и в тот момент я почувствовал все: это не я.

Ненадолго меня хватило с юбками, вернулся к своим гриндерам и джинсам.

В старших классах со мной случилась драматичная история, любовный треугольник. В меня влюбились две подруги, а я — в одну из них. Было так тяжело оттого, что нельзя ей признаться. Сейчас я могу говорить открыто, а тогда — нет, конечно. Задолго до гормональной терапии у меня были только догадки о себе. Однажды у нас случился шуточный разговор с той подругой, которая была влюблена в меня: мол, где-то в далеком Таиланде делают операции, ты сможешь стать мужчиной, и мы будем счастливы вместе. Да, это здорово, конечно, но уродов же из людей делают. Я долго думал с ужасом о подобных операциях, не видел хороших примеров.

Это Никита

Однажды я примерил на себя, каково это быть мужчиной. Знакомая пригласила в поездку с ней в заповедник, где группа людей изучает животных, считает следы на снегу и ведет учет популяции. Мы поговорили перед этим, приехали, и она представила меня: «Это Никита». Я подумал: «Окей, пусть будет Никита». Тогда пути назад не было, но лишь в одной компании. Когда тебя зовут по-другому — это уход в зазеркалье, и я захотел вернуться туда. Меня так называли, потому что так должно быть. Впервые новое имя появилось в декабре, затем в январе меня представили Никитой еще в одной компании. Я крепко задумался и уже в марте решился на гормонотерапию.

О гормонах

Интернет рассказал мне все: как живут такие люди в Америке, как они выбираются из этой ситуации. Не представляю, как раньше люди сами доходили до таких решений, когда не было информации — никак, наверное. Я посмотрел форумы, спросил у людей, что и где они покупают, мне рассказали про аптеки в Москве. Мне нужен был омнадрен. Отметил на карте несколько точек, буквально в первой же, где-то около МИДа, купил пять пачек — запас на год. Я не ждал медицинских подтверждений того, что у меня трансгендерность, начал колоть гормоны нелегально. Мне было 20 лет.

Гормонотерапия начинает действовать уже со второго дня. Сначала меняется чувствительность половых органов. Яичники перестают работать, сдувается грудь, увеличивается клитор. Первые три месяца это дико болезненно, потому что изменение происходит очень неравномерно. Не знаю, как описать это биологически — как будто крайняя плоть вырастает позже, чем увеличивается клитор. Моя мама разводит мейнкунов, у них так же: у котят сначала вырастают задние лапы, а передние остаются маленькими, и в детстве они похожи на кроликов. Странное сравнение половых органов с котятами, конечно, но биология вообще хитрая штука.

Пока ты колешь гормоны, женский организм не работает, если перестанешь — вернется на свое место.
Мужская половая система «одноразовая»: после гормонотерапии происходит необратимая кастрация

Смена голоса занимает около полугода. Постепенно перераспределяется жир — уходит с бедер и из груди. Вместо женского животика может вырасти мужское пузо, зато никогда не будет целлюлита. Меняется форма лица, начинают расти волосы. Пока ты колешь гормоны, женский организм не работает, если перестанешь — вернется на свое место. Мужская половая система «одноразовая»: после гормонотерапии происходит необратимая кастрация. Яички усохли, и до свидания. Это как будто подтверждает, что мужчины для эволюции, а женщины — для стабильности, приспособятся к любым изменениям. В отличие от хрупкой мужской половой системы женская очень подвижна. Для меня это пожизненная терапия.

Сейчас я в откате, не колю гормоны и не в лучшей форме. Смотрю иногда на себя в зеркало и думаю: «Обабился ты, плохо». Не мог себе позволить купить препарат — меня кинули на работе, и еще цены сильно взлетели из-за доллара. Раньше пять ампул стоили 500 рублей и, говорят, государство выкупало 80 % их стоимости. Сейчас одна ампула стоит 800 рублей. Чтобы функционировать нормально, мне нужно хотя бы две штуки в месяц. Организму требуются высокие дозы, он быстро перерабатывает тестостерон, и уровень может упасть. Да, у меня совсем не было денег из-за подставы с работой на стройке, даже на две ампулы в месяц. Подрядчик взял оплату от заказчика и не передал ее нам. Я остался без оклада и подставил свою бригаду, не заплатил ребятам. Полное дно, сидел после этого месяц и смотрел в потолок, стыдно и плохо. Самооценка упала ниже нуля. Сейчас я начал работать, вот сегодня сделал первый укол, скоро все придет в норму.

Любопытно, что до отката я думал, что ПМС — это женская блажь. У меня такого не было, а теперь я вдруг стал чувствовать каждый месяц. Ровно неделю мне кажется, что все плохо, люди ужасны, жизнь на нуле. Я смотрю на себя со стороны и думаю: эй, парень, а не близится ли просто тот день? Ну да, говорю себе, жизнь говно, у тебя депрессия, но это просто из-за гормонов. Как женщины это терпят вообще.

О комиссии

Некоторые люди делают справку быстро, за полгода. Я же, как путный человек, выбрал долгий способ и сделал все по правилам. Хотя у нас нет правил. Законы не запрещают смену пола и не описывают, как это делать легально. Мы оказываемся вне закона. Источников информации много, но они недостоверны. Раньше 21 года вроде бы нельзя получить справку о том, что ты трансгендер. Мне было 19, и я решил встать на учет заранее — нужно наблюдаться у психиатра два года. Поехал на комиссию в Питер, почему-то что решил, что там лучше. Можно было сделать это в нижегородском Ляхово, но я тогда этого не знал.

Когда я приехал на комиссию, я уже выглядел мужчиной. Я был один такой — вокруг сидели люди неопределенного пола. Негативно отношусь к таким недоваренным существам, они меня смущают. Рядом сидел гламурный парень, кидал на меня такие взгляды жаркие — ему было любопытно, почему это я так хорошо выгляжу здесь.

Перед комиссией был тест с забавными вопросами — нарисуй несуществующее животное, выбери цвет. Проходишь его, потом через полгода приглашают на комиссию. Если у тебя нет шизофрении, то это быстрая процедура. Через пару дней дали справку. Мне подтвердили, что у меня трансгендерность, и с этого момента я мог легально покупать гормоны, делать операцию и менять документы.

О смене документов

Я выгляжу как мужчина, меня зовут Никита, но в моем паспорте другой человек. Когда я предъявлял его, мне говорили: «Да вы что, издеваетесь, что ли?» Мне приходилось показывать родинку на шее, рассказывать, что и такое бывает. Я старался не пользоваться паспортом. Это большой геморрой: не поехать на поезде, не устроиться на работу. Ездил только на автобусах между городами. В некоторых местах требуется хотя бы ксерокопия паспорта. Моя девушка хорошо фотошопит, и мы сделали поддельную копию. Она сфотографировала меня, как будто мне 14 лет, написала, что я Никита. И это прокатывало. Вообще говоря, я все мог делать и по своему паспорту, это зависело только от моего желания объяснять ситуацию.

Сначала ты режешь свое тело, потом получаешь документы об этом. Меня вынуждали ложиться под нож

Смена документов выглядит так: ты приходишь в ЗАГС, говоришь о потребности в смене пола, предъявляешь справку от врача. Они говорят либо «окей», либо «идите в суд». Документы меняют на основании решения суда. Не могу сказать, что у нас ужасное правительство и бюрократия, если ты хочешь — ты можешь все это быстро сделать. Проблема только в том, что в ЗАГСе нужно предъявить справку о сделанной операции. Сначала ты режешь свое тело, потом получаешь документы об этом. В Америке наоборот: сначала паспорт, потом операция. Меня вынуждали ложиться под нож.

Я задумался об операции. Резаться в России за небольшие деньги мне не хотелось, а за большие и качественно в другой стране я был не готов. Думал-думал и решил: почему бы не стать бунтарем? Да, у нас отказывают в смене паспорта без операции. Но если вдруг ты не можешь выдержать наркоз или есть какие-то противопоказания, тебе что, закрыт путь к нормальной жизни? Заставлять делать хирургию — это ущемление прав человека. Я поискал и нашел организацию «ТрансПраво».

Мы не знали о случаях смены пола в России без операции, но такие примеры нашлись в Великобритании и еще где-то. Я хотел сменить пол только на основании гормонотерапии. Долго не получалось найти специалиста по гормонам, который бы разбирался не только в щитовидке и имел необходимые знания о трансгендерности. Нашел компетентную транс-френдли-женщину в Москве, пришлось ездить к ней несколько раз ради одной бумажки. Объяснил так: я уже мужчина и никуда не денусь, помогите это подтвердить, чтобы не создавать проблем ни мне, ни государству. Она отнеслась с пониманием и выдала справку такого содержания:

«Пациентка такая-то имеет диагноз F64, находится на гормональной терапии, вследствие которой произошла гормональная смена пола. Данные изменения самостоятельно необратимы, рекомендована смена паспортного пола с женского на мужской. Рекомендация основана на приказе Минздрава № 311, по которому “общепринятой радикальной мерой при транссексуализме является психосоциальная адаптация пациента в осознаваемом им поле”. Такая адаптация предполагает смену гормонального и ПАСПОРТНОГО пола».

Так и выделила заглавными: «паспортного».

ЗАГС не одобрил форму, мы два раза переписывали, затем я успешно подал иск. Мне посоветовали написать в заявлении, что отсутствие утвержденной формы не является основанием для отказа, что прецеденты смены документов без операции были в других странах, что я сейчас живу как будто с поддельным паспортом и что принуждение к хирургии — это нарушение прав человека. Мне повезло, судья попался адекватный и пообещал не портить мою жизнь. Если в другом городе кто-то захочет сменить документы без операции — теперь он сможет использовать мой прецедент. С решением суда я, довольный, пошел в ЗАГС. В ЗАГСе мне сначала выдали свидетельство о рождении, я изменил имя и взял девичью фамилию матери. Потом поменял в паспорте имя на мужское, а потом еще раз поменял его и сменил отчество. Я не знаю своего биологического отца с трех лет и указал имя человека, который меня воспитывал — любовь всей жизни моей мамы. Думаю, что это справедливо. Потом пришлось менять все остальные документы — СНИЛС, ИНН, с этим не было проблем, людям со стопками бумаг все равно. Сложнее менять аттестат — во-первых, нужно ждать общего потока до июля, а во-вторых, нужно объяснять директору школы, мол, помните такую девочку — не было такой девочки.

Я ощущал себя революционером: первый человек в России, который сменил пол без операции. На днях оказалось, что не первый, не все так плохо, были еще прецеденты. Но те люди привлекали адвокатов, долго судились. У меня все получилось гладко.

О военном билете

Когда я сменил паспорт, мне понадобился военный билет. Неприятная история. Я пошел в военкомат, врач посмотрел на меня через очки и говорит: «Ну, наверное, вы должны сделать себе искусственную мошонку…» Я хотел ему ответить, что мошонка не определяет меня как личность, но он бы, похоже, отправил меня в дурку за такое. Я не годен к службе по зрению, но моя категория должна определяться психологическим «заболеванием» F64. Мне бы не хотелось, чтобы в моих документах оставался след об этом, не хочу каждый раз трясти бумажкой о том, что я менял биологический пол. Я хочу закончить эту историю и забыть обо всем. Сейчас разбираюсь, что можно сделать. Говорят, что трансгендерность в следующем году могут вычеркнуть из списка психологических заболеваний. Я бы не хотел, чтобы на меня вешали клеймо психа.

Об отсутствии чуда

Многие думают, что есть один волшебный момент, когда ты сменил пол. Но это не то же самое, как волосы в голубой покрасить. Во-первых, нельзя стать мужчиной: я всегда был мужчиной, и мне требовалась коррекция биологического пола. Причем коррекция не в полном смысле, без искусственной мошонки. Во-вторых, оказалось, что это более долгий процесс адаптации себя и общества по отношению к себе. Сначала ты зацикливаешься на своем теле, потом думаешь, что ты выпил волшебного зелья, и все будет хорошо, но этого не происходит.

Нельзя моментально стать мужчиной. Когда ты постарался и тебя начинают расценивать как мужчину, появляются другие проблемы: ты сам перестаешь воспринимать себя мужчиной. Оказывается, что у тебя нет очень многого, что есть у обычного парня. Мне нужна нормальная работа. Я знаю, что такое зарабатывать 70–80 тысяч в месяц или 300 рублей в день, и теперь я хочу зарабатывать хорошо. Грустно, что при всем моем желании меня не возьмут в армию. Если бы я мог отмотать все назад и родиться нормальным, я бы, может, пошел в военно-морской флот. Мне хочется функционировать в обществе как мужчина — самоутвердиться. Речь не о соответствии стереотипам, шаблоны грубого, брутального и быдловатого мужика не для меня. Это сложный вопрос, что значит мужественность. Она не только во внешнем, но и в социальном.

О чужом восприятии

Есть три группы людей: адекватные, жалостливые и неадекватные. Это нормальное человеческое восприятие: когда тебе показывают по телевизору странных людей, ты думаешь — вот же они психи, зря себя калечат. Я правда считаю, что таких людей, как я, должно быть меньше. Нельзя назвать это неправильным, это просто есть, как дети с ДЦП — и я хочу, чтобы и их, и нас было меньше. Трансгендеров убивают иногда, есть даже день памяти. Они часто сталкиваются с жестокостью вплоть до физического насилия. Хотя мне не встречались совсем неадекватные, больше жалостливые. Про меня однажды писали статью, она получилась посредственная, но с большой симпатией. Я понял, что обычные люди эту тему освещать не могут. Для всех кажется, что это выбор: захотел и сменил. Но это не выбор, это так и было сразу. Я не менял пол, я всегда был мужчиной. Нельзя говорить «когда он был женщиной», такие люди никогда не были женщинами. На мою маму произвел впечатление один фильм, после которого она приняла меня. Наверное, это единственный случай, когда в кино все показали красиво и правдиво. Конечно, без слезовыжималок не обошлось. Стандартный сюжет: исламскую девушку не понимают родные, ей тяжело, она страдает и не понимает сама себя, вокруг консерватизм. Мама прониклась, позвонила мне в слезах и сказала: «Прости меня, пожалуйста, я наконец осознала твои проблемы».

Моя бабушка в Москве — кандидат астрофизики, но так и не смогла меня понять. До сих пор обращается ко мне в женском роде

Честно говоря, не люблю, когда рассказывают о том, как мы страдаем. Ну да, гомосексуалистов, говорят, убивают в Чечне — значит, кому-то нужны эти слезы. И так понятно, что им тяжело с самими собой. Моя бабушка в Москве — кандидат астрофизики, пишет статьи на английском и французском, но так и не смогла меня понять. Мне кажется, даже и не пыталась. До сих пор обращается ко мне в женском роде.

О показном

Я часто вижу m2f, то есть женщин из мужского тела. Они зачастую гипертрофированно женственны. В обществе, похоже, преувеличенные представления о женской сексуальности. Может быть, я сужу только по тому, что видел на YouTube. Одни хотят жить напоказ, а другие, наоборот, спрятаться.

Сейчас у меня проблема в общении с мужчинами. Я ужасно не люблю, когда мужчины ведут себя не по-мужски. Например, у меня был коллега, типичный шкаф с района. Мы заботились о животных — ненапряжная работа, где не требовалось слишком много документов. В конце дня нужно выносить ведро с грязной водой. Когда я приходил на свою смену, ведро оставалось на месте: мой коллега ничего не делал. Возможно, у меня извращенное представление о мужчине, но мне кажется, что он должен был проявить ответственность. Я ни на кого не возвожу поклеп и не перекладываю свои обязанности. Этого человека воспринимают как мужчину по внешним признакам — меня возмущает такое несоответствие.

У Хемингуэя есть роман, в котором главному герою отстрелили член. Он сначала переживает из-за этого, а потом понимает, что мужественность в другом. Так и я: родился с этой проблемой, привел себя в соответствие со своим гендерным полом, создаю себе представления о том, что есть мужское, и стремлюсь к нему.

Об активизме

Мне комфортно в своем гендере, я не хочу стирать границы. Сейчас актуальна постгендерная теория — я не разделяю ее. По-моему, глупо отрицать, что есть женщины и мужчины. Возможно, я похож на гея — ну и что, на стройке я совсем не манерно мешки таскаю, плююсь и поливаю говном лентяев. Я гетеросексуален, но не устраивать же парад гетеросексуалов. Не хочу выделяться. Я не активист, не вижу мотивации для этого. Не понимаю, кому это нужно. Вроде бы хочется, но непонятно зачем. Пусть активисты занимаются тем, что им нравится, они кому-то помогут. Вообще я из тех людей, кто бегал с баллончиками и трафаретами во времена Болотной и писал: «Путин вор». Да, меня давно можно было бы засудить: незаконный оборот анаболиков, подделывание документов, экстремизм. Я звал людей на митинг, мне было важно это. В этом году не участвовал, правда.

Не хочу выделяться.
Я не активист, не вижу мотивации для этого

Есть один парень у меня на работе, у которого на бейджике написано «Мария». По-моему, он в утяжке, и ему некомфортно, когда коллеги обращаются к нему по женскому имени. Мне все время хочется подойти к нему и сказать: «Парень, у меня такая же проблема, может, тебе помочь?» В этом нет ничего общего с парадами и борьбе за свои права. Я обладаю знаниями и могу дать совет. Если кто-то оказался вне закона и вне традиций, надо помочь ему встроиться. У меня вот получается.


Фотографии: Обложка, 1 – Илья Большаков, 2 - личный архив героя