Про поиск работы и собеседование

Я студент. В конце 2013 года мне срочно понадобились деньги, и вариант со стипендией не подходил: её выплачивают два раза в год. Начал искать работу продавцом: в этой сфере оптимальное соотношение зарплаты и моих навыков. Походил по торговым центрам — практически везде требовались сотрудники. Сразу подумал, что для меня идеальный вариант — большой магазин, где не нужно что-то впаривать покупателям. Я не такой уж экстраверт, чтобы активно и много говорить. Выяснилось, что в H&M зарплата не зависит от количества продаж, к тому же у них удобный график.

До этого я не особо интересовался продукцией H&M. Единственное, что нравилось, — базовые майки без принтов и нижнее бельё.

На собеседовании нас было человек десять: девять девочек и я. Для нас устроили бизнес-игру: нужно было построить какую-то пирамидку, бросить мячик... Правила постоянно меняли. Насколько я понимаю, такие игры часто устраивают на собеседованиях, чтобы посмотреть, как будущие сотрудники справляются со стрессовыми ситуациями. Часть девочек просто сидели молчали — было понятно, что их не возьмут. Ещё две девочки начали активно общаться, давить на остальных, идти против мнения модератора. Собеседование длилось где-то час. Остальных я больше не видел — возможно, некоторых из них просто взяли в другие магазины.

Про работу и зарплату

Когда ты приходишь, тебе дают наставника на первые семь-десять дней. Он обучает разным аспектам работы, профессиональной лексике: шопинг-боксы — большие пластиковые коробки с аксессуарами, шпигот — тонкая длинная вешалка для аксессуаров и так далее.

При магазине нет склада: ежедневно в шесть утра приезжает машина с новыми вещами, всё это выгружают — к открытию магазина в 10:00 необходимо всё проалармировать (прикрепить защитные устройства), вывесить.

Есть три вида смен: длительностью восемь, шесть и четыре часа. В большинстве магазинов время распределяется, например, так: с 14:00 до 16:00 ты стоишь на кассе, потом — в примерке, потом занимаешься разноской вещей по залу. Но у нас большой магазин, и приходится делать работу за троих. В 23:00 магазин закрывается, и у нас есть 45 минут, чтобы привести его в нормальное состояние.

Ты сам себе составляешь расписание на две недели, согласуешь его с менеджером. Я работал в среднем три дня в неделю. Не то чтобы получалась большая зарплата — в пределах 15 тысяч рублей, — но на жизнь хватало. Были люди, которые получали по 30 тысяч, — это за пять дней в неделю или даже больше. Я физически не мог бы совмещать такой график с учёбой. В магазине, если прогуливаешь или опаздываешь, лучше предупредить руководство заранее. За частые прогулы — увольнение.

В течение дня приходится много бегать. Самая большая запара — с аксессуарами (резинки для волос, косметика, расчёски, сумки) и обувью: покупатели никогда не кладут их на место.

Корпоративных обедов нет, но есть кухня и два перерыва по полчаса. Люди либо какую-то домашнюю еду приносят, либо покупают. Ещё на кухне есть кофе, чай — можно прийти, ненадолго передохнуть. Менеджеры понимают, что ты не железный, и к коротким передышкам относятся нормально.

Для нас устроили бизнес-игру: нужно было построить какую-то пирамидку, бросить мячик... Правила постоянно меняли

Продавец в магазине H&M. Изображение № 1.

Про покупателей и секс в примерочной

Я бы не сказал, чтобы в мои смены было много странных покупателей, — мне везло на обычных. Конечно, попадались и скандалисты, которые пытались вернуть вещи после покупки, потому что увидели там якобы пятно (которое на самом деле было частью принта). Труднее приходится девушкам-продавцам: им чаще грубят покупатели, и они расстраиваются. Вообще, на грубость мы стараемся отвечать сдержанно. Бывают ситуации, когда ты идёшь с большой охапкой вещей, случайно задеваешь кого-то — большинство относится нормально, но некоторые посетительницы начинают возмущаться.

Больше всего забавных случаев с покупателями происходит в примерочных. Вот, например, у нас есть правило: не заходить по двое. Это и для того, чтобы не воровали, но в первую очередь — для безопасности: если начнётся пожар, свет выключится, пойдёт дым, ты не знаешь, куда бежать, — запутаешься в занавеске и окончишь жизнь в этой примерочной. Но уследить за всеми получается не всегда. Бывало, что в примерочной занимались сексом. Определяли это по звукам. В принципе, наши примерочные для таких занятий совсем не подходят: непотребства было бы проще практиковать в каких-нибудь больших и закрытых, с деревянными дверьми,  а у нас же ты просто отгораживаешься от мира тряпочкой. По инструкции в случаях, когда в примерочную заходят двое, мы должны подойти и настоять на том, чтобы люди — по крайней мере, один — вышли. Мы не стоим и не кричим: «А ну-ка быстро вышли!» Просто говорим: «Молодые люди, пожалуйста, покиньте примерочную». Я при этом чувствовал неловкость, но что поделать — такая работа.

Про воровство

Воруют очень много, чаще всего — аксессуары по цене от 299 до 1 000 рублей: на многих из них нет защиты. В месяц выходит убыток около 70 тысяч только из-за воровства. Но в чём плюс компании: из твоей зарплаты не вычитают за испорченную или украденную одежду. Могут вычесть, только если ты почему-то не пробил вещи на кассе.

Есть люди, которые воруют целенаправленно одежду и обувь: приходят, срезают алармы в примерочных — и так аккуратно, что мы не сразу замечаем. Как это делают — не скажу, дабы не провоцировать, но, в принципе, Google найдёт всё. Да и на рынках в Петербурге продают спецсредства для снятия защиты.

Как опознать потенциального вора? Обычно это девочки 14–16 лет, они палятся на том, что стоят подолгу рядом со стендами с бижутерией, рассматривают-рассматривают — а потом резко начинают уходить.

Ловлей воров занимаемся не мы, а ЧОП. Охранники могут подойти к кому-то из нас, сказать: «Вот, последи за этой» или «Смотри-смотри, вот эту сейчас возьмём». Считается, что человек украл, если покинул пределы магазина с вещью, за которую не заплатил. Охранник останавливает его после выхода из зала и просит показать сумочку или сканирует её металлодетектором. Из-за тупости этих девчонок сразу видно, где вещи. Те, кто похитрее, прячут поглубже — достаточно глубоко, куда охранник не может добраться, если у него нет доказательств. Человека ведь не могут раздеть или попросить вывернуть карманы.

Потом много слёз, крика. Причём это происходит в нашем помещении для персонала. Ты сидишь, обедаешь, а рядом — зарёванная девочка: «Я больше не буду, не вызывайте родителей». Тебя и так покупатели достали, а тут ещё она... Оправдываются так: «Забыла заплатить», «Случайно в сумку попало», «Подкинули». Это практически каждый день.

Каждый раз, когда человека ловят, его передают полиции. Это такой небольшой стресс для наших покупателей, но мы привыкли: стоишь спокойно за кассой — и тут мимо тебя проходят двое полицейских с автоматами Калашникова.

Когда ты приходишь на утреннюю смену, пускают не через главный, а через вход для персонала. Проходишь по коридорам — там висят большие портреты с подписью: «Осторожно, эти люди у нас воруют». Там куча фото: много улыбающихся лиц, персонажи из разных торговых центров. Проходишь и думаешь: «О, вот этого я помню, он у нас украл». Каждую неделю портреты меняются.

Когда ты приходишь на утреннюю смену, пускают не через главный, а через вход для персонала. Проходишь по коридорам — там висят большие портреты с подписью: «Осторожно, эти люди у нас воруют»

Продавец в магазине H&M. Изображение № 2.

Про продавцов и менеджеров

В основном в H&M приходят работать люди в возрасте от 18 до 23 лет. В нашем магазине была пара человек старше, но они скорее исключения. Если проработаешь в компании десять лет, тебе начинают платить корпоративную пенсию.

Я сначала думал, что в H&M принимают только тех, у кого есть татуировки,  потому что у 80 % персонала они есть. Но это, разумеется, никакой роли не играет. У меня нет тату — и я спокойно работал.

По человеку сразу можно понять, на сколько он пришёл: если влился в коллектив, то надолго. Если приходит, ни с кем не здоровается — скорее всего, не проработает больше месяца. Кстати, никто из студентов не признаётся, что H&M — их основная работа. Были продавцы, которые уже закончили университет, поработали ещё два года — и всё равно говорили: «Это временная работа, пока не найду нормальную». Уверен, они там ещё надолго.

Большинство после H&M идут в другие магазины с одеждой — туда, где важны личные продажи. Сам я ушёл недавно — просто потому, что у меня выпускной год в вузе и трудно совмещать работу с учёбой.

Менеджерами становятся те, кто начинал как продавцы. В среднем до менеджерской позиции доходят через три года после старта. Менеджеры разные: и строгие, и добрые, но все адекватные. Менеджер — человек, который пришёл в компанию не по знакомству: его взяли, потому что он умеет проявлять организаторские способности. Менеджеры должны следить за твоей работой и за всем, что происходит в магазине. Общение с ними только на «ты», как и в IKEA: я так понял, это правило шведских компаний. Так же — и с директором. Иерархия должностей есть, но ты можешь спокойно подойти к директору, пообщаться с ним, и не нужно предварительно с кем-то советоваться.

Часто бывает аврал, в этом случае менеджеры звонят тебе: «Прибегай-выручай». У тебя выходной, но отказаться неудобно. Если дело срочное, менеджер не чурается сам выйти в зал, встать за кассу, прийти в примерочную. Может даже помогать разносить вещи, но это всё-таки не их работа. Не потому, что непрестижно: просто продавцы-консультанты лучше знают зал. Он часто меняется: вещи обновляют, а многое переставляют, просто чтобы у покупателя возникало ощущение «оп, что-то новенькое». Это самое сложное — запомнить зал. Ценятся сотрудники с хорошей памятью.

 

 

 

Я сначала думал, что в H&M принимают только тех, у кого есть татуировки, потому что у 80 % персонала они есть. Но это, разумеется, никакой роли не играет

Про ад на распродажах

На распродажах царит психоз: в смены привлекают по два-три дополнительных сотрудника, но это не сильно помогает: покупателей-то приходит в два-три раза больше. Они всё разбрасывают, теребят вещи... Плюс приходится за самими сотрудниками следить, чтобы не отлынивали. При этом ты не бежишь к менеджеру — тут важно понятие самоосознания. Подходишь и говоришь: «Блин, чувак, из-за тебя тормозится работа». Мы ни на кого не жалуемся. Можно напомнить: ты работаешь в команде, и если будешь лениться, мы все сегодня уйдём позже.

Часто посетительницы подходят с вопросом: «А когда у вас начинается распродажа?» Нам запрещено это говорить, да мы и сами узнаём только ближе к дате.

Есть такие покупатели, которые берут вещь по обычной цене, а потом заходят, видят, что она же на распродаже, сдают её, получают деньги и снова эту же вещь покупают. А для нас это лишняя работа с возвратами. Но покупатель формально прав, и мы должны делать так, как он хочет.

Для нас у распродаж есть один весомый плюс: сотрудники первыми узнают о скидках на классные вещи. А так всем дают staff-карты со скидкой 20 % во всех магазинах сети.

Про алкоголь и наркотики

После работы мы всем коллективом время от времени ходили в бар. Такие совместные походы — это очень важно. Первое время мне не нравилось в магазине: монотонная, временами тупая работа, покупатели, которые всё разбрасывают. Но когда идешь отдохнуть с народом, можешь расслабиться. И меня не столько зарплата держала, сколько то, что я влился коллектив. Там молодые ребята с похожими на мои интересами.

Многим у нас трудно держать рабочий темп, особенно когда приезжаешь к шести утра. И некоторые начинают ускоряться наркотиками. Делают это либо перед работой, либо в перерывах между сменами. До того как прийти в H&M, я думал, что там все приличные. Пришёл, познакомился — и понял, что, как и везде, употребляют. Но одно дело — употреблять по жизни: пока ты молодой, это нормально. А другое дело — на работе.

Определить по виду, употребляет или нет, трудно. Есть такие, по которым кажется: «Ну, он-то точно наркоман», — а это просто странный человек. А есть те, кто совершенно нормально выглядит, без кругов под глазами, но когда узнаёшь, сколько они употребляют, удивляешься, как ещё живы. Но, конечно, речь не про тяжёлые наркотики.

Был один парень, который мог пропасть на час. Потом приходит с огромными глазами, встаёт на кассу: «Чо делать, чо делать, давай помогу». Я думаю, менеджеры догадывались, что с ним что-то не так, но ему ничего не было. Он очень хорошо знал свою работу и зал.

 

Иллюстрации: Маша Шишова