«Жена декабриста»

Когда я была школьницей и училась в лицее города Семенова, меня очень интересовали личности декабристов: я изучала их творчество, и, конечно, меня как юную девушку впечатлял и вдохновлял подвиг их жен. Я читала записки Волконской, историю Екатерины Трубецкой, смотрела фильм «Звезда пленительного счастья», который мне казался ужасно трогательным. Но я никак не могла представить, что спустя десять лет это клеймо — «жена декабриста» — просто припечатается ко мне. Получилось все достаточно банально. Мой муж, на тот момент молодой человек, решил, что ему необходимо как воздух вернуться в город, где он родился, в Южно-Сахалинск, по которому он всегда скучал. И вот я, человек, который искренне считает Нижний Новгород лучшим городом на Земле, неожиданно оказалась на Сахалине вслед за ним. Переезд не был каким-то моим волевым решением, я даже до последнего никому об этом не рассказывала, боялась, что меня начнут отговаривать. Специально ничего не читала про Южно-Сахалинск заранее, мне хотелось, чтобы первое впечатление было только мое, а не описанное в туристических путеводителях.

Первое время я очень скучала по дому. Мне все время казалось, что мы вот сейчас там поживем и уедем. Видимо, чтобы обезопасить себя от паники, связанной с переездом, я не очень понимала, что живу на острове, и сложно оценивала расстояния. Думала, что вот сейчас сниму еще несколько сюжетов, вдохну запах океана, посмотрю, как там живут люди и медведи, и уеду обратно. Но со временем Сахалин стал для меня местом, откуда совсем не хочется уезжать и куда хочется возвращаться.

Южно-Сахалинск — город небольшой, но очень комфортный, почти всюду можно дойти пешком. Почти в любой точке города видишь горы. Может быть, здесь не хватает богатой архитектуры, но при этом дома ниже деревьев, а это самый комфортный для проживания вариант.

Смесь Исландии с Черногорией

Первое впечатление — это, конечно, море. Оно, правда, было во льдах, когда я прилетела. Пилот после посадки произнес практически строчку из песни: «В Южно-Сахалинске прекрасная погода. Температура за бортом — минус 25 градусов». Но, как потом выяснилось, такой мороз — редкость. Второе, что меня поразило, — это солнце. Оно светило и светило и в первый, и во второй, и на пятый день. Оказывается, Сахалин — очень солнечный регион. Это был сюрприз, потому что, когда я готовилась к переезду, думала, что буду ходить в огромных валенках и жить в условиях Крайнего Севера. Купила самый морозоустойчивый пуховик, запаслась огромным свитером и высокими сапогами, мама связала самую теплую шапку. Но погода там гораздо ласковее, чем в Нижнем Новгороде, особенно зимой. Там нет, например, сильных ветров, ведь Южно-Сахалинск стоит не на море. Да и дороги чистят совсем иначе. Когда местные жители жалуются на то, что после метели дорогу плохо почистили, мне хочется привезти их в Нижний Новгород и показать, «как обычные люди живут». В начале лета у нас прохладно, но в июле, августе, сентябре и даже октябре в городе сказочная погода — тепло, я даже в море купалась. Кстати, до моря ехать недолго — 20–30 минут. Но море разное. На юге — Охотское море, севернее — Татарский пролив. За полтора часа можно доехать до «райского» пляжа, с белым песком и моими любимыми нерпами. Там даже сохранился маяк, построенный японцами в те времена, когда Сахалин назывался Карафуто. Природа на Сахалине очень разная. На севере — тундра, ближе к югу — леса, сопки, горы, мысы, заливы, лагунообразные озера. Куда бы я там ни попала, мне кажется, что так не бывает. Это одновременно и Исландия, и даже Черногория, и, может быть, Новая Зеландия. Хочется его исследовать и каждую секунду быть самому себе первооткрывателем. Там даже язык особенный. Например, детские сани с рулем называются «аргамак», а человек, который хочет чем-то поживиться на халяву, — «чайка», «кукса» — быстрорастворимая лапша, «почепень» — фигня, «просохатил вспышку» — упустил какую-то возможность. В детстве мы играли в игру «Камень, ножницы, бумага» и в конце говорили: «Цу-е-фа». На Сахалине я вдруг оказалась среди людей, которые не знают, что это такое, точнее знают, но говорят: «Энбенцо».


Природа на Сахалине очень разная. На севере — тундра, ближе к югу — леса, сопки, горы, мысы, заливы, лагунообразные озера. Это одновременно и Исландия, и даже Черногория, и, может быть, Новая Зеландия


А все эти прекрасные названия! Озеро Буссе, залив Анива, река Найба, мыс Великан, острова Симушир, Шикотан, Кунашир. Или, например, город Холмск, по поводу которого многие шутят, что должен быть еще и Ватсонск, а мне кажется, что там живет какой-то маленький народец типа хоббитов. Или город Ноглики. Или город Томари. Все это безумно красиво звучит.

О еде

Корюшка — одна из причин моего пребывания на Сахалине. Когда я впервые ее попробовала — это было похоже на то, что меня озарил какой-то божественный луч света. С тех пор у меня появилось несколько фаворитов в еде. Мне очень нравится корейская кухня, хотя полгода назад я боялась даже нюхать корейские блюда, потому что казалось, что перец проникает через кожу — и мне становится остро. Сейчас я с удовольствием ем все эти острые закуски. Особенно нравится суп хемультан из палтуса, краба, гребешка, морепродуктов и редьки дайкон. Вообще кухня на Сахалине — это что-то особенное. Например, пян се — паровые пирожки с мясом, капустой или кимчи (разновидность капусты) и перцем или хе — замаринованная в смеси приправ рыба с морковью по-корейски — все это очень вкусно. Здесь любят разные дикоросы, например папоротник и лопух. Папоротник собирают, варят, чистят, высушивают, потом готовят — маринуют и тушат. Мне нравится.

Островное телевидение

Так получилось, что в Нижнем Новгороде я работала на областном телеканале: решила, что нужно продолжать традицию, и сменила всего две буквы — вместо ННТВ — ОТВ (областное телевидение, но мне все время хочется называть его островным). Так странно осознавать, что ты живешь на острове, потому что там другие законы жизни, ты живешь как бы отдельно от остальной России. И я до сих пор многому удивляюсь, ко многому привыкаю.

У меня идеальная работа, для того чтобы узнать то место, куда ты приехал впервые. За те почти два года, что я живу на Сахалине, мне удалось объездить практически весь остров. Я не была только в том самом пресловутом городе Ноглики, название которого похоже на название какого-то вкусного блюда. И моя мечта, конечно, — это съездить на Курилы.

Мой первый сюжет был об устранении последствий циклона. Потом я снимала о том, как спасали кита, малого полосатика, потому что он заплыл в бухту и не мог оттуда выбраться. Потом был сюжет о фонде защиты природы «Зеленый Сахалин», где теперь уже мой товарищ Саша занимается тем, что реабилитирует морских млекопитающих, попавших в беду: тюленей, сивучей, маленьких бельков, не потерявших еще белизну шерсти. Я очень люблю это все снимать. Сейчас мне кажется нереальным, как я могла прожить все эти годы без моря, без всей этой природы и животных. А сейчас ты наблюдаешь, например, за жизнью маленького тюлененка; смотришь, как он набирает вес, а потом уплывает в море, к своим, и издает прощальный крик. Или смотришь на путину, наблюдаешь, как огромными сетями ловят горбушу, как она серебрится на солнце. В такие моменты ощущаешь себя точечкой в этом огромном мире и осознаешь, насколько ты мал по сравнению с тем, что тебя окружает, — природой, морем.

Простые занятия местных

Жители острова — более открытые и готовые помочь, чем жители мегаполиса. В них куда больше жизни, чем в жителях любого крупного города. И в то же время они более грубые, «просоленные» морем, более конкретные. Живут, наверное, даже не осознавая этого, в гармонии с природой. Даже в бытовых разговорах не замыкаются на обсуждении открытия новой бургерной или какого-нибудь чоп-чопа. Им, как нигде в России, близка внешняя политика. Потому что рядом Япония, Корея и весь Азиатско-Тихоокеанский регион. Люди очень много об этом говорят. Говорят о рыбе, о квотах на нее. Вообще, когда начинается рыбалка, а начинается она практически постоянно, все мысли обычных островитян заняты добычей горбуши, камбалы, корюшки. У нас на работе, когда начинается сезон ловли, все, даже юные хрупкие барышни, очень оживленно рассказывают о том, сколько рыбы они поймали и как ловили. Я тоже честно ездила на рыбалку три раза. Есть еще крабалка — ловля крабов.


Меня остров очень изменил, я стала ко многим вещам относиться по-другому, по-другому оценивать. Когда находишься на краю света, тебе особенно не на кого рассчитывать, кроме себя и еще нескольких людей


Интересно, что, пожив на Дальнем Востоке, я совершенно по-иному начала воспринимать песни группы «Мумий Тролль», потому что только сейчас ты понимаешь, о чем на самом деле он их писал, кому посвящал. Начинаешь понимать все эти дальневосточные штучки, тонкости.

Если говорить о том, насколько комфортно ты себя чувствуешь в финансовом плане, то намного комфортнее, чем в Нижнем Новгороде. Да, там сложно купить дешевые фрукты и овощи, молочные и кисломолочные продукты (к примеру, йогурт стоит там 150 рублей), но зато много совсем недорогой рыбы и местных продуктов.

В смысле путешествий местные жители не особенно подвижны. Об отдыхе в Европе почти никто не думает — все-таки это далековато (восемь часов лететь только до Москвы). Многие ездят в Японию, Корею, но чаще все-таки в Таиланд и Вьетнам, на теплое море. Многим очень важно поехать на материк, в Москву или в Крым.

Меня остров очень изменил, я стала ко многим вещам относиться по-другому, по-другому оценивать. Он меня закалил. Когда находишься на краю света, тебе особенно не на кого рассчитывать, кроме себя и еще нескольких людей. И у меня с моей подругой есть такая шутка, когда я ей говорю: «С тобой — хоть на край света», а она отвечает: «Правда, мы и так уже на краю света».


Фотографии: из личного архива героини