Сейчас Татьяна Ващук, балерина и вице-чемпионка Иркутской области в категории «фитнес» 2017 года ведет тренировки в иркутском фитнес-клубе, ждет ребенка и готовится продолжить спортивную карьеру. The Village она рассказала о том, сколько зарабатывают циркачи, во что верят, и как открыть для себя реальный мир после нескольких лет в балете и почти трех лет работы в ведущих цирках страны.

Цирк приехал

Я с детства занималась в балетной студии при иркутском музыкальном театре, участвовала в постановках, поняла, что хочу сделать балет профессией и в 2004 году поступила в хореографическое училище при театре оперы и балета в Новосибирске. Балет — вещь жесткая, для отбора важны не только способности, но и анатомические параметры — широкая кость, недостаточный рост — и все, тебя быстро отфильтруют. Проучилась там три года, очень хотела быть балериной и танцевать на сцене Большого. Но в какой-то момент стало очень тяжело. Я жила в интернате, была в чужом городе совсем одна, и в мои 15 это оказалось для меня слишком сложно. Вернулась в Иркутск, продолжила танцевать, начала тренировать девочек, и мы создали свою небольшую шоу-группу. Делали небольшие постановки, предлагали сотрудничество разным городским сценическим площадкам, работали так около года.

А потом приехал цирк. В мае 2009 года коллега позвала на кастинг аттракциона Мстислава Запашного: они приехали в Иркутск с гастролями и у них был недобор балета. Меня никогда не интересовал цирк, я не знала, что это, понятия не имела о том, что Запашные — это знаменитая цирковая династия. Но молодость и авантюризм взяли верх, и я решила попробовать. На кастинге было очень много девочек, я была удивлена. Взяли меня одну. Думаю, преимуществом стало балетное прошлое, профессиональная выправка. Буквально за неделю выучила все номера и органично влилась в коллектив.

В понедельник у цирковых выходной. В остальные дни — с утра репетиция, класс. Затем прогон на манеже, в костюмах и с животными — аттракцион был с тиграми на зеркальных шарах, он назывался и, по-моему, до сих пор называется «Триумф XXI века». Это сейчас я думаю — я же была на одной арене с тиграми. А тогда не было страха. Было очень здорово. Так вот, сначала прогоняется основной аттракцион с балетом — хотя, если это аттракцион народного артиста, он всегда идет во втором отделении представления — а затем уже по расписанию идут репетиции остальных артистов. И так все время на манеже расписано до вечера. Есть простой закон: если ты мало репетируешь — ты плохо работаешь. С животными нужно репетировать постоянно.

А через месяц, когда труппа собиралась ехать дальше, Екатерина Запашная, руководитель балета, предложила: «Таня, поехали с нами!» Мне было 19 лет. Впереди было лето, перерыв в учебе в университете. И я сообщила родителям, что уезжаю с цирком.


Впереди было лето, перерыв в учебе в университете. И я сообщила родителям, что уезжаю с цирком


Мы приехали во Владивосток, и я сразу столкнулась с неприятной стороной цирковой жизни. В Иркутске есть гостиница при цирке, где артисты живут во время гастролей. Во Владивостоке гостиницы нет, есть только старое здание цирка, где мы и жили — прямо в помещениях, предназначенных под гримерки. Раскладушки, нет шкафов, одна раковина, прогнившие полы, битое стекло в окнах — хорошо, на дворе было лето. Но жили мы весело — просыпались под вой тигров, которые часов в шесть начинали сообщать, что их пора кормить. Ну и цирковой коллектив действительно как большая семья. Весь коллектив, включая техников и служащих, которые ухаживают за животными, около 50 человек.

После Владивостока и Хабаровска были Красноярск и Новосибирск, и я поняла, что мне достаточно. Я не видела развития и понимала, что так и буду ездить из города в город с одним и тем же. Мне нужен был профессиональный рост, а я на тот момент уже имела высокий уровень по сравнению с другими танцовщицами — в балете работали бывшие гимнастки, или девушки, которые просто решили себя попробовать и прошли кастинг по внешним данным.

Я попрощалась с цирком и вернулась в Иркутск, несмотря на то, что работа в цирке очень улучшала мое материальное положение. Меня официально оформили на работу в Рососцирк — государственную компанию, которая управляет государственными цирками по всей России. Первая запись в моей трудовой книжке — «цирковой артист балета». А моя «белая» зарплата была практически в три раза выше средней в Иркутске. При этом всю косметику и грим, все костюмы, всю тренировочную одежду и обувь приобретала программа. И график, я считаю, был очень комфортным — меня как профессионала не перегружали. Но я понимала, что остаться в цирке — значит отдать ему всю жизнь, ограничиться цирковым миром, и на это я не была готова.


Мы жили прямо в цирке: раскладушки, один умывальник, битое стекло в окнах. Но моя зарплата была в три раза выше средней в Иркутске


Вернувшись, узнала, что из университета меня отчислили, хотя я училась на «бюджете» и с повышенной стипендией. Пошла работать в фитнес, тогда в городе как раз открылся Gold’s Gym (сейчас клуб работает под франшизой World Class), где была прекрасная внутренняя программа обучения сотрудников. Параллельно танцевала в балете, окончила педагогический колледж, получив диплом педагога-хореографа.

Здорово, слон!

Но у меня же остались подруги из циркового прошлого. И через пару лет одна из них однажды прислала видео аттракциона со словами: «Это невероятная программа, и я вижу тебя там!» Это был аттракцион Дементьевых-Корниловых, выступающих с индийскими слонами. Программа была действительно невероятная. И я поняла, что тоже вижу себя там. Я нашла их «ВКонтакте», получила телефон руководителя аттракциона Таисии Анатольевны Корниловой, позвонила ей. И она спокойно сказала: «Приезжай в Москву, я посмотрю тебя и если подойдешь — возьму». Гарантий у меня не было, но я была уверена, что подойду. И когда мы вновь созвонились, чтобы назначить дату встречи, Таисия Анатольевна сказала: «А приезжай к нам в Иваново, у нас там гастроли, поработаешь с нами месяц, в работе я тебя и посмотрю». И я просто взяла билет в один конец, сообщила о решении своим родителям — не представляю, что они тогда пережили — и поехала в неизвестность. Руководитель подразделения сказала мне по телефону: «Ну, наши тебя встретят». И меня встретили двое: один большой и лысый, второй маленький и тощий, и я поняла, что попала в цирк.


Я просто взяла билет в один конец и поехала, даже не спросив об условиях работы


Я загорелась настолько, что поехала, даже не спросив об условиях и зарплате. У меня было с собой немного денег, я была в хорошей физической форме и почему-то была уверена, что все будет хорошо. Хореографию снова пришлось учить за неделю, только в этот раз уровень был на порядок сложнее: постановку делал хореограф балета «Тодес». Обычно перед открытием программы бывает три прогона: сначала все номера, потом репетиция в костюмах и третий прогон с животными. Почему-то меня выпустили сразу на третий прогон, где нужно было работать, уже взаимодействуя с животными. Так построена хореография, там нет такого, что мы вышли, потанцевали, потом слоны вышли, потанцевали. И меня выпускают сразу на заключительную репетицию, хотя до этого я слона в глаза не видела. И у меня от этой первой встречи остались невероятные впечатления: о, слон! Здорово, слон! Сердце, конечно, уходило в пятки, когда мы неподвижно сидели на арене, а слоны ходили между нами. Видимо, на адреналине всю программу я отработала хорошо, знала, что на меня все смотрят. Но в конце — до сих пор помню этот момент — как-то неловко задела слона. Подбежала потом к Таисии Анатольевне, говорю: «Я ударила слона, ему не больно? С ним все будет хорошо?» Она посмеялась, говорит: «Ты сама-то в порядке»?

Меня приняли, сразу после Иваново оформили на работу официально и, так совпало, у труппы был отпуск. В этот момент я поняла, что мне действительно не нужно было беспокоиться об условиях и зарплате: я была приятно удивлена, денег хватило и на то, чтобы поехать в отпуск домой в Иркутск, и что-то еще привезти родителям.

График работы у Корниловых был гораздо более плотным. Таисия Анатольевна уделяла большое внимание не только репетициям, но и классическому танцу, балету. Мы занимались и фитнесом. Она гоняла нас по полной программе, как и слонов. То есть слоних — животные тоже были все девчонки. Мы их кормили, здоровались перед программой, если они были в настроении — качали нас на хоботах. Репетиций было много, по утрам, пока мы были в балетном классе, слонов гоняли по манежу — животным обязательно нужно движение. Таисия Корнилова дружна с руководителем «Тодеса» Аллой Духовой, и когда была возможность, нас отправляли заниматься в ее классы. И во время этой работы я очень выросла профессионально, как исполнитель и как артист. И конечно, у таких женщин, как Таисия Анатольевна, можно многому научиться просто в плане житейской и женской мудрости.


Летом слонов вывозили на речку, выпускали, и они сразу начинали пускать фонтаны и копать ямы, все были в воде и в грязи


Через полгода аттракцион начал готовить новую программу, Корниловы меняют ее раз в два года. Хореографию ставил Мигель из «Танцев» на ТНТ, он приезжал в Кострому, где мы были на гастролях. Условия там, кстати, были еще хуже, чем во Владивостоке. Мы выжили, думаю, на одном оптимизме. Потому что впереди был период работы в цирке на Цветном бульваре в Москве. Это была на тот момент мечта всей моей жизни, и она сбылась.

Штраф за семечки

Труппу устроили очень хорошо, нам снимали квартиру в центре Москвы, у каждого была своя комната — невероятная роскошь для циркачей. Месяц у нас были прогоны, мы много репетировали — в таком цирке нельзя выступить недостаточно хорошо, тем более, что наш аттракцион был там гвоздем программы — слоны всегда пользуются очень большим успехом. Работы тоже было много: цирк на Цветном работает шесть дней в неделю, при этом с четверга по воскресенье идет по два представления в день.


Муж просил не говорить никому, что я работала в цирке. Считал, что это как-то стыдно


У нас были очень красивые костюмы: перья, кристаллы сваровски, стоимость костюма достигает ста тысяч рублей. Поэтому если вдруг во время выступления увидела упавший кристалл или перо на манеже — нужно его красиво поднять, не отвлекаясь от танца, и приберечь — потом выяснится, от чьего костюма отвалился декор, можно будет пришить.

Знаю, что есть много стереотипов относительно содержания животных в цирке, дескать, с ними там жестоко обращаются, мало кормят. На самом деле могу сказать, что видела только хорошее обращение. Животные для дрессировщиков – как дети. Например, на гастролях в южной части страны летом, если была возможность, слонов вывозили на речку, на природу — прямо грузили, везли и выпускали на берегу. И как они играют, устраивают фонтаны в воде, начинают сразу копать ямы, все в грязи, в воде, и труппа тоже вместе с ними. И в вольерах они всегда ухожены и сыты. Выступают животные на голодный желудок и перед представлением их обязательно «гоняют» по манежу, чтобы избежать сюрпризов во время представления. Конечно, все бывает, и служащие быстро все убирают и присыпают опилочками, а для зрителей такие казусы — отдельное шоу.

Цирковые очень суеверны. Нельзя щелкать семечки — за это может быть штраф до 50% зарплаты. Нельзя сидеть спиной к манежу, своей рабочей площадке. Перед выходом артиста на манеж ни в коем случае нельзя проходить перед ним, переходить дорогу: в этом случае артист может просто развернуться и уйти, не выйти на манеж, и это нормально.

Жизнь на Цветном была очень насыщенной. Помимо выступлений было много рекламных съемок, снимали телепередачи для центральных каналов и для западного телевидения. Ну, на первом плане, конечно, слон, а мы — красивый фон для слона.

Я ушла из аттракциона Корниловых, когда работа в цирке на Цветном бульваре сменилась очередным гастрольным периодом. Контраст был огромным. После атмосферы настоящего цирка, где даже служащие манежа, специалисты по свету и звуку – бывшие легенды цирка, закончившие карьеру и посвятившие остаток жизни цирковому искусству. В городах все было иначе — снова тяготы передвижной жизни и перспективы провести так много лет. Я понимаю, почему такую жизнь выбирают руководители аттракционов, почему так живут цирковые семьи – для них это свой мир. У меня не было причин в нем оставаться.

Сейчас думаю, что с цирком я закончила. Я будто вышла в большой мир из уютного, душевного, но закрытого пространства. С 2014 года, когда я вернулась в Иркутск, успела поработать в офисе (этого всегда хотел папа), выйти замуж и разойтись с мужем, несмотря на то, что скоро у меня появится ребенок. Муж просил не говорить никому, что я работала в цирке. Считал, что это как-то стыдно. В этом году подготовилась и выступила на региональном чемпионате по бодибилдингу и фитнесу, получив второе место в категории «фитнес». Мама на это говорит: «Не можешь без сцены, всегда найдешь, где посветить». Она права. И дальше я планирую вести тренерскую деятельность, выступать на чемпионатах по фитнесу регионального и федерального уровня, такие предложения уже есть. Собираюсь ли оставаться в Иркутске? Думаю, нет, недолго. Все-таки, я циркач по жизни. Мне нужно гастролировать.


Фотографии: из личного архива Татьяны Ващук